— Понятно всё с вами. Возвращаемся к плану Б.
Дугласу совершенно не хотелось платить такую цену ради достижения своей цели. Ему было проще перебить всех этих маньяков и вернуться к исходной точке. И он был уверен в своих силах — на нём был бронежилет, шлем, любимый армейский нож, два скорострельных Узи за спиной, в простонародье называемых распылителями, пистолет Миротворец, разного сорта гранаты и дробовик, пока мирно лежащий на столе рядом с картами. К тому же Дуглас в недавнем прошлом являлся матёрым наёмником в расцвете сил и с хорошей реакцией, а ему противостояли злобные, но всё-таки измождённые болезнью психопаты.
Коул перевернул стол на Вергилия, отчего тот упал на пол, стукнулся затылком и потерял сознание, но его собратья успели отскочить в стороны и приготовились к бою голыми руками. И естественно младшие служители культа тоже присоединились к разборке. Дуглас выхватил нож и началась короткая поножовщина — он как знающий человек наносил удары в области шеи и глаз. “Освободив” пространство вокруг себя, Дуглас вытащил Узи и распылил целую обойму на всех, кто был рядом. Таким образом к разборке присоединились все клиенты заведения — падальщики, воры, мелкие работорговцы и разбойники, и Дуглас использовал последних оставшихся на ногах культистов как живой щит и отстреливался от всех подряд. Потом ему пришлось достать второй Узи и под прикрытием огня отойти в угол таверны, чтобы добить вопрос осколочными гранатами. После второго взрыва установилась тишина.
Дуглас Коул поднялся на ноги и тяжело вздохнул — это было его очередное фиаско в общении с людьми. Но в этот раз он хотя бы отделался малой кровью: ножевые ранения в области живота и спины, пара сквозных ранений в левую руку, из-за которых он теперь не сможет прицельно стрелять с неё пару месяцев, череда синяков и ушибов по всему телу от дубинок и пуль, попавших в лёгкий бронежилет, и к сожалению некоторые из них пробили защиту и остались в животе. Как всегда после битвы ему требовался “ремонт”, чтобы подлатать самого себя, выпить обезболивающих, вытащить свинец из ран и наложить швы поверх старых шрамов. После этого, он ещё некоторое время приходил в себя, прежде чем перейти к мародёрству. Он медленно прошёлся по трупам в поисках ценных боеприпасов, пока не откопал Вергилия, всё ещё лежащего на полу без сознания. Первым его желанием было пристрелить мерзавца, но он быстро отбросил сиюминутный порыв и вспомнил о своей миссии.
Дуглас откинул останки стола в сторону и принялся будить старшего культиста. Спустя некоторое время он вспомнил, что свежая кровь, пролитая на кристаллы на их телах, продлевала им жизнь — кристаллы “размягчались” и отступали, даруя своей жертве временное облегчение и прилив сил. И слава Богу, крови здесь было предостаточно.
Вергилий начал просыпаться от прекрасного сна.
— Мне приснилось, что я наконец-то попал в Ад.
— А по вашему виду такое не скажешь.
— Просто у меня там был забронирован столик.
— Давайте попробуем взять себя в руки и будем серьёзными, — Дуглас склонился над лежащим Вергилием, — и, наверное, нам будет полезно начать всё с чистого листа.
— Ну, да, сейчас самое время, — сказал Вергилий, оглядываясь на своих убитых собратьев и дробовик в руках Дугласа.
— Так вот, я уже не первый день слоняюсь по пустоши и начинаю понимать, что вас не получиться запугать или заставить говорить силой. Я пробовал найти слабые места в вашей организации и принудить к диалогу на выгодных для себя условиях, но видимо у меня просто мало опыта в общении с такими людьми.
— Сразу видно, что вы из Мегиддо, мистер Коул. Вы разговариваете на языке прибылей и убытков. Вам трудно представить, что есть что-то кроме бизнеса. Мы последняя настоящая религия, которая верит в собственные идеалы.
— Но вы занимаетесь производством наркотиков, добычей ресурсов и создаёте большие закрытые плантации в оставшихся оазисах.
— Я больше скажу. Мы ещё чёрт знает чем занимаемся и всю картину видят только Сыновья Тьмы. Но бизнес для нас всего лишь один из инструментов распространения влияния. А по своей сути мы феодальная теократия. Поэтому ваши уколы не могли иметь успеха. Такие удары мы испытываем каждый день жизни в пустоши.
Вергилий неторопливо поднялся и присел на последнюю оставшуюся табуретку.
— Можно я буду звать вас просто Вёрджил?
— Думаю, что это вполне приемлемо, Дуглас.
— Так вот, Вёрджил, как ты отреагируешь на то, что я здесь не ради денег, мести или продвижения по службе? — Коул решил, что Вергилию можно выдать часть секретов и если разговор окажется непродуктивным, то его всегда можно пристрелить. — А ради чего-то большего?