Точность , абсолютная тишина перед выстрелом. Киллер, от которого не сбегают. Не молят о пощаде — потому что не успевают.
Ему пришёл новый заказ. Девушка. Аделина Моретти. Внутри файла — фото, местоположение, временной коридор, зашифрованные инструкции. Без права отмены. Подпись — лично от клиента, чьё имя было засекречено, но достаточно весомо, чтобы отказаться означало смерть.
Грим не задавал вопросов. Он всегда делал, что нужно.
Но когда он увидел её в прицеле — не в объективе камеры, а своими глазами — он замер. Что-то в ней напомнило ему человека, которым он когда-то был. До всего.
Он ушёл. Не нажал на курок.
В ту ночь Грим впервые за много лет не спал.
ГЛАВА 13
Подземелье под монастырём оказалось не просто криптой. Это было убежище. Сквозняк пах влажным камнем, металлом и чем-то иным — запылённой памятью.
Анна шла первой. Фонарь в её руке выхватывал глухие своды, остатки стендов, ящики и таблички. Всё вокруг напоминало архив, только тайный. Только для тех, кому доверяли коды.
Габриэле молчал. Шёл за ней, но не близко. Он не касался её с тех пор, как она произнесла:
— Это место знал только мой отец.
Теперь всё встало под вопрос.
На старом столе в центре зала лежали открытые папки. Даты, имена, коды, логотипы компаний.
Финансовые переводы. Протоколы допросов. Досье.
Анна вытащила одну папку — на ней стояло имя:
> «Маттео Сальвино. Агент-связной. Код: СТЕНА»
— Это твой отец, — произнесла она.
Габриэле медленно подошёл.
Прочитал. Замер.
— Он был агентом? На кого работал?
Анна листала дальше. Отчёты шли до 2003 года. Потом — пропадали.
— Ушёл в тень, — сказала она. — Или… кого-то сдал. И исчез.
Сзади послышался щелчок. Кто-то снял предохранитель.
— Не трогай документы, — сказал голос.
Они обернулись. В дверях стоял полковник Андреа Коста — тот самый куратор, который, по легенде, погиб в 2017-м.
— Вы оба — слишком близко к правде, чтобы уйти, — спокойно сказал он.
Габриэле направил на него пистолет.
— Ты работал с Маркелло?
— Я работал выше. Он был только исполнителем. Кодекс — лишь фасад. Вы добрались до архива, но это не вся правда.
Анна шагнула вперёд.
— Тогда расскажи.
Полковник усмехнулся.
— Кодекс был создан не для контроля мафии. А для сохранения старого порядка. Вы — сбой. Дочь прокурора и сын предателя. И теперь... вам решать, на чьей вы стороне.
Он бросил на стол чёрный чип. Флеш-ключ.
— Здесь — последний уровень. Там имена живых. Политиков. Судей. Журналистов. Все, кто покупался, убивался или молчал.
— Зачем ты нам это даёшь? — спросил Габриэле.
— Потому что кто-то должен решить, выносить ли всё наружу. Или стереть. Иначе — всё сгорит.
Анна посмотрела на чип.
— А ты?
— Я? Я уже мертвец. Просто пришёл попрощаться.
Он развернулся и ушёл в темноту.
Они остались в зале одни. И впервые за долгое время — без врага напротив. Только с решением.
— Мы с этим справимся? — спросил Габриэле.
Анна смотрела на чип, потом на него.
— Если не мы — то кто?
ГЛАВА 14
Рим. Подземный паркинг на три уровня вниз. Холодный бетон, запах масла, капающая вода и чужие глаза в камерах.
Аделина держала пистолет в кармане пальто. Грим стоял в двух шагах, будто они — случайная пара, у которой села батарейка в машине. Но каждый знал: следят.
— Почему ты всё ещё рядом? — спросила она.
Грим не повернул головы.
— Потому что, если уйду, тебя убьют. А если останусь — возможно, убью я.
Она усмехнулась, но без радости.
— Приятный выбор.
— Убийство — всегда выбор. Просто ты не всегда знаешь, чей.
Молчание. И шаги. Один, два, три. Третий уровень паркинга.
Николай Ветров вошёл из лифта, один. Без охраны. Пальто распахнуто. Пустые руки. Но в глазах — оружие.
Аделина застыла. Не от страха — от жара под кожей. Он знал, кто она. Знал, зачем она сбежала. И всё равно пришёл.
— Ты должна была быть моей женой, — сказал он. — А стала моей угрозой.
— А ты должен был быть моим тюремщиком. А стал… — она замолчала.
— Кем?
Она посмотрела на него. А потом перевела взгляд на Грима.
— Тем, кто сделал выбор. Остаться живым. Или стать врагом системе.