— Думаешь, вы похожи? — раздался мужской голос откуда-то издалека.
С другой стороны улицы, переходя дорогу, к ней размашистым шагом приближался незнакомый молодой человек. Каждый второй шаг знаменовался стуком трости о тротуарную плитку. Цилиндр с широкими полями, придурковатые очки. Одетый в шмотки лондонского денди из секондхенда, парень с каменным лицом приблизился к Марсель и взглянул на витрину.
— С чего ты взял?
— Ты смотришь на эти манекены так, будто смотришь в зеркало. У меня есть отличная притча на этот счет, — Он улыбнулся и продолжил говорить: — Одна ворона страдала всю свою жизнь. Ей приходилось жить в одиночестве, с трудом добывать еду, страшась хищников, выживать в диком, полном опасностей лесу. Даже сородичи, другие вороны, не принимали ее. Каркали на нее при встрече, клевали и гнали ее из стаи.
Он резко замолчал, словно ожидая реакции Марсель.
— Не удивительно. Белым воронам всегда труднее жилось.
Парень расхохотался, нервно постучал тростью и развернулся.
— Пойдем за мной, — сказал он. Все тем же широким, чудаковатым шагом он направился к перекрестку.
— Зачем мне идти с тобой? Я тебя даже не знаю, — крикнула ему вслед Марсель. Девушка недоверчиво сложила руки на груди, уставилась на незнакомца, рассматривая детали одежды и внешности.
— Ты пойдешь со мной, — Рот парня превратился в едкую ухмылку, — Потому что ворона не была белой.
Марсель удивилась, и что-то будто силой подтолкнуло ее со спины. Она сделала шаг, еще один, и вот уже шла вперед за незнакомым человеком в придурочном костюме. Так, она познакомилась с мистером Яблоко.
Вечер из угрюмого сморщенного изюма превратился в холодный ночной виноград. Сахарной пудрой высыпались звезды на небосклоне, притих ветер. Закутавшись в сон, мерно посапывали люди в кроватях.
Я снова обратила взор к зеркалу. Бледноватое лицо расчертила легкая улыбка, щеки покрылись румянцем.
— Яблоко, значит, — прошептала, почти коснувшись губами своего отражения. От теплого дыхания на стекле осталось мутное пятнышко.
Rue Jean-Lantier исчезла, и, похоже, забрала мои страхи с собой. Я стала приходить туда каждый вечер. Каждый раз, как в первый, погружалась в эту беззаботную бурлящую, как кипяток, жизнь, что притаилась меж двух кирпичных рядов. Каждый раз мистер находил меня, где бы я ни гуляла, в каком бы месте ни тусовалась.
Яблоко оказался интересным и, по-свойски, простым. Я видела в нем родную душу, мы словно два мотылька, летящих к одному фонарю, наконец-то встретились у самого света. Сожжет ли нас наша встреча или дарует тепло на всю жизнь? Об этом не хотелось думать.
Мы гуляли с ним до рассвета, обходя Улицу вдоль и поперек, заглядывая во все уголки и исследуя множество развлечений. Наблюдали, как солнце восходит над Сеной, как вместе с желтым кругляшом рождается новый день.
Каждый раз он травил одну из своих странноватых притч, но я никогда не понимала заложенный в них смысл. Однако мне все равно нравилось их слушать. Слушать, как звучит его голос, как он рассказывает.
— Однажды белка обозлилась на своего лесного соседа и вырыла для него яму, — сказал Яблоко, а глупая и влюбленная Марсель лежала на его мягком плече. Он сжимал ее пальцы своими. Горячими ладонями согревал вечно замерзшие руки девушки.
— И сама в нее попала?
Марсель часто пыталась предсказать финал истории, но еще ни разу ей этого не удавалось.
— Нет, в нее попал медведь, которого белка очень любила и уважала.
— И тогда, белка поняла, что злость это не выход?
— Нет, — с неисправимой ухмылкой ответил Яблоко, — она подумала и нашла изъяны в характере медведя, за которые он вполне мог заслужить такое наказание, а после пошла рыть еще одну яму.
— И в чем же мораль?
— Соседом, что злил белку, был дятел.
Яблоко закончил притчу и рассмеялся, оставив Марсель наедине со своими мыслями. А девушка же думала только об одном:
“Я никогда не смогу полностью понять тебя и войти в дом, что кроется у тебя в голове. Но надеюсь, что хотя бы смогу шагнуть на порог, и когда я понадоблюсь, буду там – под дверью, что ведет в твой мир”.
То был чарующий судьбоносный вечер. Казалось, все случайности выстроились в специальном порядке и, подобно костям домино, поочередно случились, чтобы привести Марсель к Алому Кинотеатру. Только мистер Перо знал наперед все события, а потому вцепился внимательным взглядом в затылок девушки и не переставал следить за ней ни на секунду.