?
Позади директора стоял Джастин Финч-Флетчли.
— Что, говоришь, без доказательств он действовать не станет? — спросил тот, нервно оглядывая комнату.
Комментарий к Глава 137. Альбус Дамблдор против Гарри Поттера Можно было запихнуть Гарри в тюрьму, и не в обычную тюрьму, а в камеру к Бабушке. И следующий глав 10 показывать их крутой побег с водкой, медведями и планами по типу “Когда я скажу “Сука, блять” – бей охранника богатырской силушкой” . Уже и название есть “Побег из Азкабана. Русская версия”.
И ещё я тут недавно понял, что моя самая большая ошибка связанная с этим фиком это то, что Бабушку зовут Антон, а не Иван. Эх…
Эх, эх. Упущенные возможности, сколько упущенных возможностей…
Хоть фанфик по фанфику пиши.
====== Глава 138. Казнить, нельзя, помиловать, 2, ======
Гарри постучал в дверь, подождал пять секунд, затем громко произнёс «Джордж, я вхожу!» и потянул за ручку.
Джордж не спал, он сидел на кровати и пялился в книгу. Без руки его видеть было непривычно, впрочем, в грустном расположении духа тоже. Джордж в таком виде слабо походил на себя.
Гарри подошёл ближе и бросил взгляд на название книги: «История колесниц». Страница тридцать один, хмм. По словам Джастина вчера тот находился на двадцать девятой странице, прогресс есть, но довольно неочевидный.
Да…
Гарри знал, что если один из близнецов Уизли умрёт, то второй будет сильно горевать, но такого он не ожидал. Джордж словно перестал существовать в этом мире, по словам Финч-Флетчли тот всё время молчит, почти ничего не ест и не пьёт. Гарри думал, что «всё время молчит» означает, что тот общается языками жестов или подаёт какие-либо другие признаки, но тот вообще не общается.
— Что, ты как? — спросил Гарри, особо, впрочем, не надеясь на ответ.
Его и не последовало, Уизли продолжил мониторить свою книгу.
Гарри придвинулся ближе и посмотрел, что такое там написано. Может быть, дело в книге, и это она такая интересная?
«История колесниц» надоела за одну секунду.
— Кажется, шумиха какая-то была? Ты тут не слышал ничего? — Гарри отодвинулся от Уизли и осмотрел комнату. Джастин старался подобрать для парня более миролюбивое помещение, ни камина, ни чучел животных тут не было, однако Джорджу очевидно было плевать.
Никакой реакции.
Даже если тот что-то и слышал, то наверняка уже забыл. Ладно, здесь всё чисто, можно не беспокоится.
— Я пойду тогда, хорошо? — Гарри направился к двери. — Ты же… будешь на похоронах, правда?
Джордж вздрогнул. Кажется, сейчас он впервые понял, что в комнате кроме него кто-то есть.
— Похороны послезавтра, — продолжил Гарри. — Погибшие в отряде…
Чёрт. Нельзя упоминать название «Отряд близнецов». Только не сейчас.
— …в нашем отряде будут похоронены рядом. Шесть человек. Твоя сестра придёт тоже, думаю, она бы захотела, чтобы ты пришёл.
Джинни и Джордж. Последние Уизли. Может буква «Д» просто счастливая, а? Джордж, Джинни, Джастин и Дамблдор, хоть это и не совсем имя. Не может же какой-то больной ублюдок специально убивать всех людей, чьи имена не начинаются на «Д»?
Джордж отвернулся от книги, посмотрел на Поттера и кивнул. Есть контакт.
— Хорошо, тогда я послезавтра за тобой зайду.
Гарри вышел из комнаты Уизли.
Почему он не страдает так, как страдает Джордж? Чжоу тоже была для него всем… Нет, скорее не всем, но уж половиной точно. И всё же… Он тоже не хотел ни с кем говорить, но всего лишь пару дней. Потом он понял, из-за чего та умерла и как сделать так, чтобы больше никто из-за его ошибок не умирал. И всё.
Означает ли, что раз он ходит, говорит и даже иногда оценивает шутки Финч-Флетчли, то Чжоу для него ничего не значила?..
Нет, конечно, нет. Что за бред вообще?
Просто Фред для Джорджа был именно всем. Не было Фреда, не было Джорджа, был один человек, которого по ошибке разделили на два тела. У Джорджа словно отрезали половину тела, вырвали половину органов вместе с рукой, а затем его в таком виде выпустили обратно в мир.
Разница между ним и Уизли слишком велика. Он пытается изо всех сил забыть о Чжоу, думать о чём-то другом, а не о ней, тем более подумать есть о чём, например, о Дамблдоре, валяющемся в его комнате. Джордж же… Джордж нет, он, наоборот, пытается изо всех сил помнить о своём брате-близнеце. Заново переживать все моменты, на протяжении которых он был рядом с Фредом. То есть всю свою жизнь. Печальная участь.
