Гарри сделал небольшую паузу. Он был уверен, что Дамблдор прекрасно понимает, куда идёт беседа. Директор тем не менее перебивать не стал, и Поттер продолжил:
— И я хотел бы спросить… Вы считаете, что я поступил правильно? Мне правда не стоило убивать Селвина, ради… Ради милосердия? Жизнь Чжоу того стоила?
2
Дом Аластора Грюма был разрушен. Даже домом теперь это было назвать нельзя. Вокруг куча каких-то обугленных непонятных коробок, вырванные с корнями деревья, разрезанные на множество кусков растения-убийцы.
Погром здесь был страшный.
Очевидно, что Грюм наложил защитные чары вообще на всё, что было в окрестностях, кроме разве что единственной оставшейся стоять стены. Видимо, её Аластор пропустил, когда готовил из своего обиталища бункер, поэтому Пожиратели и оставили её стоять, а не разрушили, как всё остальное.
И всё же, как много Пожирателей погибло, штурмуя эту крепость? Вряд ли обошлось одним десятком.
Дом Аластора Грюма не интересовал Гарри, его интересовали его окрестности, а именно небольшой лесок, больше похожий на рощу, куда Гарри ходил лишь несколько раз, когда ему нужно было освежиться.
Гарри направился именно туда.
Чем дальше он шёл, тем меньше следов боя он видел. Через три минуты ходьбы отпечатки сражения пропали окончательно, деревья не были повалены или разрублены, а ровно стояли на земле и росли к небу, наверняка не подозревая о произошедших неподалёку событиях.
Гарри подошёл к огромному дубу, на котором сидела неизвестная ему птица, и взмахом палочки заставил вылетать комья земли неподалёку от дерева.
3
Как же давно он здесь не был. Как же это было давно…
Приступ почему-то приятной ностальгии налетел на Поттера, хотя никаких приятных чувств от пребывания на Тисовой улице у Гарри не появилось. Наверное, это чувство ностальгии и было единственным приятным ощущением, которое он испытывал в Литтл Уингинге…
Хотя нет. Было там что-то ещё, какие-то пряники, успешные побеги. Нет, ложки мёда всё же присутствуют в море дёгтя, и всё же этого мёда не хватило бы, чтобы накормить и кузнечика…
Гарри прошёлся по широкой улице с высоким бордюром; где-то тут был его любимый куст, где он долгое время хорошо прятался от Пирса с его бандой. Поттер немного походил, намереваясь его обнаружить, но так и не смог. Либо память его подводила, либо Тисовую улицу за эти четыре года обустроили и эти кусты оказались не нужны жившим здесь людям.
Гарри много бы здесь мог осмотреть, ему было интересно, как и что изменилось, но у него были дела, ради которых он сюда и прибыл.
По дороге к трёхэтажному дому Гарри встретил женщину, в одиночку тащившую большую сумку с продуктами, и мужчину, который стриг газон на своём небольшом участке. Никто не обратил внимание на проходившего рядом подростка, который ещё пять лет назад жил здесь.
Такое безразличие не было связано с тем, что людей не интересовали другие люди и их беспокоили только свои дела, хотя, безусловно, это было именно так. Нет, дело было в том, что Гарри заранее наложил на себя маглоотталкивающие чары и теперь был лишь пустым местом для местных жителей.
Поттер полагал, что чары действуют не только на людей, но и на всех живых существ, в которых не было ни капли магии, однако по дороге к Гарри подошла старая бродячая собака, радостно махавшая хвостиком. Очевидно, что та его видела, причём, похоже, даже узнала, неужели помнила его в детстве? Поттер напряг память, но никакой собаки рядом с собой не припоминал. Собака продолжала вилять хвостом, и Гарри решил наложить на неё заклятие сна. Надзор на него больше не действовал, а значит, сейчас он ничем не скован.
Если она его видела и узнала, то наверняка увяжется за ним. А этого Гарри предпочёл бы избежать.
Спящую собаку Поттер отлевитировал в находящуюся через два участка будку. Оставив её там, Гарри продолжил свой путь.
И вот. Цель его пути. Трёхэтажный дом. Красная кнопка с вызовом. Огромное количество неприятных воспоминаний.
«Фините», — подумал Гарри, направив палочку на себя.
А затем он нажал на кнопку.
Хозяина семейства, Полкисса-старшего, Поттер ждал недолго. Секунд через двадцать дверь открылась, и из неё вышел высокий мужчина с шрамом над бровью.
— Что надо? — спросил он.
— Меня зовут Гарри Поттер. Вы должны меня помнить. Я ищу вашего сына Пирса Полкисса.
