— Сальвия! — задыхался Николас. Он отдернул оружие и схватил лошадь за поводья, чтобы она не убежала, затем помог ей подняться на ноги, срочно шепча. — Они преследуют меня. Лейтенант Грамвелл сказал мне бежать, но потом я услышала, что происходит. Я не могу их бросить!
— Можешь и оставишь, — сказала она. — Они делают стойку, чтобы вы могли уйти — мы не можем терять времени.
Свободные лошади, надеюсь, отвлекут внимание и разобьют толпу, окружающую норсари.
— Садись на лошадь.
— Пойдем со мной, Сальвия, — умолял Николас. — Пожалуйста.
Вместе они весили, наверное, не больше, чем полностью вооруженный солдат.
— Хорошо, — согласилась она. Сальвия указала на посох в своей руке с небольшим топориком и крюком под наконечником копья. — Это все, что у тебя есть?
Николас кивнул.
— Это все, что я смог найти в темноте, и даже это сломано. — Он поднял нижний конец копья, чтобы она увидела, что последняя пара ног откололась, и оружие стало высотой с него самого.
— Это лучше, чем ничего, — сказала Сальвия. — Ты размахивай им, а я поведу.
Лошадь была оседлана для человека гораздо выше ростом, и она с трудом взобралась на нее. Оказавшись в вертикальном положении, она взяла алебарду, чтобы Николас мог встать сзади нее. Затем она развернула лошадь, и у нее возникла идея. Нога выскользнула из слишком длинного стремена, когда она подтолкнула лошадь, и ей пришлось сильно сжать бедра, чтобы удержаться. Они помчались через лагерь, направляясь к костру, который, как она надеялась, все еще горел в медицинской палатке.
Удача снова была с ней: огонь все разростался и перекинулся на соседнюю палатку. Сальвия подтолкнула лошадь, вглядываясь сквозь дым в поисках того, что ей было нужно. Вот оно — и достаточно близко, чтобы это могло сработать. Нужно было спешить — похоже, их заметили.
— Что ты делаешь? — спросил Николас. — Нам нужно уходить!
— Зову на помощь. — Сальвия направила лошадь к короткому штабелю бочек с ламповым маслом. — Заставь его упираться, Николас.
— Что?
— Ткни его в задницу и заставь брыкаться, черт возьми!
Николас взмахнул алебардой, и лошадь заскулила и взбрыкнула, разбив по крайней мере один из небольших бочонков и отправив в полет несколько. Сальвии едва удалось удержаться на ногах, так как принц ударил ее хлыстом. Она мельком увидела, что на них мчатся люди с поднятыми луками. Затем они с Николасом вылетели из лагеря в ночь, и оранжевое зарево бушующего костра озарило небо позади них.
ГЛАВА 52
Они успели проскочить через короткий ливень стрел, но Сальвия и Николас были уже менее чем в двухстах ярдах от лагеря, когда лошадь вдруг с криком взвилась на дыбы. Когда Сальвия вцепился в гриву, чтобы удержаться, принц соскользнул со спины с криком, а затем хрюкнул, ударившись о землю. Лошадь снова встала на четвереньки, и Сальвия подтолкнула ее вперед, натянув поводья, чтобы не затоптать Николаса. «Ты в порядке?» — спросила она, пытаясь понять, что напугало лошадь.
— Думаю, да, — ответил он. — Но лошадь была ранена.
Сальвия ощупала бок лошади, пока не нашла стрелу, зарытую в ее бедре. Насколько глубоко она вошла, она не могла сказать — древко было сломано при падении Николаса. Горячая кровь полилась по руке, когда она попыталась ухватиться за стрелу, чтобы вытащить ее. Лошадь снова закричала, ее задняя нога подкосилась. Сальвия перекинула ногу через холку и слезла, пытаясь успокоить животное ласковыми словами. Она снова потянулась за стрелой, но теперь ее угол наклона был еще хуже.
— Мы потеряли попутку, — сказала она Николасу. — И они настигнут нас через минуту. Ты сможешь бежать?
— Думаю, да. — Тень, которая была принцем, вскочила на ноги. — Ой, кажется, у меня сломано или вывихнуто запястье.
— С этим мы разберемся позже. Я просто рада, что это не лодыжка.
Николас слегка покачивался.
— Да, теперь, когда я стою, мое колено тоже не очень хорошо себя чувствует.
Сальвия оглянулась на огонь, в котором, вероятно, сгорели все запасы норсари. Ей было не по себе от этого, но он определенно послужит своей цели.