Все закончилось через пару секунд, но спутники ещё стояли некоторое время, не решаясь двинуться в путь, а затем медленно пошли вперёд. Вокруг раздавался шёпот призрачных голосов, а ландшафт менялся, хотя по прошествии некоторого времени Тэган уже не мог сказать, как именно. Под ногами лежали кости — и авариэлей, и других. Выл ветер и теребил его одежду. Это, по крайней мере, было неизменно.
Нечто громадное, неясной формы, словно окутанное туманом, источавшее эманации зла и мощи, показалось из земли справа от охотников. Когда оно развернуло крылья, похожие на крылья летучей мыши, и раззявило змеиную пасть, Тэган понял, что тварь просочилась сквозь землю. Это был призрачный дракон, виденный ранее. Приняв бесплотную форму, он настиг их.
Да, путники видели тень на достаточном от них расстоянии в северной части долины. Но охотники никак не ожидали встретить её здесь. И, судя по всему, эта встреча может дорого им обойтись.
Тэган поднял меч Рилитара, распахнул крылья и прочёл первые строки защитного заклинания. Приняв драконий облик, Кара начала петь. Рэрун поднял топор.
— Нет! — прорычал Бримстоун. — Не нападайте на его!
Одним взмахом чёрных крыльев драколич оказался между своими спутниками и призраком.
Довольно долго Бримстоун и другой нежить смотрели друг другу в глаза. А затем призрачный дракон убрался восвояси.
— Здорово ты его, — сказал Рэрун. — Кажется, мёртвый дракон признал собрата.
— Сегодня это сработало, — прошептал Бримстоун, — Его разум сломлен, и я не могу ручаться, что произойдёт в будущем. Будем надеяться, что мы избежим повторной встречи.
Кара вновь превратилась в человека. Они хотели попасть в крепость как можно скорее, надеясь, что адские драконы не заметят их. Приближаясь к замку, Тэган остановился на пару мгновений, чтобы окинуть его восхищенным взглядом. При всей своей массивности возвышавшаяся твердыня, как ни странно, представляла собой воплощение изысканности, ничуть не уступая красивейшему храму в Лирабаре. Тэган полагал, что архитекторы приложили для этого немало усилий.
— Древние волшебники воздвигли эту изумительную крепость для страшных целей, — сказал авариэль. — Были отчаянные времена, её построили в такой глухомани… но всё же, она прекрасна.
Кара улыбнулась.
— Ваш народ редко строит что-то некрасивое.
Бримстоун произнёс слово силы. Огромные ворота со скрипом отворились, и подъёмная решётка сразу за ними поползла вверх. Перед путниками открылся длинный проход. Вампир подошёл к входу, огляделся и вошёл внутрь. И исчез.
Тэган повернулся к Каре.
— Что произошло? Он снова попал в магическую ловушку?
— Не думаю, — ответила Кара. — Точнее, не совсем так.
— Тогда что случилось?
— Попробую выяснить.
Она пропела заклинание, и Тэган кожей почувствовал покалывание магической силы. Они с Рэруном огляделись по сторонам, высматривая выходцев из Тартара или иную угрозу.
Прямо перед ними опустилась тёмная крылатая фигура. Тэган почувствовал тревогу, но потом увидел, что глаза змея были тёмно-красными, а не зелёными, а затем почуял запах гари. Авариэль опустил меч.
— Надеюсь, это не твоя шутка. Время совсем не подходящее.
Бримстоун обнажил клыки.
— Я попал в ловушку. К счастью, не смертельную. Меня перебросило за дальнюю стену цитадели, словно ее и не существует.
— Кто-то переплёл пространство, — сказала Кара.
— Кто? — спросил Тэган. — Строители, Саммастер? Я спрашиваю, поскольку мне кажется, что барьер, воздвигнутый эльфами, скорее всего, пропустит авариэля.
— Разумное предположение, — прошептал Бримстоун. — Но я подозреваю, что это был Саммастер. Чуется его магия.
— Кто бы это ни сделал, — сказал Рэрун, все еще разглядывая стены, — возможно, он наложил заклятие только на двери. Трое из нас могут летать.
Тэган улыбнулся.
