Гарри снял с себя маскировочное заклятие и уселся за небольшой стол у стены.
— Как говорил мой знакомый, чем искреннее улыбка на лице, тем больше у него волшебных палочек в рукавах.
— Это же был Грюм, да? — предположил Джастин. — Конечно, это был Грюм, если это не он, то я головой сейчас о стену начну биться!
— Да, это был Грюм, твоя голова в безопасности.
— Я и так знал.
— У меня плохие новости, — Грюм сделал несколько глотков из своей фляжки и уселся на скамью.
— Насколько плохие? — сразу же посерьёзнел Поттер.
— Один из наших новых членов Ордена Феникса погиб. Вернее, его убили… в Зале пророчеств.
Отдел тайн. Зал пророчеств. Место, в котором хранилось пророчество про Гарри Поттера и Волдеморта. Гарри перестал серьёзно воспринимать это пророчество, когда выяснил, что пророчества с пятидесятипроцентной вероятностью не сбываются.
— Как это произошло? — спросил Гарри.
— На него наложили Империус и заставили коснуться пророчества… того самого. Он сошёл с ума и получил Аваду в спину. От кого — неизвестно.
Пока Поттер раздумывал над тем, как на это отреагировать, на кухню зашла Тонкс. Топора не было. Злобное лицо в наличии.
— Ну, привет… Гарри, — Тонкс улыбнулась.
Разумеется, доброй эта улыбка не выглядела от слова совсем. Если бы лев улыбался антилопе перед тем, как её сожрать, а огромная акула улыбалась красным и синим рыбкам, прежде, чем заявить о своём якобы вегетарианстве, то Нимфадора смогла бы идеально повторить подобные улыбки. Однако так как ни львы, ни акулы не улыбались, Тонкс была первооткрывателем.
Поттер достал палочку, якобы для того, чтобы почесать лоб, и пересел поближе к Грюму.
— Привет, Тонкс… Как спалось?
— Знаешь, Гарри, отлично!
— Так, я, пожалуй, пойду, — Джастин начал тихо передвигаться к выходу с будущего поля битвы.
— Тонкс, у меня плохие новости, — Грюм атмосферу не замечал. — Нашего убили в зале пророчеств. Империус и Авада.
Нимфадора отвлеклась от изучения горла Поттера и поиска хорошей возможности, чтобы туда вцепиться. Она повернулась к Грюму. Джастин же воспользовался моментом и сбежал.
— Кого?
— Лионеля.
Тонкс побледнела и даже, кажется, забыла о мести.
— Что за Лионель? — поинтересовался Гарри.
— Лионель Эйк, он в прошлом аврор, — ответил Грюм. — Окончил Гриффиндор, но у него много друзей со Слизерина. Выступал за дружбу между факультетами и поэтому красил свои волосы в красно-зелёный цвет. Он у нас пробыл недолго, но успел уже засветиться.
— Он заступился за меня, — подавленно сказала Тонкс. — Мы с Римусом поругались сильно, а Лионель вмешался.
Римус, который Люпин?.. Интересно.
Комментарий к Глава 117. Долгожданная месть! В каноне дезинформацию Лорду про пророчества сообщил именно Эйвери, однако здесь он мёртв, а значит Волдеморт не должен был быть обманут. Однако я об этом вспомнил уже после того, как написал момент с убийством в Зале Пророчеств, а так как переписывать мне лень, я оставил это как есть. Сделаем вид, что среди Пожирателей был ещё один такой парень как Эйвери, либо Волдеморт просто был не в курсе о том, что пророчество защищено.
====== Глава 118. Кто убил Северуса Снейпа? ======
Римус Люпин, значит…
— А когда конкретно это произошло? — поинтересовался Поттер.
— Вчера, — ответил Грюм.
Каникулы уже начались, а значит, профессор был не в Хогвартсе, то есть алиби у него не было.
— А не мог ли Люпин самостоятельно поучаствовать в смерти Лионеля? У него был мотив, была возможность, и ещё кто-то, скорее всего из преподавательского состава, как раз моё имя в Кубок Огня бросил…
— А знаешь, да, — подхватила идею Тонкс. — В тот день Римус сказал, что он на Гриммо останется, однако Сириус не мог его найти. Где он был?
— Хорошая теория, но нет. Люпин не предатель, — возразил Грюм.
— И почему же, интересно? — заметил Гарри.
