Мне в голову пришла странная мысль, что, возможно, этот недоделанный Кен как-то связан со всеми весьма «необычными» событиями, приключившимися со мной. Когда он выступал на сцене, то пристально смотрел на меня, а хотя неподалеку, рядом, прыгали девушки с прозрачными майками и огромной грудью, так отчаянно пытавшиеся привлечь его внимание. Потом… началось что-то мистическое. Появился тот тип в черном плаще, который был то ли плодом моего воображения, то ли… действительно призраком (во что с трудом верится). Он несколько секунд глядел на меня, а потом исчез. Но на этом странности не закончились. Конечно, со мной в жизни многого случалось необъяснимого, но не настолько, как в этом чертовом дне. В дом ко мне кто-то пробрался, потом наведался в «гости» еще один тип — он защитил меня от грабителя и испарился на пару с ним в красном дыме. И да, все это случилось перед «встречей» с Габриелем и после нее…
— А ты, — он наклонил голову вбок, наверное, рассматривая меня, — … я даже боюсь спросить, откуда ты достала эти вещи и продукты.
Я густо покраснела, нелепо стараясь закрыть яркое пятнышко на шортах.
— Любишь джем? — он кивнул на него, отчего я сочла попытку скрыть свой конфуз — неудачной.
— Не твое дело, — смущенно кинула, осматривая его с ног до головы. — Я не верю, что ты бегал.
Ну, да, в принципе, пот, мокрая майка, кроссовки от известной фирмы и спортивные штаны ничего не доказывают. Ага. Совсем. Возможно, он врет, либо действительно бегал. И то за мной зачем-то…
— Мне доказать как-то? — он повел бровью, снял очки и повесил их на майку.
— Пойдем другим путем, — я вынула деньги и дала продавцу, указав на холодный кофе с двойными сливками и тертым шоколадом. — Где ты был ночью?
— Это допрос, Монашка?
От злости я скрипнула зубами, снимая предмет, закрывающий мои глаза и кидая на него испепеляющий взгляд.
— Не называй меня так!
— Не нравится? — Габриель театрально надул губки, и в этом момент, когда мне протянули напиток, я хотела вылить его на этого паренька. Правда, к сожалению, не сделала этого, стало жалко кофе, да и пить хотелось чуть больше, чем плеснуть в его лицо что-нибудь.
— Не увиливай от вопроса!
От поднял руки на уровне плеч, словно признавая поражение.
— Окей, окей. А разве ты не в курсе, где я был ночью? В «Мо». И, позволь заметить, ты там тоже была, правда, в том сексуальном корсете и вид у тебя был здоровее, чем сейчас. — Он нахмурился, окатывая меня взглядом. — В этой одежде ты похожа на подружку наркомана. И, — поддался чуть вперед, не переставая улыбаться, — такая бледная. Я этого даже не заметил…
Я могла бы от этих «комплиментов» израсходовать на него весь свой кофе, но единственное, что продолжала сейчас делать, становиться на несколько оттенков краснее.
Он скрывает от меня что-то или не желает отвечать на простой вопрос подробно?
— А ты каким был потным, таким и остался, — съязвила, зажимая трубочку губами. — Интересно, ты вообще моешься?
Парень завел руки за голову, заставляя мои легкие сжаться от неприятного запаха пота. Фу! Что и лучше будет на него вылить, так это гель для душа…
— Ты как думаешь?
— Нет, — протянула я, зажимая нос и мотая головой.
Габриель ухмыльнулся, делая шаг ко мне. А когда он остановился в метре от меня, я в сотый раз подметила, какой он высокий. Я казалась лилипутом возле него.
— Можешь меня помыть, если не так не терпится. Некоторые уже подобное делали. Мой дом близко. Можем добраться на такси или… лучше пробежимся, чтобы принять потом вместе душ.
У него всегда левые мысли в голове?
Я, кажется, обрела иммунитет и впервые не восприняла его слова в серьез. Мой румянец потихоньку сходил.
— Пожалуй, воздержусь.
— Я так и думал, Монашка, — он ухмыльнулся.
Я вздохнула, припаивая губами к трубочке вновь. Бесполезно. Похоже, от этого прозвища мне не избавиться.
Габриель застонал, проводя рукой по влажным волосам.
— Ты что, брала у кого-то уроки соблазнения?
Я поперхнулась напитком.
— Что? — недопоняла, выгибая бровь.
— У вас там вроде бы такому не учат. — Там? — Не делай так больше, а то я за себя не ручаюсь.