Единственный минус — в помещении слабо пахло горелым металлом. Но, судя по всему, этот запах тут везде, избавиться от него нельзя, разве что найти место, где он потише. Вот как здесь, например…
— Здесь удобно, — отметил Ибарра, осторожно присаживаясь на край дивана.
— Спасибо господину Свенсону, — повторился Кляйн, располагаясь в одном из кресел.
— А кто пользуется этой комнатой? — осведомился Ибарра, оглядываясь. — Уж, наверно, не для рабочих она предназначена?
— Совершенно верно, — подтвердил Кляйн. — В первую очередь это комната для наших дорогих гостей. Из руководства — господа Свенсон, Косински… Однажды даже сам господин Мицуи здесь остановился!
— Обычно он через верх прибывает, — пояснил Синклер. — Но там у нас всё скромно, вы же сами видели…
— Из инженерного состава — Морель, Ямада, Хартманн, — продолжал Кляйн. — Им тоже нравится наша комната, хотя и крайне редко бывают… Мы тоже иногда заглядываем, стараемся редко, чтобы не затрепать.
— Рабочие здесь бывают? — уточнил Ибарра. — Дельты?
— Несколько раз мы устраивали здесь собрания с младшим руководящим составом, — ответил начальник шахты. — С бригадирами. Они дельты, но «дельты-плюс». А обычные рабочие — только по вызову.
— А бесконтрольно они сюда могли попасть?
— Не исключаю. Как выяснилось, видеокамеры на платформе засорены… Здесь много пыли и высокая статика, очень быстро объективы забивает…
— Много пыли? — Ибарра с недоумением огляделся. В комнате отдыха было очень чисто.
— Не здесь. Здесь очень хорошие фильтры.
— Так, а может, здесь есть камеры?
— Что вы, господин Ибарра… — смутился Кляйн. — Помилуйте, какие ещё камеры?.. Ведь господин Свенсон проводит здесь занятия с Копушкой… Он не любит, когда его контролируют…
— Всё ясно, — Рикардо повернулся к Синклеру. — А где был нож?
— Под диваном, — отозвался тот. — Хотите подробностей — попробуйте пообщаться с господином Свенсоном. Может быть, вам он поведает больше, чем мне. Лично я с его слов узнал лишь о том, насколько низок мой профессиональный уровень, и о том, что меня ждёт трибунал, и лично господин Свенсон отмашку на расстрел даст…
— А у вас какие соображения?
— Этот нож мог там несколько лет пролежать. Я после здесь всё старательно обыскал, нашел кое-какой хлам времён постройки комнаты.
— То есть, считаете, дело тухлое?
— Именно, — кивнул Синклер.
— И что вы предлагаете делать?
— Господин Вагнер вас прислал на расследование, вам и предлагать. Я же просто тупой служака, которому, оказывается, место у стенки, — судя по всему, разговор с господином Свенсоном порядком оскорбил чувства шахтного копа. — Совершенно неспособный на…
— Как скажете, — выставил Ибарра ладонь, не желая влезать во все эти эмоциональные дрязги. — Думаю, что и я вряд ли смогу узнать у него больше. Но мы же не можем ничего не предпринять?..
— Предлагайте, — повторился коп.
— Ну, а что в таком случае полагается проводить по регламенту?
— Шмон, — развёл руками Синклер.
— Готовы?
— Командуйте.
— Что ж, — Ибарра поднялся, огляделся. — Я звоню Фюреру.
В глубине комнаты, расположенный на удивление неудобно, нашёлся-таки экран интеркома, повёрнутый так, что в зону обзора попадал только один угол.
— Видеоконференции здесь не предполагались, — прокомментировал Рикардо, втискиваясь в зону видимости и набирая номер руководителя Службы Безопасности. — Господин Вагнер? Да, расследуем. Хотим провести поисковые мероприятия. Нужны «собаки». А, хорошо. Принято.
Он вернулся к дивану, снова присел, со значением оглядел собеседников.
— Господин Вагнер высылает к нам Тхона с «церберёнышем». Они отправляются прямо сейчас, так что через пару часов будут здесь. Надо обеспечить приём.
— Да, — поднялся Кляйн. — Я займусь. Есть ещё какие-то пожелания?
— Есть, — кивнул Ибарра. — Я хотел бы пообщаться с Копушкой.
— Да что Вы, господин Ибарра? Зачем? — замахал руками Кляйн. — Вряд ли ваше расследование продвинется на общении с полуразумными… Вы же «бета», вам ли общаться с Копушками?
— Ну, если уж господин Свенсон — альфа-минус! — не находил зазорным общаться с Копушкой, то кто я такой, чтобы ставить себя выше него? — пожал плечами Рикардо.
Пару секунд начальник шахты размышлял над его словами, но так и не нашёл, чем возразить, так что просто кивнул и вышел.