К этому моменту оседлавшие Шульца работяги смогли откинуть лицевой щиток на его шлеме, и один из них исступлённо молотил ножом вверх-вниз куда-то в брызжущую кровью дыру на месте лица бедолаги… Короткая очередь сбросила его в сторону — выползший из-за укрытия Пьер отчего-то стрелял в него, а не в набегающих на него самого четверых парней…
Чёрт! Он же может попасть в баллон!
События неслись слишком быстро, чтобы успевать целиться — Отто выстрелил просто в направлении Пьера, попав ему в бок, заставив повалиться, перекатиться в сторону. Очередной выстрел пронзил его неповреждённую ногу, видимо, зацепив бедренную артерию, по крайней мере, вокруг копа мгновенно нарисовалась огромная кровавая клякса, что, впрочем, не помешало тому снести тройной очередью одного из нападавших. А в следующий момент их силуэты закрыли фигуру противника, лишая Отто возможности стрелять.
Да это уже и не требовалось — они облепили Пьера, как охотничьи псы огромного неуклюжего медведя. Один из них, охватив его шлем обеими руками, запрокинул его голову назад, а другой, яростно что-то крича, бешено пилил его горло кривым ржавым тесаком…
Хартманн поморщился — достойнее было бы мужику уйти в мир иной от пули… Впрочем, тот сам выбрал свою судьбу — не отвлекись он на убийцу Шульца, завалил бы всю четвёрку одной очередью…
Ладно, сейчас не до рефлексий. Хартманн полез по ферме к стене, где проходила цепочка скоб для верхолазов. Его движения были слегка неловкими, в руки, освободившиеся от бремени точнейшего микроконтроля, необходимого для меткой стрельбы, пришла тонкая дрожь — запоздалая реакция организма на высочайшее нервное напряжение, сопровождавшее его первый выстрел. Не хватало ещё навернуться с высоты, как-никак, он же не соблюдает технику безопасности, ползает по верхотуре без страховочного пояса с карабинами…
Впрочем, все остальные его рефлексы горячка боя лишь разогнала, и даже зрение чуть запоздало приобрело неимоверную чёткость.
— Дэн ранен! — сообщил ему весь перемазанный кровью Пол. На нём самом кровь была не его, чужая — это он, оказывается, был тем яростным безумцем, что силился отхватить голову Пьеру.
Отто глянул по направлению его указующей руки — оба Дэна пострадали. Он даже видел этот момент, но не распознал парней со спины. Один из них был однозначно мёртв, на второго же навалились, пытались удержать от предсмертных конвульсий, сразу двое его коллег. Но Хартманну с первого же взгляда видно было, что парень уже не жилец — сквозное в живот, да ещё и на столь близкой дистанции... Надо полагать, прошедшая на сверхзвуке пуля разворошила ему ударной волной весь кишечник — если сразу засунуть бедолагу в медкапсулу, шансы есть, но дотянет ли он до драккара, вот вопрос…
— У солдат должны быть аптечки, — делиться своими опасениями Отто не стал. — Возьмите из них болеутоляющее и стимулятор. Засадите Дэну по две ампулы того и другого. Вдавите в рану блокиратора, в первую очередь надо остановить внутреннее кровотечение…
Во взгляде Пола читалось полнейшее непонимание. Разумеется, единственный шанс для работяги-дельты выжить при тяжёлой травме — успеть добраться до врача. Их не только не обучают даже азам медицины, для них это знание вообще является закрытым… Придётся самому…
Чертыхаясь, Отто полез в разгрузку Инги, первым же движением рефлекторно позаимствовав у неё сменный магазин-батарею — медицина медициной, но даже при попытке спасти жизнь, первым делом он должен быть готов убивать… Каждое мгновение на вес золота — если Вагнер ждёт промежуточный отчёт от группы, надо пытаться захватить драккар до контрольного времени… Будь ребята поопытнее, они сообразили бы, что минут на сентименты нет, но попытка объяснить им это сейчас может лишить его их поддержки.
— Брат Бертран! — пока руки его в бешеном темпе колдовали над безнадёжной раной, мозг не оставлял попыток оптимизировать ситуацию. — Оцените наши потери! Соберите оружие, боеприпасы и аптечки с тел! Заберите баллоны!
К счастью, больше раненых не оказалось, и, когда Отто закончил с перевязкой, его указания были выполнены. Брат Бертран и несколько его соратников вытянулись, имитируя стойку «смирно!» перед Хартманном, разложив трофеи на полу. Он тут же использовал часть трофейной бутылочки с водой для того, чтобы смыть с рук остатки крови.
— У нас восемь погибших, среди них брат Порций. Один тяжелораненый… Вот вражеский арсенал, — брат Бертран отчитался на удивление чётко, хмуро, но спокойно глядя на Хартманна.