И как оказалось, это именно Гор о многом не хотел и не умел говорить. Анубису было достаточно знать, что Гор не злится за то, что когда-то мальчишкой тот лишил его глаза, не сумев контролировать силу. Анубис винил себя за это — но не Гор.
Гор просто хотел быть с братом, пока умирает.
— Не уверен, что мне уместно здесь оставаться, — сказал Гор, когда они с Анубисом прибыли в квартиру Сета. — Я могу приехать утром.
— Заткнись, — коротко сказал Сет.
Нефтида просто отвела в свободную гостевую комнату, где раньше жил Амон, и выдала стопку чистого постельного белья. Потом вернулась еще и с полотенцем.
— Вряд ли я сильно помогу Амону, — проворчал Гор, пытаясь справиться с пододеяльником.
Нефтида перехватила белье и ловко запихнула одеяло:
— Тебе становится хуже, Подземный мир тоже разваливается, Гадес сказал, там кровавый дождь. Амон ослеплен. Тебе не кажется, этого достаточно, чтобы хоть сегодняшнюю ночь ты провел здесь?
— Просто Сет любит всех и всё контролировать.
— Просто он твой дядя, — вздохнула Нефтида. — И ты брат Анубиса.
Как подозревал Гор, это была идея Нефтиды, чтобы он остался. Он долго лежал на кровати, уставившись в потолок и пытаясь не думать, что до него тут спал Амон — он так и не ушел из гостиной, так что Нефтида принесла туда одеяло и подушку.
Уснуть Гор так и не смог, поэтому подхватил полотенце и направился в душ. Квартира стояла тихой: где-то здесь спали Анубис, Сет и Нефтида. Гадес с Персефоной сквозь дверь прошли в Поземный мир, а Амон и Эбби остались в гостиной. Или Эбби уехала? Гор не был уверен. И решил, что пять режимов душевой кабины Сета волнуют его куда больше.
Он как раз дошел до «тропического ливня» под синее мерцание лампочек, когда Гору показалось, что послышался крик.
Он выключил воду и прислушался. Торопливо вылез из душа и взял полотенце, заботливо выданное Нефтидой. Мягкое, пахнущее успокаивающей лавандой. Пока Гор одевался, он слышал только негромкий звук, с которым вертелось белье в запущенной стиральной машинке.
Гор решил, что ему и правда послышалось, и зря он не попробовал еще два режима в душе, но, выйдя из ванной, заметил открытую дверь в комнату Анубиса и голоса оттуда.
Тихо подойдя, Гор увидел сбитое одеяло, небрежно смятое, почти стянутое в жгут. Анубис сидел на кровати, обхватив колени, уткнувшись в них лицом. В тусклом свете двух неоновых ламп по сторонам от постели Гор мог ошибаться, но ему показалось, брата еще потряхивает.
Рядом уверенным твердым силуэтом сидел Сет. Он что-то тихонько говорил, Гор не мог разобрать слов, возможно, они даже не были на английском. Но поразился, как спокойно, умиротворяюще они звучат — он бы никогда не подумал, что суровый Сет способен на такие интонации.
Нефтида стояла ближе к двери и сразу заметила Гора. Она подошла и, легонько подхватив его под руку, вывела из комнаты. Закутанная в какой-то длинный цветастый халат, кажется, шелковый.
— И часто такое бывает? — спросил немного смущенный Гор.
Нефтида качнула головой. Даже сейчас, после постели, ее роскошные темные волосы лежали как будто идеально.
— Раньше бывало. После Кроноса ничего такого. Наверное, поэтому сегодняшний кошмар такой неожиданный. Он первый за долгое время.
— Я могу что-то…
Гор смутился еще больше, но Нефтида покачала головой и улыбнулась — хотя в улыбке не было радости, скорее, она успокаивала, как полет ночных бабочек над поляной.
— Ты можешь выспаться, — сказала Нефтида. — У Инпу наверняка не выйдет, так что завтра тебе придется терпеть его дурной характер. Это потребует сил.
Гор проснулся от того, что солнечные лучи светили прямо ему в лицо. Он поморщился и отвернулся, для надежности даже натянул одеяло повыше. Но солнце умудрялось всё равно изрядно припекать, напоминая, скорее, жаркую Калифорнию, нежели Лондон.
— Тут ведь должен мрак быть, — проворчал Гор, поднимаясь с постели.