— У меня есть причины так считать. И есть причины вам об этих причинах не говорить. Я даю вам сто процентов, что Римус Люпин совершенно точно не ведёт двойную игру. Он один из немногих, кому я на данный момент могу хоть чуть-чуть, но доверять. Да и мотив у Пожирателя был совершенно другим, он хотел завладеть пророчеством.
— Мог ведь и совместить! — не согласилась Тонкс.
— Совместить? Из-за минутной ссоры он решился на рискованное убийство? И это у меня после этого паранойя?!
Вдруг у Поттера в голове словно вспыхнуло. Красно-зелёная фенечка. ЛЭ. Молодой аврор, запускающий его в лабиринт. Люпин, погружающий его в сон.
— Может, мотив был другим, — медленно начал он. — Недавно у себя в кармане штанов я обнаружил браслет ручной работы. Красно-зелёного цвета с двумя буквами на нём «Л» и «Э». Точки между ними не было, и я решил, что это не инициалы. Но если подумать, то ЛЭ вполне могли обозначать Лионеля Эйка.
— В Англии инициалы записываются тремя буквами, — возразил Грюм.
— Не всегда. Работы мы подписывали только именем и фамилией, продолжай, Гарри, — вступилась за него Тонкс.
— Так вот, я совершенно уверен, что этот браслет не мой. Он принадлежит кому-то другому, а я не помню, как кто-то мне что-то подобное дарил, а значит, мне его подбросили. Чисто случайно меня в лабиринт запускал именно парень-аврор с красно-зелёными волосами, вряд ли много людей любят красно-зелёные цвета, так что предположу, что это был Лионель. Так вот, он мог бросить мне браслет в карман, так, чтобы я не заметил. И в паре метров от меня был тогда именно Люпин. Я не уверен, в какой одежде я заходил в лабиринт, но теперь, когда я об этом думаю… Штаны, в которых я нашёл этот браслет, вполне могли быть теми, в которых я ходил в лабиринте…
— И что? Ну, допустим, Лионель подбросил тебе браслет. Другой надписи, я так понимаю, там не было, верно? Допустим, он даже это сделал, потому что боялся Люпина. Но со старта Турнира до его смерти прошло четыре месяца. Однако Эйк молчал и никоим образом не вёл подозрительно или настороженно, — продолжал всё опровергать Грюм.
— Империус, — подала идею Тонкс. — Лионель мог быть под Империусом.
Гарри уже был куда дальше мыслей Нимфадоры и Грюма и уже пытался строить картину произошедшего.
Люпин всеми силами обеспечивает победу Гарри на Турнире, контактирует со Снейпом, узнаёт, что тот планирует спасти Поттера. Тот не может связаться с Тёмным Лордом и начинает действовать самостоятельно. Перед третьим испытанием отправляет в сон Поттера и травит долгодействующим ядом Северуса, тот ещё не патрулирует лабиринт, поскольку он ответственный только за третью площадку, где в начале никого не было. Действия Люпина видит аврор, охраняющий подходы к кубку — Лионель Эйк. Лионель сражается с лже-Люпином, проигрывает, получает Империус. Гарри просыпается. Люпин даёт ему кусок меди, с помощью которого его можно отследить.
Поттер приближается к аврору, и тот на мгновение перебарывает действие Империуса и подбрасывает ему браслет, который он заметит только через полгода. Люпин с помощью куска меди отслеживает положения Поттера в лабиринте и понимает, что Фред придёт к финишу первым. Люпин оглушает Фреда и сразу же летит к уже обеспеченному алиби в виде разъярённого сфинкса, которое он успел устроить заранее, так как знал о том, что Поттер идёт не первым. На кладбище голос Волдеморта в голове у Гарри говорил: «Он тут, где-то спрятался. Обыщи тут всё. Не дай ему уйти!». Откуда такая уверенность? Тёмный Лорд, значит, точно знал, что Поттер каким-то образом оказался на кладбище. Наверняка информацию передали чары, наложенные на кусок меди… Кстати, а где он вообще?
Снейп, внезапно осознав, что и так умирает от яда, использует самые опасные зелья из своего запаса и защищает своим телом Поттера от Авады. Поэтому Министерство Магии и Грюм диагностировали разные причины смерти. Грюм увидел лишь Аваду и не стал разбираться дальше, в то время как Министерство изучило внутренности Снейпа и обнаружило яд. Однако так как кроме яда в Снейпе было множество разных зелий, люди, ответственные за диагностику, посчитали яд компонентом одного из неизвестных зелий и объявили передозировку.