— Ловко подмечено. Я попытаюсь выяснить.
Ночной Ветер расправил крылья и взлетел. Подлетая к бойницам на стенах, Тэган почувствовал себя уязвимым, но, вместе с тем, пришло и воодушевление. Приятно было подняться в воздух после стольких дней, проведённых на земле. Было бы интересно полетать с Дживексом за компанию. В который раз маэстро подумал о том, жив ли волшебный дракончик.
Крылатый эльф поднялся достаточно высоко, чтобы заглянуть за стены: некоторые башни и бойницы разрушены, другие — нет; повсюду валялись кости павших в стенах крепости. Тэган устремился вперёд..
Перед ним были лишь припорошенная снегом земля и горы. Ему пришлось повернуться, чтобы увидеть замок — с той стороны не было никакого входа, лишь пара лазов в стене.
Тэган произнес заклинание перемещения. Магия прошла сквозь его тело, как и положено, но он не переместился внутрь цитадели. Он пробормотал проклятие и полетел меж зубцов на стене. Спустя мгновение авариэль вновь оказался над высокой башней — там, откуда он начал.
После того, как Ночной Ветер спустился, Бримстоун, растворившись в дыму, просочился сквозь ворота. Со своего места Тэган не мог видеть, что случилось, но, судя по отсутствию восторга на лицах Кары и Рэруна, вампир не смог пройти сквозь ворота и в такой форме. Сообразив, как и Тэган, что может использовать чары, чтобы оказаться в начальной точке, Бримстоун материализовался секунду спустя возле спутников.
— Мне кажется, — сказал Рэрун, — что есть один способ попасть внутрь. Вам, волшебники, придётся использовать магию, чтобы разрушить чары.
Бримстоун плюнул едким дымом.
— Сравни нашу силу и Саммастера.
Дварф пожал плечами.
— Зато вас двое.
— Другого выхода-то все равно нет., — сказал Тэган.
— Они правы, — сказала Кара. — Мы должны попробовать.
— Конечно, — прорычал Бримстоун. — Но простое контрзаклинание не подействует. Надо подготовиться.
Между драконами завязалась дискуссия о технических тонкостях, в которой Тэган попросту не мог принять участия. Он решил было вернуться на стражу, но Рэрун в этот момент прошептал:
— Тихо все! Прячьтесь!
Тэган, дварф и Кара стремглав бросились в тень огромных камней. Бримстоун был слишком крупным, чтобы спрятаться где-нибудь, поэтому вампир пробрался к башне и исчез. Адский дракон приближался и шипел что-то на своем режущем слух языке. Кроме обычного страха Тэган почувствовал разочарование: они были глупцами. Судя по разговору Кары и Бримстоуна, им предстоял долгий ритуал, но адские драконы придут проверять крепость раньше, чем он будет закончен.
Кожа на человеческой половине лица Дорна зудела. Полуголем нахмурился, откинул капюшон на миг и почесал голову. Возможно, ему стоило помыться, постричься и побриться, когда была возможность, но на самом деле его это не волновало, и Грейбрук ни о чём не сожалел. Ему и в таком виде было неплохо.
У него за спиной выругался Уилл. Дорн обернулся. Полурослик был в порядке. Единственное, что его нервировало, — это глубокий снег, лежавший на узкой горной тропе.
— «Скрытые тропы»! Моя веснушчатая задница, и это называется тропой? — сказал Уилл. — Может и так, если бы я мог превращаться в волка или зайца, как половина этих соссримов.
— Я был бы заинтригован, — протянул Павел, — если ты бы смог перевоплотиться в животное, у которого интеллект выше твоего, а? Это было бы настоящее чудо.
На поясе у жреца висела новая булава, а в руках был новый арбалет. Соссримы дали ему и его друзьям кое-что из лишнего оружия.
— С каких это пор ты знаешь что-то про чудеса? Это привилегия настоящих жрецов, — тут же нашёлся Уилл.
Они продолжали перебранку и обмен колкостями, пока Дорн не разозлился и не крикнул:
— Достаточно!
И только потом осознал, что его собственный крик эхом пришёл с противоположной стороны гор. Испуганные друзья недоуменно уставились на него.