Великий Охотник хмыкнул.
— Что для меня самое странное, так это то, что ты поверил этому... Вудж. Даже если бы это было правдой, существо из Другого мира никогда не стало бы делиться информацией добровольно.
Гримсби провел покрытой шрамами рукой по волосам, чувствуя, как кожу головы покалывает от пота.
— Что... что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что в Другом месте голодны. А люди глупы. Когда они заключают сделки, это обычно заканчивается смертью людей и насыщением монстра.
— Ну, для этого нужны контракты и все такое, верно? Что-то вроде таймшера?
— Нет. Старомодные гады могут. Вот они— то и пугают по-настоящему. Но даже добровольного согласия из ваших собственных уст достаточно, чтобы заключить простую сделку.
— Итак, гипотетически — начал Гримсби.
Мэйфлауэр прервала его усталым вздохом — Ты этого не сделал.
— Я просто согласился оказать ему услугу.
— Какую услугу? — резко спросил он.
— Ну, я пока не знаю...
— Ты даже не сказал, что собираешься делать? И все ради какой-то бесполезной песни?
— Ну, технически, песня была бесплатной.
— Так о чем ты просил в качестве одолжения?
— Я, э-э, получил рукопожатие — сказал Гримсби.
— Рукопожатие.
— Да. Хотя вряд ли оно того стоило. Было немного прохладно, никакого зрительного контакта, шесть из десяти, что касается рукопожатий.
— Идиот — сказал Мэйфлауэр, доставая из кармана наполовину обгоревшую сигарету и засовывая её в рот, чтобы пожевать фильтр.
— Ну, не то чтобы я...
— Прекрати. Просто, просто прекрати — Мэйфлауэр потер переносицу и зажмурил глаза — Тебе лучше молиться, чтобы... эта гадость не воспользовалась твоей услугой, пока ты еще жив. Иногда они забывают, что смертные, ну, в общем, смертны. Он может забыть, пока ты не умрешь.
— Ты имеешь в виду, надеешься, что он забудет об этом лет на шестьдесят?
— На шестьдесят лет? — Спросила Мэйфлауэр — Значит, ты оптимист?
Гримсби начал отвечать, но остановился на полуслове — Подожди, это была шутка?
— На самом деле все зависит от твоего ответа.
Он не смог сдержать легкой ухмылки. В любом случае, теперь все позади, к лучшему это или к худшему...
— Это к худшему — сказал Мэйфлауэр.
— Значит, к худшему! Гримсби театрально вскинул руки в наручниках, затем поморщился, содрав с полдюжины царапин, оставшихся после его предыдущей встречи с когтистым туманом — Все еще в силе. Послушайте, что мы собираемся делать с тем, что сказал Вудж? Мансграф что-то нашла, и это было как раз перед тем, как она исчезла. Это не может быть совпадением
— Нет — сказал Мэйфлауэр, обводя взглядом полки с контейнерами — Нет, не может.
— Подожди, ты согласен со мной? — спросил он, с трудом веря в эту мысль.
Мэйфлауэр только проворчал, перебирая стопку папок из плотной бумаги, которые держал в руках, и бросил одну из них Гримсби.
Гримсби быстро перерыл её, разбросав бумаги повсюду.
— Ты не можешь просто так швырять в меня чем-то без предупреждения!
— Господи — сказал Охотник, качая головой. Это прозвучало наполовину как проклятие, наполовину как мольба.
Гримсби что-то пробормотал себе под нос, наклонившись, чтобы собрать упавшие бумаги. Он разложил их в беспорядке и начал просматривать. Это было какое-то предложение или отчет. Большая часть текста была написана на техническом жаргоне, и потребовалась целая вечность, чтобы ничего не сказать. Но одна деталь на странице привлекла внимание Гримсби.
И более того, я уверен, что Руку можно найти по этим координатам в современном Салеме, штат Массачусетс.
Салем. Это было место с неоднозначной историей, связанной с ведьмами. Он посмотрел на Мэйфлауэра.
— Я не понимаю. Это что, какой-то отчет? — Спросил Гримсби.
— Нет. Это просьба о проведении раскопок в каком-то месте в Салеме. Старое кладбище.
— Подожди — ты сказал, раскопки в Салеме?
— Да.
