— Если так, то, похоже, они немного опоздали, чтобы спасти меня и моего брата.
Синда фыркнул.
— Твоего брата? — Он обернулся к ней. — Или твоего принца?
Среди членов совета пронесся ропот. Николас побледнел еще больше, и Сальвия снова сжала его пальцы. Чем меньше она скажет, тем больше Синде придется раскрыть то, что он знает.
— Я узнал это, допрашивая кимисарца, который последовал за ними в Казмун, — сказал Синда сидящим за столом мужчинам. — То, что генерал Кэлодан не удосужился расследовать, могу добавить. — Лицо военного министра стало багровым от гнева, и Синда поднял бровь на Сальвию. — Разве ты не отрицаешь, что Николас — сын твоего короля? Что он был послан в Казмун, чтобы дать вашей стране повод для вторжения?
— Это два вопроса с разными ответами.
— Ты ответишь за свою измену! — крикнул Синда.
Дэрит стоял у двойных дверей в палату; теперь он повернулся, чтобы отпереть их.
— Я не совершала никакой измены, министр, — сказала Сальвия, сбросив руку Николаса и шагнув вперед. Комната была так прикована вниманием к ней, что никто не заметил, как открылись двери. — В отличие от тебя, у меня нет долга перед Казмуном или его королем.
Синда с торжествующим выражением лица покачал головой.
— Нет, но ты предстанешь перед судом за убийство короля. Как и Николас.
Знакомые силуэты в дверях вызвали улыбку на губах Сальвии.
— Это будет довольно сложно, — сказал Беннет.
ГЛАВА 100
Единственное, что было лучше, чем лицо министра Синды, когда он увидел Беннета, это когда он узнал Алекса, стоящего рядом с ним. Они вместе вошли в комнату, Алекс на три шага отставал от короля, и совет разразился криками. Несколько министров упали со своих стульев на колени, вознося благодарность Духу. Цвет лица Синды приобрел зеленоватый оттенок, который только усилился, когда Лани подошла и встала рядом с Сальвией.
Беннет привел себя в порядок и переоделся, выглядя внушительно и полностью контролируя ситуацию, в отличие от всех остальных в комнате. Когда хаос утих и все вернулись на свои места — кроме Синды, который был прикован к месту, — король призвал совет к порядку.
— Господа, — сказал он, затем сделал паузу, чтобы кивнуть Лани и Сальвии. — Поскольку на совете присутствует полный состав, я объявляю чрезвычайное судебное разбирательство ради блага нации, чтобы мы могли решить этот вопрос быстро и решительно.
Никто не возразил. По мнению Сальвии, они все еще были слишком потрясены, чтобы понять, что происходит.
— В любой момент любой член может потребовать вынесения решения, которое положит конец разбирательству, если голосование будет единогласным в пользу виновности или невиновности. Обвиняемому разрешается вызвать любого свидетеля в свою защиту до вынесения такого решения.
— Паландрет, — слабо произнес министр дорог. — Кто предстал перед судом и каковы обвинения?
— Дэв Синда обвиняется в государственной измене, заговоре и покушении на жизнь государя. Я уверен, что мы могли бы добавить подкуп, но и этого достаточно.
— Я протестую, — сказал Синда, обретя голос. — Я никогда не буду голосовать в пользу своей вины — этот суд недействителен.
Беннет предвидел это.
— Министр финансов помолвлен и женится на принцессе Алании. По закону, такие близкие отношения с королевской семьей лишают его должности. Дэв Синда больше не является членом совета с правом голоса.
Прежде чем Синда успел возразить, что полного состава совета больше не существует, Лани заговорила.
— Я выдвигаю кандидатуру Дэрита Ямона на вакантную должность министра финансов.
— Как король, я имею право сделать временное назначение, — сказал Баннет. — Дэрит Ямон, ты согласен?
Дэрит поклонился.
— Да, Паландрет.
— Да будет так.
По обе стороны от Синда появились стражники, отобрали у него нож, который он носил с собой, и обыскали его на предмет оружия. Сальвия потеряла дар речи от того, как хорошо все было скоординировано.
— Итак, — сказал Беннет, занимая свое место во главе стола. — Я предлагаю начать с двух первых свидетелей, поскольку один из них вряд ли проживет долго. — Двери открылись, и четверо стражников вошли вместе с долофаном. При виде ненавистного взгляда Кимисарца, сжимающего окровавленный живот, Синда запаниковал и бросился к двери, но стражники оказались быстрее. В качестве последнего удара правосудия Алекс принес кандалы, чтобы держать обвиняемого.
Через час состоялось первое и единственное голосование.