— Коллопортус!
После этого Поттер начал истерично проверять все карманы мантии в поисках мантии-невидимки. Он её уже около месяца постоянно с собой. Не мог же он именно сегодня её забыть? Не мог же, правда?
— Гарри! — воскликнула Чжоу.
— Не сейчас, Чжоу, я ищу мантию-невидимку, дверь долго не выстоит! — и, словно в подтверждение этих слов, в дверь кто-то сильно ударил.
— Гарри! Посмотри! — не успокаивалась Чанг.
— Чжоу, ты не понимаешь, Филч уже ломится… О…
Поттер посмотрел, на что указывала Чжоу, и прямо перед собой увидел изрядно удивлённое лицо неизвестного ему старшекурсника, который, судя по форме, был из Слизерина.
— Давайте так, — начал тот. — Вы сделаете вид, что меня здесь нет и не было, а я…
— Конфундус! — воскликнул Поттер, не дав тому договорить.
Глаза семикурсника остекленели, и он с ещё большим удивлением уставился на Гарри.
— Профессор Снейп, это вы?
Не обращая внимания на бредни человека под Конфундусом, Гарри наконец нащупал мантию-невидимку и накинул её на себя и Чжоу, которая с примерно таким же удивлением, как на лице слизеринца, следила за разворачивающимися событиями.
Через секунд пятнадцать дверь с громким грохотом распахнулась, и Филч зашёл в помещение, не обратив внимание на удивлённый вскрик слизеринца:
— Директоры Дамблдоры, почему вы меня хватаете?
Тот бросился на студента.
Поттер с Чанг, воспользовавшись суматохой, ушли под мантией-невидимкой из кабинета.
— Знаешь, Чжоу, мне очень приятна твоя компания, но от дальнейших ночных прогулок я буду вынужден воздержаться, — сказал Гарри через полчаса, когда они подошли к гостиной Когтеврана. — Чудо, что нас никто не заметил, а я ведь Дамблдору пообещал, что не буду гулять по ночам… Ну, что там? — Гарри постучался в дверной молоточек. — Давай загадку!
— Что общего у синуса острого угла и шампуня? — пропел звонкий голосок.
— Спасибо, Гарри, что не дал ему меня поймать, — нарочито медленно произнесла Чжоу.
Гарри обернулся, чтобы ответить, что в тот момент он особо не задумывался о своих действиях, но они всё равно были направлены больше на свою собственную защиту, а сейчас им стоит подумать над очередной бредовой загадкой… Но что-то ему помешало это сказать. Это что-то были губами Чжоу, которые каким-то непостижимым образом оказались вплотную с его.
— Прости, я… — сказала Чанг, отпрянув.
Но Гарри не дал ей закончить оправдание. Он проявил ответную инициативу и сам потянулся к губам Чжоу. Его захлестнула волна чувств, эмоций, которые, как и в детстве, одержали победу над разумом и захватили контроль над действиями Поттера. Гарри сам не заметил, что её рука сжимает его руку, но он не испытывает от этого никаких отрицательных ощущений. Здесь находились только он, Чжоу Чанг и их чувства… Ну, еще и дверь в гостиную Когтеврана, ожидавшая ответа на загадку, но это уже совсем другая история!
*
Светало… Когда Гарри вернулся в гостиную Пуффендуя, сработали какие-то чары, зазвучал гонг, Эрни Макмиллан заворочался, а Джастин Финч-Флетчли проснулся.
— Когда я ставил сигнальные чары, я, если честно, надеялся, что ты вернешься несколько раньше, чем под утро, — злобно пробормотал тот. — На, вот стена, ударься об неё, а то лицо больно счастливое! Мы опять застряли в шаге от чемпионства, а ты тут улыбаешься во весь рот! Ну, впрочем, можешь не ударяться, у нас через пару часов зельеварение, я посмотрю, как ты под присмотром Снейпа попытаешься поспать.
Гарри ничего не ответил, его мысли были заняты куда более важными вещами, чем каким-то злобным Снейпом и бесполезным зельеварением. Он лёг спать, даже не зная, что ни на какой урок зельеварения он не попадёт, что утром за ним явится Дамблдор, и они отправятся на суд Сириуса Блэка в министерство Магии. Этим судом дело не ограничится. Гарри сначала выступит свидетелем защиты Сириуса Блэка, потом потерпевшим и свидетелем обвинения уже Альбуса Дамблдора. Затем он поучаствует в деле по поводу передачи опеки над ним, а потом… Но это вся круговерть начнётся завтра. Сегодня же он засыпал в счастливом расположении духа, не думая о каких-либо неприятностях.