Полкисс-старший пригляделся к Гарри. Поттер был уверен, что тот его не вспомнит. За всё время его пребывания на Тисовой улице они встречались лишь пару раз, причём большая часть этих встреч была тогда, когда Поттеру повредили горло… Кстати, забавно, с горлом и сейчас у него не всё хорошо. Да, вот уж совпадение, травма горла и Полкисс-старший, что общего?
— Я тебя помню. Сын сестры Петуньи, — сказал тот. — Что тебе здесь нужно?
«Неожиданно. Всё-таки помнит».
— Я ищу вашего сына. Пирса. Нужно с ним поговорить.
— Поговорить, да? Это из-за того, что он тебе шрамов понаставил?
Неожиданность номер два. Отец семейства в курсе о деятельности своего сына. Впрочем, этого как раз стоило ожидать, учитывая произошедшее и то, что тот отмазывал своего сынка. И почему отец никак не повлиял на сына? Что вообще в голове у этого человека.
— Может быть, — уклончиво ответил Гарри. — Можете позвать его? Или сказать, где он?
— Ничего я тебе не скажу. Ты пришёл мстить, по глазам вижу! Я зову полицию.
И мистер Полкисс взялся за дверь, чтобы её закрыть.
1
— Между вами образовалась прочная связь. У Тёмного Лорда служит человек, который перед тобой в неоплатном долгу. Когда один волшебник спасает жизнь другому, между ними создается связь.
— Какая связь? Он был без сознания.
— Это не важно. Даже если он о ней и не знает, связь будет. Это самые сокровенные глубины магии, её непостижимая суть, которую никто не сможет осилить вне зависимости от того, сколько заклинаний переучить. Я не считаю себя специалистом в этой области магии, но поверь мне: может быть, наступит день, когда ты будешь рад, что сохранил жизнь Стэну Селвину.
Гарри внутри начал закипать. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не сделать то, о чём потом пожалеет. А вмазать Дамблдору хотелось очень сильно.
— Да насрать мне на Селвина, — с трудом Гарри сдержал свой порыв и даже не повысил голос. — Плевать на него, на эту связь. Вообще плевать. Даже если он вдруг воспылает ко мне чувствами и подставит грудь под Аваду, летящую в меня, то ничего не изменится! Я спрашиваю не про Селвина. Я спрашиваю про Чжоу. Стоило ли это милосердие её жизни? Или между нами тоже образовалась связь?
— Гарри, милосердие никогда…
— Я спрашиваю, стоило или нет?! — Гарри впервые за долгое время повысил голос. Терпение у него кончалось. — Хватит использовать психологические хитрости, прямо ответьте на мой вопрос! Я знаю, что вы гений в пятом поколении, который превосходно разбирается в человеческой природе, не нужно меня умасливать. Ответьте на вопрос!
Тень прошла по лицу Дамблдора.
— Нет, Гарри, не стоило, — с ощущаемым горем ответил он.
— Отлично… Нет, я рад, что вы ответили именно так, — Поттер думал, что директор будет заливать ему про то, что жизнь Селвина важнее жизни Чжоу. — А это значит, что я совершил ошибку, верно? Я последовал вашему совету, попытался проявить милосердие к врагам. И вот к чему это привело… Значит, всё-таки вы были не правы. Всё-таки всех врагов нужно убивать.
— Нет, Гарри, всё не так. То, что произошло с Чжоу, трагедия не только для тебя, но и для меня…
— Если бы я убил Селвина, она бы выжила!
— Возможно, не перебивай. Если бы ты убил Селвина, Чжоу, скорее всего, выжила, да, тут ты прав. Но вот Селвин не выжил бы совершенно точно. Ты обмениваешь одну жизнь на другую. Ни одной жизнью нельзя жертвовать. Если у тебя есть возможность спасти всех, даже плохих и неприятных тебе людей, то надо ей пользоваться. То, что произошло с Чжоу Чанг — трагическая случайность, и она ни коим образом не связана с твоим решением спасти Селвина… Так вышло. Мы никак не можем повлиять на судьбу. Если бы ты не получил послание Пожирателей, то не пришёл бы в Отдел тайн, если бы Аластор Грюм не гнал себя в самые серьёзные переделки, а находился бы на связи, то ты бы знал, что он в безопасности… Если бы давным давно Меропа Мракс погибла бы в результате несчастного случае, то Тёмный Лорд не появился на свет и ничего бы этого не было, а все погибшие были бы живы. Но разве это повод убивать невиновную беременную женщину?