– Не позволите ли пересылать вам мои экземпляры «Таймс»? К полудню прочитываю от первой до последней строки, а потом не знаю, куда девать очередной номер. Буду счастлив найти бумаге полезное применение.
– Несомненно, весьма благодарен за предложение. Но не заботьтесь о пересылке: Леонард вполне может забирать газеты и приносить домой.
– Как он себя чувствует? – осведомился мистер Фаркуар, стараясь говорить равнодушно, но не в силах скрыть беспокойство в ожидании ответа. – Давно его не видел.
– Еще бы! – с болью воскликнул мистер Бенсон, тоже напрасно пытаясь говорить обычным тоном. – Леонард еще не обладает достаточной душевной силой, и нам трудно заставить его выйти из дома.
Наступило долгое молчание, и мистер Фаркуар с трудом подавил предательский вздох, но, внезапно решив сменить тему разговора, произнес:
– В газете встретите подробный отчет о поведении сэра Томаса Кэмпбелла в Бадене. Судя по всему, несмотря на титул баронета, этот джентльмен – законченный мошенник и шулер.
– Кто такой сэр Томас Кэмпбелл? – уточнил мистер Бенсон.
– О, думал, что вы слышали известие – полагаю, правдивое – о помолвке мистера Донна с его дочерью. Думаю, что теперь, после новости о поведении баронета, Донн рад, что невеста его бросила.
Речь оказалась довольно неуместной и неловкой, а потому мистер Фаркуар поспешил продолжить без логической связи:
– Обо всех событиях лондонской светской жизни мне сообщает Ричард Брэдшо. Теперь, когда он вернулся из столицы, чтобы принять участие в семейном бизнесе, я регулярно слышу новости, а поведение мистера Донна особенно его интересует.
– Значит, мистер Донн помолвлен с мисс Кэмпбелл?
– Был помолвлен. Насколько мне известно, молодая леди расторгла помолвку, чтобы соединить судьбу с каким-то русским князем. Ричард Брэдшо считает эту партию значительно более удачной. Уверяю вас, – продолжил мистер Фаркуар с улыбкой, – что являюсь крайне пассивным адресатом информации и наверняка забыл бы об этой истории, если бы сегодня «Таймс» не разразилась статьей о позоре отца молодой леди.