Поймав взгляд Тхона, Хартманн вдруг пожалел, что разрядил винтовку — все его инстинкты прямо-таки кричали о том, что перед ним враг, которого нужно успеть уничтожить, пока он сам не расправился с тобой. Довольно странное ощущение, если учитывать, что выглядел Тхон скорее испуганным, нежели угрожающим, и довольно опасное, если перевести взгляд ему под ноги — надо быть очень хорошо вооружённым, или хотя бы достаточно безумным, чтобы атаковать вооружённого копа, идущего в компании двух боевых роботов.
Так что он просто улыбнулся и кивнул, чем, наверно, внёс ему ещё больше сумятицы в мысли, ведь все привыкли к тому, что Хартманн всегда угрюм и неуклюж. В конечном итоге Тхон тоже кивнул им и отправился дальше своей дорогой.
Они, в свою очередь, также продолжили движение, не зная, что избежать крайне неприятной ситуации им удалось лишь потому, что в последний момент в голове Тхона всплыло напутствие Фюрера «ничему не удивляться». Лишь это позволило ему смириться с тем, что он видит не только оставленного им в зале центрального поста Ибарру, но и собственноручно уничтоженного им Отто Хартманна. Впрочем, настоящее удивление ещё только ждало его в навигационной рубке драккара… Из поручения господина Вагнера он уже догадывался, что увидит там второго Мицуи, но вот встретить там третьего Ибарру…
Едва ступив на борт челнока, Хартманн хлопнул кулаком по кнопке отправления, а затем, пока тот набирал скорость, перешёл в хвост вагона и сел лицом по направлению движения, чтобы успеть увидеть платформу и тех, кто там будет, до того, как они увидят его. Впрочем, это сработает лишь в том случае, если встречающие не устроят засаду…
— От, что это было? — негромко, словно разговаривая сам с собой, спросил Рикардо. — Ты видел, как он шарахнулся? Словно призрак увидал…
— Представляю себе, как он шарахнется, когда второго тебя увидит, — механически отозвался Отто, мысль которого уже перемолола эти факты и двигалась дальше.
— Но почему? — не унимался Ибарра. — Ведь он ещё не был в рубке? Он не видел другого меня. И ещё я заметил, что у него взгляд между нами бегал… может быть, он на тебя так среагировал?
— Мысль интересная, — невольно согласился Хартманн, вспоминая свои собственные чувства.
Есть в словах Ибарры рациональное зерно… Пусть он и не знает всего того, что известно Хартманну, но в наблюдательности парню не откажешь. И потом, то чувство опасности, которое возникло у самого Отто, когда Тхон смотрел на него… Так смотрит враг, когда собирается тебя убить. Задумавшись, Отто принялся крутить в памяти перехваченные им видеофрагменты. Чёрт, скорее бы оказаться в своей «норе»! За время, пока он контролировал лишь видеосеть драккара, он, видимо, многое упустил…
Так, что там было в разговоре Вагнера и Мицуи?.. Беседа велась по зашифрованной линии, и слова Вагнера оставались для Отто загадкой. Но зато Мицуи попадал в поле зрения сразу трёх камер навигационной рубки, и, несмотря на то, что звук с капитанского мостика шёл только в «чёрный ящик» драккара, не попадая в общую сеть, кое-что Отто смог прочитать по губам. Не очень много, к сожалению — Мицуи с его невыразительной мимикой читался с большим трудом — но кое-какие детали разговора уловить всё же удалось. В частности, Мицуи называл некоторые имена, сопровождая это негодованием… Совершенно однозначно звучало имя Паолы и, возможно, Миуры… Кстати, позже он отправил Паолу с драккара на базу…
Судя по всему, Вагнер арестовал, а то и ликвидировал (с него станется!) кого-то на базе в Аномалии-3. Но Ибарру они не упоминали. И имя Отто Хартманн тоже не звучало — в этом Отто был абсолютно уверен, все составляющие его имени при произношении сопровождались очень характерными, и, что важно, выраженными движениями губ. Он был уверен, что подобно тому, как обычный человек способен распознать звук своего имени в шуме толпы, он сможет уловить эти движения даже периферийным зрением. Хоть имя и было не настоящим, он столько раз крутил его в себе, что почти слился с ним. Мицуи точно не произносил его имени, хотя, возможно, мог его слышать в речи Фюрера среди прочих.