На окнах, конечно же, не имелось намека на шторы — то ли Сет специально оставлял эту комнату для Амона, то ли тот всё снял, пока жил здесь.
В последнее время, насколько знал Гор, Амон поселился в отеле, на самом верхнем этаже, и теперь был готов поспорить, что наверняка на восточной стороне, чтобы лучи восходящего солнца попадали прямо в окно.
Свет Гору не требовался, а после многих лет в пустыне успел порядком осточертеть. Но он уже проснулся, поэтому быстро натянул джинсы и рубашку. Неплохо бы побриться, но можно оставить до своей квартиры — Гор планировал вернуться туда сразу после встречи с Тиамат.
Он глянул на ненавистное окно, где мало того, что светило солнце, так оно еще и отражалось от дома напротив. Мстительно показав стеклу средний палец, Гор вышел из комнаты. Вообще-то обычно он себе таких жестов не позволял… но почему бы и нет?
В гостиной стояла тишина, значит, Амон и Эбби спят. Из-за неплотно прикрытой спальни раздавался голос Нефтиды — то ли она говорила больше, то ли с утра Сет был настроен только слушать.
На кухне нашелся Анубис, который вряд ли ложился спать. Он сидел на стуле с ногами, водя пальцем по экрану лежавшего телефона. В другой руке сжимал дымившуюся сигарету, а рядом с телефоном почему-то стоял только стакан с водой.
— В Америке такое называют мексиканским завтраком, — заявил Гор, усаживаясь напротив.
Анубис глянул на него исподлобья так, будто одним взглядом хотел рассказать, куда стоит пойти брату с его утренним остроумием.
— Как ты только с людьми общаешься? — вздохнул Гор. — В баре-то. Это у тебя чатик богов? Что говорят?
Сам Гор почти не читал, довольствуясь тем, что сплетни и новости всегда пересказывал Амон. Правда, сейчас он вряд ли сможет поведать, о чем пишут.
Анубис закончил с сообщением и, выключив телефон, отложил его:
— Нет, это Луиза. Она тоже не спала.
— Ну, так с ней хотя бы безопасно общаться.
Ответом его Анубис не удостоил. Затянувшись сигаретой, поднялся и достал растворимый кофе и чашку. Он не спрашивал, просто быстро сделал и поставил перед Гором. Залез в холодильник, внимательно изучая содержимое, пока пепел с сигареты тлел и падал на плитки кухонного пола.
Он действовал привычно, и Гор не мог не подумать: где Анубис ощущал себя, как дома, в Дуате или здесь, рядом с Сетом и Нефтидой?
На стол перед Гором хлопнулся салат, в кофе плеснулось молоко, и Анубис вернулся на место, посмотрев на телефон — ничего нового, похоже, не пришло.
Гору оставалось только удивляться, откуда брат знает, что кофе он предпочитает с молоком — и как угадал с салатом. В последнее время это было единственное, что Гор мог заставить себя съесть.
Анубис, кажется, вообще не задумался о том, что делал, и Гор решил спросить не об этом:
— Что тебе снилось, воробушек?
Анубис затушил окурок в пепельнице:
— Муть какая-то.
— Ты кричал.
Анубис пожал плечами и достал еще одну сигарету, хотя прикуривать ее не стал, просто вертел в руках.
— Правда не помню. Но точно ничего похожего на сны Гадеса. Мне не снился Дуат. Скорее… не знаю, что-то более личное. Как на изнанке.
— Сны, кошмары — область Гекаты. Может, это она?..
— Решила не дать мне выспаться? О да, очень по-злодейски! Нет, Хару, всем иногда снятся кошмары, особенно когда вокруг происходит какой-то трэш.
Гор проигнорировал едкость в тоне Анубиса и просто снял прозрачную полиэтиленовую крышку с контейнера. Салат выглядел так, будто взят на вынос в каком-то ресторане — может, вчера вечером с кухни в клубе Сета.
На вкус, по крайней мере, хорош. Свежие овощи, хорошенько пропитавшиеся заправкой. Сухарики давно стали мягкими.
Гор полагал, Анубис так и будет молчать, но он задумчиво сказал:
— Амон может казаться милым, но я знаю, на что он способен. Он мощный бог. Думаешь, какая-то отдача от ритуала может лишить солнце зрения?