— Сонный городок — процитировал Гримсби, указывая на карту Салема в файле — Где она копалась в земле.
Мэйфлауэр усмехнулся, но не совсем насмешливо — Может быть, в этой истории с Вуджем все-таки что-то есть.
— Вы думаете, Мансграф была там?
— Я думаю.
— Эта Рука, что бы это ни было, должно быть, то, что она нашла — сказал Гримсби — что-то, чего у нее уже было два.
— Кажется вероятным.
— Но что это?
— Я не знаю. Но я знаю, что ничего хорошего из этого не выйдет.
— Почему?
Мэйфлауэр указал на единственное свободное место на громоздких, переполненных полках, где не было контейнера.
— Потому что неучтенный ящик для хранения вещей пропал, а я случайно знаю, что у Мансграф был с собой чемодан перед её смертью.
— Итак, эта Рука, она положила её в чемодан. Но зачем?
— Чтобы защитить её.
— От чего?
— От всего — сказал он, задумчиво жуя сигарету — Некоторые объекты настолько могущественны, что притягивают к себе все, что находится в другом месте, на многие мили вокруг. Как будто вы плаваете в море невидимых, сверхразумных, волшебных акул. Некоторые существа в нашем мире тоже могут это чувствовать.
— Ты думаешь, то, что гналось за мной, то что схватило её, тоже почувствовало это?
Он нахмурился — Нет, если это было в Шкатулке для хранения. Оно должно было узнать об этом каким-то другим способом.
— Итак, если Шкатулка была у нее до того, как её убили, то где она сейчас?
Охотник не ответил, а только приподнял бровь, как будто ожидая ответа Гримсби на свой собственный вопрос.
— О, то, что убило её, забрало это.
— Это мое предположение.
— Откуда нам знать, что оно просто не вскрыло его и не забрало все, что было внутри?
— Сейфы — это не какие-то дешевые штучки из магазина. Они созданы для того, чтобы хранить то, что внутри, и то, что снаружи. Если бы кто-то захотел проникнуть в один из них без ключа, он должен был бы быть намного лучшим колдуном, чем Мансграф, и я не уверен, что такой человек существует. Даже если бы он и был, я сомневаюсь, что это существо таковым является.
Гримсби покачал головой.
— Я не понимаю. Почему она просто не обратилась в департамент? Они могли бы защитить её.
— Потому что Мансграф была под подозрением.
— Под подозрением? Что это значит?
— Это значит, что за ней охотился Департамент. Вот почему она исчезла, и вот почему она была одна.
— Что? Почему?
— Я думаю, что песня этой штуки правильная. Я думаю, Мансграф была там, на раскопках, но я думаю, что она забрала Руку, которую они выкопали, до того, как Департамент смог её получить.
— Забрала, то есть... она украла её?
— Да.
— Но в этом нет никакого смысла. Зачем ей было красть то, что Департамент все равно должен был получить?
Мэйфлауэр ничего не сказал, он только приподнял бровь, что побудило Гримсби продолжать.
— Если только она не хотела, чтобы Департамент вообще это получил.
— Это мое предположение.
— Хорошо, вот эта раздача — Он снова взглянул на запрос — Она опередила департамент и уволилась. Но почему?
— Причин могло быть сколько угодно. Мансграф была старым параноиком. С тех пор, как я её знаю, она думает, что кто-то хочет её убить.
— Что ж — поколебавшись, сказал Гримсби — честно говоря, ты параноик только в том случае, если ошибаешься.
Лицо Мэйфлауэра потемнело, но его тон остался ровным — Это правда.
— Так что это за Рука? Какое-то оружие?
— Скорее всего. что-то, чего ни у кого не должно быть.
— Значит, она не хотела, чтобы это попало в руки Департамента — ухмыльнулся Гримсби.
Мэйфлауэр нахмурился.
— Это не шутки, парень. Некоторые вещи в этих коробках могут вскружить голову человеку, заставив его вообразить такие ужасы, которые ты и представить не можешь. Однажды мы нашли нож, который свел человека с ума. из-за этого он убил всю свою семью и содрал с них кожу до костей. У него было трое детей.
Гримсби содрогнулся.
— Да, извините — Он с трудом подавил спазм в животе — Я обычно справляюсь со стрессом шутками.