Тим вздохнул, но кивнул — голод перевешивал страх. Они взяли мешки, ножи и медленно двинулись по тоннелям. Стены постепенно сужались, капли воды стучали по плечам. Скоро они добрались до выхода — ржавой решётки на поверхность. Эрик отодвинул её с усилием, свежий воздух хлынул внутрь — прохладный, с привкусом металла и чего‑то ещё.
Они выбрались в разрушенный город. Большинство зданий были уничтожены до основания, от остальных остались только нижние пару этажей. Улицы заросли странной травой, ржавые остатки машин валялись вдоль дороги. Солнце пробивалось сквозь серые облака и резало глаза, привыкшие к темноте подземелья. Эрик заметил ближайшее здание, у которого не было стекол в окнах, но сохранялся первый этаж, и направился к нему.
Внутри пыль поднималась от шагов. Здесь был магазин: на полу валялись пластиковые пакеты с чёрной вязкой массой — когда‑то в них была еда, но она испортилась и сгнила. В углу лежала стопка журналов в пластиковых пакетах. Пакеты были герметично запечатаны, может, поэтому журналы и сохранились. На обложках — улыбающиеся лица, фотографии прошлого мира. Под ржавым металлическим листом лежали консервы. Этикетки давно сгнили, но банки были целыми. Что в них, было неизвестно, но это точно казалось более съедобным, чем крысы.
Эрик схватил журнал, стряхнул грязь, а затем приподнял металлический лист.
— Смотри! — сказал он, размахивая журналом перед лицом Тима. — Вот какая жизнь была раньше. Тут даже про войну есть: "Война в самом разгаре. Бои не утихают. Потери огромны, запасы еды на исходе". А здесь консервы — настоящая еда, не крысы!
Тим заглянул через плечо, глаза расширились.
— Журналы — ерунда, чем они помогут выжить? Но консервы... Это может быть съедобно.
— Старые запасы, но целые. Стражи охраняют именно это. Бери мешки!
Предвкушение нормальной еды заполнило мысли голодных ребят. Они набили мешки банками. Эрик сунул журнал за пазуху.
Внезапно в небе раздался гул — страж: чёрный дрон с мигающими датчиками. Он завис перед зданием, луч света скользнул по улице.
— Бежим! — крикнул Эрик.
Они рванули к тоннелям. Дрон завыл, луч опалил руку Тима — тот вскрикнул. Ноги скользили по обломкам, сердце колотилось. В голове всплывали слова старейшины: "Поймают и унесут". Дрон влетел в здание, подняв в воздух облако пыли. Ребята бросились к окну, прячась за полками, и выпрыгнули на улицу. Не оглядываясь, побежали к решётке, через которую выбрались наверх. Скинули мешки вниз и следом спустились сами. Эрик закрыл проход решёткой и прислушался. Стража слышно не было.
В тоннелях Тим опустился на колени, прижимая обожжённую руку к груди.
— Видел? Стражи... Они чуть нас не поймали. Зачем я согласился идти с тобой?
Эрик перевязал рану друга тряпкой.
— Но не поймали же, — сказал он. — Мы добыли консервы. Значит, всё прошло нормально.
Схватив мешки с добычей, они побрели по тоннелю домой. Эрик чувствовал под одеждой плотный прямоугольник журнала, и его распирало от любопытства. "Информация о войне здесь, — думал он. — А стражи охраняют эти сокровища не просто так".
Глава 3. Второе предупреждение
Возвращаясь по тоннелю, было слышно, как в мешках позвякивают металлические банки. Звук был глухим, но приятным. Тим всё время оглядывался, ожидая, что из тьмы вот‑вот вынырнет страж.
У входа в пещеру их уже ждали. Кто‑то заметил, что они пропали, и поднял тревогу. Несколько взрослых мужчин стояли у прохода, скрестив руки на груди. Старейшина — чуть в стороне, опираясь на трубу, как на посох. Взгляд у него был тяжёлый, внимательный, с явной угрозой.
— Где вы были? — сухо спросил он.
Эрик сделал вид, что не понимает.
— За едой ходили. Как всегда.
Один из мужчин выхватил у него из рук мешок, развязал узел и заглянул внутрь. Металл тихо звякнул. Банки отразили тусклый свет фонаря.
— Это не крысы и не клубни, — сказал он, глядя на старейшину. — Это с поверхности.
По пещере прошёл ропот. Кто‑то удивлённо присвистнул, кто‑то отшатнулся. Для большинства это были почти мифы — «консервы», «запасы старого мира», слова из рассказов.
— Мы нашли старый магазин, — быстро сказал Эрик. — Там всё сгнило, но эти банки целые. Еда. Настоящая. Мы подумали...
— Не вы думали, — перебил его старейшина, голос стал стальным. — Ты думал, и ты повёл за собой ещё одного.