Комментарий к Глава 51. Он сделал это! Ответ на загадку: Ничего.
====== Глава 52. Выбор Люциуса Малфоя ======
Для Люциуса Малфоя тринадцатое августа должно было стать днём, который раз и навсегда определит его дальнейшую жизнь. Ему предстояло сделать выбор, ключевой выбор между добром и злом, Тёмным Лордом и Дамблдором, жизнью и смертью. Вот только какой вариант этого выбора заключал в себе жизнь, а какой смерть? Люциус Малфой не знал ответа на этот вопрос и думал над судьбоносной для себя задачей…
А может оба варианта заключают смерть? На какую сторону он бы не встал, смерть найдёт его. Если присоединится к Дамблдору, убьют его бывшие друзья, если к Тёмному Лорду, то его убьют все те же старые враги — члены Ордена Феникса…
А может, обе стороны таят за собой жизнь? Сдаст он Тёмного Лорда, и тот умрёт окончательно, а Малфоя ожидает жизнь, которой он уже жил тринадцать лет. В тени таких недалёких и никчёмных сторонников светлой стороны, как Уизли. Если же он поддержит своего господина и тот завоюет мир, то его ожидает слава и жизнь в роскоши, он будет буквально вторым человеком в Англии, а после и во всём мире, ведь амбиции Тёмного Лорда не ограничивались одной лишь Великобританией. Именно такая судьба и должна ждать правую руку Лорда Волдеморта…
Хотя его нельзя было назвать самым близким к Тёмному Лорду Пожирателем. За всё время к господину удалось приблизиться только четырём людям: ему — за счёт хитрости и невероятно огромной финансовой помощи в войне, Беллатрисе Лестрейндж — за счёт фантастической преданности и боевому потенциалу, Антонину Долохову — этот был даже в большей степени равен Тёмному Лорду, такой же головорез и похожие способности к тёмной магии, однако полное отсутствие каких-либо лидерских качеств, так что главой без каких-либо нареканий всегда признавался Тёмный Лорд. И последний человек, который смог приблизиться к Волдеморту достаточно близко — Северус Снейп, он передал пророчество и поставлял важные сведения господину. Кого из этих четверых можно назвать правой рукой Темного Лорда?
Люциус Малфой надеялся, что именно он был наиболее близок к данному определению, поскольку он единственный, кто остался «в игре». Поражение в первой войне оставило видимый след в судьбе каждого из Пожирателей.
Беллатриса и Антонин в тюрьме. За Снейпа вступился Дамблдор, которого тот обвёл вокруг пальца и смог убедить в своей невиновности, а Малфою удалось стереть себе память и найти мелкую сошку, которую он уговорил признаться в использовании на нём заклятия Империус. Так что не удивительно, что после стольких лет внезапно оживший Лорд Волдеморт обращался именно к нему…
Малфой пришёл к выводу. Он выбрал свой путь и будет следовать ему до конца. Тёмный Лорд — правильный выбор, даже если за ним и скрывается смерть. Пережить смерть? Это ли не величие?! После такого Волдеморт не может проиграть.
— Мой Лорд, — Люциус Малфой зашёл в самую роскошно обставленную комнату Малфой-мэнора и обратился к единственному живому существу, находящемуся в ней. — Я готов вам отчитаться о деятельности Дамблдора, по списку сторонников, а также вероятным возможностям похищения мальчика и поиска философского камня.
Тёмный Лорд поднял глаза. Хотя правильно ли называть уродливого скрюченного младенца Лордом? Не лучше ли остановиться на временном обиталище Тёмного Лорда.
— По списку сторонников можешь не отчитываться, для выполнения поставленной задачи мне хватит имеющихся ресурсов, — промолвил Волдеморт.
Поразительно, что даже в таком обличье и с таким голосом, его действия и речь заключали в себе ту самую величественность, свойственную ему в прошлом.
— Милорд, разрешите возразить, если бы вы позволили привлечь хотя бы нескольких ваших сторонников, можно даже одного Снейпа. Нам нужен ещё один человек в Хогвартсе, одного Крауча недостаточно, каким бы хорошим актёром он ни был, а я уверен, что, даже несмотря на службу Дамблдору, Снейп сохраняет верность именно вам.