— Вы же знаете, что один из вас на моей стороне? Так что мои шансы пятьдесят на пятьдесят.
— И ты естественно тоже знаешь, что мы знаем, — отмахнулся Вальмонд, — короче говоря, детишки мои, хватит страдать ерундой и давайте уже решим все наши вопросы так, как принято у нас в семье.
— Давно пора! — Обрадовался Рэд и потом все четверо бросили оружие и достали из под пиджаков тесаки для разделки мяса. — Видела бы нас сейчас мама!
— А на хрен ты тогда ей глаза выколол?! — Ответил Вальмонд.
— Я поклялся, что если она будет подглядывать, то я сделаю это!
С заднего сиденья лимузина раздался крик мамаши: “Я всё равно люблю тебя сынок! Во всех смыслах!”.
Глава 9. Vicissitudes of Fate
Дуглас в это время уже выезжал на поверхность. Он молчал минут десять, и только Вергилий решил развеять скуку.
— А по-моему весьма занятная семейка. Мне было весело.
Его собеседник нахмурил брови, сделал тяжёлый вздох и наконец ответил.
— Даже не вспоминай об этом. Меня тошнит от таких дегенератов. И я уже сыт по горло всей этой нечистью!
— Я бы рад забыть, но боюсь они сами о себе напомнят.
— Да знаю я! Естественно, что как только они закончат свои дела, то попытаются нас догнать. Мы слишком много знаем об их планах.
— Ты всегда ищешь рациональное объяснение… Ты появился в жизни Рэда и разговаривал с ним на равных. Ты не выказал уважения, и поэтому он хочет убить тебя. А его родственники помогут ради хохмы.
— Думаешь, он победит?
— Все мои ставки сделаны на него — Рэд самый долбанутый маньяк из них.
— Только не говори, что знаком с этим семейством.
— Да так, слышал кое-что.
— Ладно, хватит о них. Я хочу насладиться скучной и однообразной дорогой по пустоши, когда есть только пустота и нет никаких людей.
— Тебе нравится такое безмолвное спокойствие?
— Да!
Они проехали бетонные руины заброшенного города и оказались в сельской местности, которая после катастрофы превратилась в рассадник стеклоподобных кристаллов. Одноэтажные дома, амбары, загоны для скота и даже мельницы сверкали в лучах Солнца. Некоторые из кристаллов даже проросли на дорогу, но не представляли угрозу для грузовика Дугласа, который проносился через них как кирпич сквозь стекло.
Через несколько километров показалась первая угроза для путешествия — зеркальная разновидность кристаллов. Рельеф местности понижался — они приближались к Стиксу, от дыхания которого становилось сухо в горле, и вместе с этим появлялись новые аномалии: из дыр в земле выбрасывался странный пар, почва в некоторых местах проваливалась в карстовые воронки, появились чёрные гейзеры и пятиметровые термитники с кислотными насекомыми. Но Дуглас даже радовался тому, что ему встречаются препятствия в виде бездушной природы — он надеялся, что с ней будет спокойнее и проще, чем с людьми.
Наконец машина подъехала к препятствию, которое нельзя было объехать: вокруг были смертельно опасные гейзеры, а по единственной дороге текла река из жидких зеркальных кристаллов. Из своего недавнего опыта Дуглас знал, что от соприкосновения с этой субстанцией колёса машины придут в негодность. Они буквально расплавятся вместе с подвеской, и дальше придётся идти пешком. Он хотел было уже повернуть назад, чтобы сделать крюк и всё-таки найти обход, но на горизонте показалась пыль, поднимающаяся от автомобиля. Дуглас взял бинокль и присмотрелся к преследователям. Это была Лилит и её брат-близнец Рэд или Байрон. Оба были в следах от глубоких порезов, с золотыми браслетами и в очень хорошем расположении духа.
Дуглас вздохнул, он не хотел мериться силами с опытными бойцами особенно в такой обстановке, которая не давала ему очевидного преимущества. Поэтому он надавил на газ и проехался прямо по зеркальной реке. Шины сразу же зашипели и очень скоро превратились в ничто. Потом стало растворяться металлическое основание колёс и сама подвеска. Чтобы не перевернуться, он остановил грузовик и вышел наружу. Вергилий с неохотой последовал за своим знакомым — ему уже не хотелось продолжать путешествие.
— Послушай, Дуглас, — начал он, — хватит уже. Брось меня уже наконец, — правда была в том, что Вергилий уже давным давно устал от самого себя и пустоши, он “наелся” этой жизни досыта, и не знал как лучше и красивее закончить свой путь, а паломничество с Дугласом казалось ему просто ответом на молитвы.
— Нет. Во-первых, ты ещё пригодишься, как проводник — ты знаешь, что нас ждёт впереди. А во-вторых, я человек слова. Я обещал, что убью тебя, если твои слова насчёт паломничества окажутся ложью. Мы дойдём до конца, и только тогда я решу, что с тобой делать. Если что, ты получишь по полной программе за всё.