---
Вечером на пирсе нашли тело.
Роберто Марини. Тот самый журналист, который был готов сражаться.
Убит выстрелом в затылок. Как предупреждение.
Рядом — пустая карточка памяти.
Анна сжала кулаки.
— Они начали расчистку.
— Не просто зачистку, — поправил Габриэле. — Они уже записывают свою версию событий. Пока мы думаем, они переписывают правду.
---
Укрылись в квартире на окраине. Пыльной, старой. Когда-то принадлежавшей хакерке Нике — второй союзнице. Но её здесь не было.
На стене — следы борьбы. На полу — флешка.
Габриэле открыл её. Там был только один файл — видео.
Ника смотрела прямо в камеру:
> — Если вы это нашли — меня уже нет. Я не боюсь. Но прошу: не сдавайтесь. Это не борьба за правду. Это борьба за возможность говорить правду.
Пауза. Она улыбается — слишком спокойно, как перед прыжком.
> — И если вам придётся стать преступниками, чтобы остановить преступников — будьте точны. Не жалейте их. И не жалейте себя.
Видео гаснет.
---
Анна смотрит в темноту.
— Нас осталось двое.
— Нас всегда было двое, — сказал Габриэле. — Всё остальное — лишь окружение.
Она повернулась к нему:
— Они не просто охотятся. Они пишут новый мир.
— Значит, мы должны написать свой. Но быстрее.
Пауза.
— С чего начнём?
Анна подняла голову. В голосе — сталь. Без пафоса. Без игры.
— С возвращения в самое начало.
— Где? — спросил Габриэле.
Она достала старую карту. На ней — точка: Вилла Россини. Самое сердце их детства. Их памяти. Их плена.
— Пора навестить призрак, который всё это начал.
---
Вилла Россини стояла, как и раньше. Тихая, вымытая дождём, с погасшими фонарями. Как будто время её не тронуло. Как будто смерть матери здесь не жила. Как будто здесь не воспитывали убийцу.
— Она точно здесь? — спросил Габриэле.
— Нет, — тихо ответила Анна. — Но здесь что-то осталось. Что-то, что она хотела, чтобы я нашла сама.
Они вошли через заднюю калитку. Код не сменился.
Это было странно. Слишком просто. Слишком… как приглашение.
Дом встретил тишиной. Не гулкой — такой, что казалась на грани шёпота.
Каждая деталь — на месте. Фотографии на стенах. Книги. Запах корицы и пыли. Никаких следов вторжения.
Анна провела рукой по полке.
— Это было убежище. И капкан.
— Где ищем?
— В кабинете отца.
Она посмотрела на Габриэле:
— Мы не одни. И, возможно, не последние.
Позади — щелчок. Замок. Дверь захлопнулась.
Снаружи — шаги. Медленные. Уверенные.
Кто-то знал, что они придут.
Анна сжала планшет:
— Значит, у нас меньше трёх суток. Не чтобы победить — а чтобы не дать им завершить начатое.
Габриэле достал складной нож.
— Тогда действуем. Без крика. Без следов.
Анна кивнула.
— И без пауз. Каждый наш шаг — их сбой. Каждое найденное имя — минус одна ложь.
Она посмотрела на экран:
> «Найдите „Горизонт“. Он знает, как отключить сеть.»
Трое суток.
Это не было началом войны.
Это было началом вмешательства.
Того самого момента, когда кто-то решает — не остаться фоном.
А стать помехой.
ГЛАВА 28
ПЛАН Б ..
Кабинет отца.
Тяжёлые шторы, плотно задернутые. На столе — старый компьютер, клавиатура с вытертыми буквами. Анна провела пальцем по пыли, оставив чёткую черту.
— Здесь, — прошептала она.
Габриэле наклонился к книжной полке, потянул за корешок «Божественной комедии». Сработал скрытый механизм — часть стены сдвинулась, открыв узкую нишу. Внутри: жёсткий диск, папка с документами и… пистолет.
— Привычка прятать оружие в книгах, — усмехнулся он. — Классика.
Анна подключила диск к планшету. Экран вспыхнул, замигал строкой кода.
**>> ЗАГРУЗКА АРХИВА «ГОРИЗОНТ»…**
— Бинго, — прошептала она.
Но в этот момент снаружи раздался громкий удар. Дверь дрогнула.
— Они здесь, — сказал Габриэле, сжимая нож.
Анна быстро скопировала файлы, выдернула диск.
— Нам нужно уходить.
— Куда?
— В подвал.
Ещё один удар. Дверь треснула.
Они бросились в коридор, к лестнице, ведущей вниз. Анна знала этот дом лучше, чем свои сны. Каждый поворот, каждую скрипучую доску.
Подвал встретил их сыростью и мраком. Габриэле нащупал выключатель — свет не загорелся.
— Генератор, — бросила Анна. — Слева.
Он нашел рычаг, дёрнул. Лампы мигнули, зажглись.
И тогда они увидели **её**.
Напротив, прислонившись к стене, сидела Ника. Бледная. Глаза закрыты. На шее — тонкий шрам.