— Джилан, я бы не стал подвергать мальчика опасности без веской причины, — уже мягче произнес Холт. — Наш мир не идеален, а в грядущей войне всем предстоит сыграть свою роль, даже таким мальчишкам, как Уилл. От этого никуда не деться. Моргарат затевает что-то серьезное. До нас доходят тревожные сведения. Возможно, он собирается заключить союз со скандианцами.
— Со скандианцами? Это еще зачем? — поразился Джилан.
Холт пожал плечами:
— Подробностей мы не знаем, но, видимо, ему это выгодно. А скандианцы пойдут на что угодно, лишь бы набить сундуки добром. Они будут сражаться за любого — им все равно, пока светит нажива, — добавил Холт с отвращением. — А нам не хватает людей. Если бы не обстоятельства, я бы не бросился очертя голову по следу этой твари без отряда подготовленных бойцов. Но сейчас Кроули не может выделить людей, каждый человек на счету. Поэтому пойдем только мы — я, ты и Уилл.
Джилан криво усмехнулся:
— Что ж, пойдем…
Он был благодарен Холту за то, что тот не стал от него ничего утаивать. Он все еще с некоторым страхом взирал на своего бывшего наставника. И не он один. Многие благоговели перед Холтом.
— К тому же, наверняка, твоя ржавая железяка нам еще пригодится, — улыбнувшись, заметил рейнджер. — В битве с чудовищем… — Холт в очередной раз порадовался тому, что орден разрешил Джилану носить меч. — Что касается Уилла, — продолжал Холт, — не стоит его недооценивать. Он очень находчивый, шустрый и смелый. И чертовски хорошо стреляет. Самое главное, он быстро соображает. Если мы нападем на след чудовища, сможем послать мальчика за подкреплением — вот что я на самом-то деле думаю. Это и нам поможет, и его убережет от вреда.
Джилан задумчиво почесал подбородок. Теперь и ему казалось, что это единственный правильный путь. Посмотрел бывшему учителю в глаза и кивнул, дав понять, что согласен с его решением. Потом Джилан повернулся и пошел собирать свои вещи, но тут вдруг обнаружил, что Уилл уже обо всем позаботился.
— А ты прав — он думает своей головой, — сказал Джилан, обращаясь к Холту.
Вскоре Холт, Джилан и Уилл покинули место сбора рейнджеров; остальные еще только получали предписания. Мобилизовать армию Аралуина было непростым делом, и рейнджеры должны были оповестить всех и затем соединить силы на Равнине Утала.
Трое путников направились на юго-восток. Они мало разговаривали между собой. Даже Уилл молчал, постепенно осознавая важность того, что им предстояло сделать. Он представлял себе дикого зверя, помесь обезьяны и медведя, который мог оказаться неуязвимым даже для Холта. Мальчика охватил страх. Что случится, если они не справятся?
Вскоре, однако, Уилл отвлекся от всяких ужасов и сосредоточился на более насущном. Возможно, у учителя есть какой-то план…
— Холт, — заговорил он напряженным голосом, — где мы будем искать калкара?
Учитель обернулся и посмотрел на Уилла. Они двигались так, как было принято у рейнджеров: сорок минут галопом, затем двадцать минут пешком, ведя коней под уздцы. Каждые четыре часа они делали привал и перекусывали мясом, жестким хлебом и сухофруктами, разминали затекшие мышцы.
Они ехали уже долго, и Холт решил, что пора отдохнуть. Он направил коня в сторону от дороги, в тень деревьев. Уилл и Джилан последовали за Холтом, бросив поводья и отпустив животных пощипать траву.
— Начнем с их логова и проверим, нет ли их поблизости, — ответил Холт.
— А мы знаем, где их логово? — удивленно осведомился Джилан.
— Примерно. Оно должно быть где-то на Одинокой равнине, подальше, за Каменными Флейтами. Разведаем эти окрестности и посмотрим, что мы там найдем. Если твари где-то в округе, мы это легко узнаем. В деревне наверняка пропадает домашний скот. Хотя очень сложно разговорить степных жителей. Они не очень-то склонны болтать, особенно в такое время.
— Что это за равнина? — встрял Уилл, со ртом, набитым хлебом. — И что такое Каменные Флейты?
— Одинокая равнина известна сильными ветрами, которые дуют почти всегда; там почти нет растительности, одни камни. Мрачное, гнетущее место, а Каменные Флейты — еще мрачнее.
— Но что это за… — снова начал было Уилл, но Холт жестом приказал ему замолчать:
— На самом деле никто не знает. Это камни, выстроенные в круг, очень древние. Они находятся в самой ветреной части равнины, в центре. Неизвестно, зачем они были нужны, но, когда ветер дует особенно сильно, отверстия, проделанные в камнях, порождают звук, который напоминает пронзительный вой. Неясно, почему кто-то решил, что так звучит флейта. Звук очень неестественный, режет ухо, а слышен на большом расстоянии. Каких-нибудь несколько минут, и у тебя уже ноют зубы, а он все не прекращается.