— Ну, в целом…
— Отлично! Сколько людей ты можешь выставить?
— Ну у меня есть шестеро… мм… апостолов, и ещё десяток частично активированных. Ещё, думаю, как минимум стольких же удастся расшатать просто на бунт. У нас оружия нет…
— Так, — прикинул Хартман на пальцах. — Шесть… Десять, и ещё десять. Мы трое…
— Трое?
— Да. С нами ещё пилот будет. Копушек возьмём. Оружия немного достану… Нормально, повоюем! — не давая больше Виктору возможности вставить хоть слово, Хартманн распорядился, — Значит, так! Прямо сейчас собирай своих апостолов под Обогатительным, где обычно. Пока вы соберётесь, я подойду.
Он встал, и, оглядев сверху вниз уже не пытающегося возражать Пратта, закинул автомат на плечо и двинулся к выходу.
Хартманн поднялся к ангарам. На этот раз он, не таясь, шёл с оружием наперевес — камеры всё равно бесполезны, а встретить кого-либо он не опасался. Он вырубил идент-чип, так что из-за угла его никто не мог засечь, сам же он был способен видеть почти всех, даже людей Вагнера, без локационных погрешностей. Достаточно было лишь уворачиваться от случайных встреч, чтобы расхаживать по базе фактически невидимкой.
Единственным неудобством такого режима, впрочем, оказалось то, что он не мог просто завалиться в комнату пилотов и вытащить нужного ему человека «на разговор» — все сразу заметят, что он не подтверждается, и обязаны будут немедленно доложить об этом «безопасникам». Впрочем, ему повезло — как раз в тот момент, когда он подходил к ангарам, нужная ему отметка отделилась от группы, и двинулась в сторону сервисных помещений.
Не желая упускать столь удобного момента, он бросился на перехват бегом, в итоге выскочив на свою цель — пилота Зденека Рехора — из-за угла, едва не сбив того с ног.
К чести Зденека, бросив всего лишь один взгляд на амуницию Отто, он мгновенно сообразил, что к чему, и, безоговорочно выигрывая по этому пункту у Пратта, не стал задавать лишних вопросов.
— Нужно поговорить без лишних глаз, — заявил Хартманн.
— Да без проблем, — Зденек нырнул в ближайшую подсобку. — Только, пожалуйста, ненадолго, а то я, знаешь ли, в сортир шёл…
— Дело хорошее, — одобрил Отто. — Советую как следует там потужиться, а то, возможно, следующая возможность нескоро выпадет.
— Выступаем?
— Да. Сразу предупреждаю — будет много странного, не удивляйся. Позже объясню. Сейчас очень тороплюсь.
— Что с меня?
— Нужны коммуникаторы. И оружие.
— Сколько?
— Сколько сможешь достать. Все в деле.
— Коммуникаторов штук десять добуду. А вот с оружием не так просто. Вагнер приказал вооружиться, из арсенала почти всё расхватали. Там оставалось только штук пять пистолетов. Могу свое ещё отдать, но ребята заметить могут…
— Нет-нет! Тебе тоже понадобится. У меня ещё пара стволов, один причём очень даже, — Хартманн постучал ногтем по стволу автомата, — ещё плазморезов прихватим, они не хуже огнемётов фурычат. Остальное добудем в боях…
Зденек молча кивнул.
— У тебя не больше получаса, — сказал Хартманн. — Затем жду тебя под платформой Сектора Предварительной Очистки. Меня не ищи, я твой идент вижу, у меня координаты не сбились. Сам подойду. Всё ясно?
— Да.
— До встречи, — Отто вышел из подсобки, аккуратно прикрыв за собой дверь, оставив Зденека обдумывать услышанное.
Впрочем, тот не собирался тратить время на пустые размышления. Раз уж Хартманн говорит, что расскажет позже — значит, расскажет позже. Если не расскажет — значит, так и надо.
…Зденек даже в мыслях называл Отто по его новому имени, несмотря на то, что гораздо привычнее, да и ближе, было ему имя прошлое. Самодисциплина всегда была у него на первом месте, и точно так же он заставил себя слиться со своим новым именем, бывшим таким же продуктом подмены документов, как и у Отто.
Хартманн (тогда ещё совсем не Хартманн), лично пересадил ему чипы попавшего в плен пилота Военной Администрации, с помощью кого-то из своих людей на другой стороне влез в локальные базы вояк и подменил его генетические карты. Теперь всё выглядело так, словно в итоге бедолагу списали в запас, но, в отличие от того же Горака, он остался без наград. Понятно, что, если Вагнеру вдруг вздумалось бы отправить в Военную Администрацию полноценный запрос (который, скорее всего, был бы проигнорирован — вояки не любят предоставлять гражданским подобную информацию), он узнал бы, что пилот Рехор погиб при штурме Эребуса.