Сколько же страданий принесло одно его решение?
В комнате уже ждал Финч-Флетчли.
— Ну что? — спросил тот.
— Джордж ничего не слышал, — сказал Гарри, проходя в покои и запирая за собой дверь. — Наверное. Он ничего не сказал. Если что и слышал, то не обратил внимания. Что у тебя?
— Использовал Конфундус на маме. Забей, ничего страшного.
— О-о, точно ничего?
— Да-да, не это… Не парься. Я заодно и пару других неприятных моментов подправил. Теперь, если что, она больше не будет кричать на меня из-за моей деятельности в мире волшебников.
— Ты заклятием подкорректировал её поведение? Ни кажется ли тебе, что это чересчур?
— Мы собираемся тут убить главного врага Волдеморта и главную надежду мира на победу против Тёмного Лорда. Думаешь, мы в той ситуации, чтобы порассуждать о морали? — Финч-Флетчли чуть-чуть повысил голос.
— Я не говорил, что собираюсь убивать Дамблдора, даже наоборот, я склоняюсь к тому, чтобы оставить его в живых.
Джастин замер.
— Я думал, ситуация с Селвином научила тебя принимать правильные решения, разве нет? — он помрачнел.
— Научила, да. Но это не значит, что я собираюсь убивать всех налево и направо. Просто теперь любые мои враги будут получать от меня Аваду Кедавру в лицо. И не только враги. Все сволочи и твари, которые заслуживают смерти. Дамблдор не в их числе.
— Но если ты оставишь его в живых, он отправит тебя в Азкабан. Это тебя не останавливает?
— Есть другие способы держать у человека рот закрытым. Империус, например. Я же хочу стереть ему память.
— Кстати, да. Может сработать, — Джастин немного расслабился. — И ты недавно на себе неплохо так попрактиковался, опыт есть. У тебя должно получится.
— Да, я знаю, — Гарри присел на корточки и потянулся под кровать за дневником, который, кажется, спокойно пережил эту битву.
— О, твой старый друг! — Финч-Флетчли мигом узнал дневник. — Я уж думал, ты забыл о нём.
Гарри не ответил Джастину и, открыв первую страницу дневника, тут же наткнулся на надпись:
«Поздравляю с победой над Дамблдором!»
«Я проиграл», — ответил Гарри.
«Удар в спину — это победа. Даже если его нанёс не ты. Ты первый, кто победил Дамблдора, ты это знаешь?»
«Не первый. Первым был Долохов.»
«Не знаю такого. Но буду иметь в виду. По поводу того, о чём ты хочешь у меня спросить. Убивать или нет — вопрос скользкий. Джастин прав, Дамблдор — единственный, кто может победить Волдеморта, и тот, кого он… Ладно, мы, боимся. Но в виду своей тупости, фениксофил опасен и для нас. Я уверен, что он догадывается о моём существовании, и если бы ты действительно проиграл бы в бою, то меня бы нашли и уничтожили. Плюс у Дамблдора есть омут памяти, по крайней мере был, когда я обучался в Хогвартсе, так что затея со стиранием памяти может не сработать. А второй попытки у вас не будет.»
— У Дамблдора есть омут памяти, ты в курсе? — спросил Поттер у Финч-Флетчли.
— О-о, ясно, тогда нам жопа, если мы его не убьём. И даже если убьём, скорее всего, тоже жопа.
— Не надо так пессимистично, далеко не факт, что он каждый день омут обновляет. Ты мог бы и подбодрить меня, Дамблдор ведь за мной приходил.
— Ну, если что, то в тюрьму мы сядем вместе. Сойдёт за подбадривание?
Гарри ничего не ответил и вернулся к дневнику.
«Как думаешь, как часто он кладёт воспоминания в омут?»
«Без понятия. Я просто знаю, что он есть, Дамблдор мне как-то втирал про необходимость освободить голову от излишней злобы и предложил свой омут. Может, он вообще его не использует, а если и использует, то далеко не факт, что он решил именно сегодня положить воспоминания в омут. Стереть ему воспоминания — это огромный риск. Но это единственный вариант, если тебе он нужен живым. Под Империусом ты его не удержишь, даже не пытайся, Конфундус ещё хуже Обливиэйта. Запереть ты его не сможешь, уверен, он откуда угодно освободится. Ну и понятное дело, уговорить у тебя его тоже не выйдет, он упёртый как баран. Либо убить, либо стереть память. Думаю, какое-нибудь экстравагантное зелье на него бы подействовало, но я таких не знаю. Решай сам.»