Понятно, здесь рукопожатия не заведены.
— Дэрани, а у вас есть другие свободные комнаты? – спросила я, засовывая ладони в карманы джинс.
— Да, – растеряно ответила, зыркнув на своего хозяина.
— Я хочу занять одну из них. Если я поселюсь в этой спальне это может меня скомпрометировать.
Дракон от удивления открыл рот:
— Скомпрометировать? – услышала нотки возмущения в надменном голосе. – Тебе не стоит переживать о своей репутации. Ты моя и это все должны знать.
— Странно. Но я своего согласие не давала, на то, чтобы меня кто-то присваивал себе.
— Я здесь король и я решаю, кто кому принадлежит.
— Да, ты король, но я не твоя подданная! Я требую отдельные покои, подальше от вас! И засунь свою благосклонность куда подальше! Понятно?!
— Не дерзи мне. Иначе это может плохо для тебя закончиться.
— Дэрани, вы покажите мне другие покои? – вернула я внимание на девушку, пропустив угрозы мимо ушей.
Нет, я так долго не выдержу! Я или отхвачу по полной. Или сбегу. Меня естественно поймают и я все равно отхвачу по полной. Так что улыбаемся и машем. Умерь свой пыл, Семенова.
Служанка покраснела до кончиков огненных волос. Плотно прижав руки к груди, она переводила испуганный взгляд с меня на чешуйчатого гада и обратно.
— Дэрани, подготовь гостевые покои в восточном крыле которые с круглой террасой. Еще гардероб и к нему все необходимое, – прорычал высокомерный. — И проводи мою гостью, – сорвавшись с места, бросил он.
— Хорошо, ваше Сиятельство, – заискивающе проговорила служанка, провожая хозяина влюбленным взглядом. А потом не смотря на меня, разражено бросила. — Пойдемте за мной, – сорвалась она с места.
Я естественно пошла следом, радуясь, что отвоевала хоть какую-то свободу. Пусть меня тянет к этому поганцу с неимоверной силой… Но это еще не значит, что я позволю ему обращаться со мной как с гулящей девкой, которую можно селить у себя под боком и навещать когда вздумается.
Через несколько минут мы дошли до гостевой спальни. Девушка открыла дверь и пропустила меня вперед.
— Сейчас я быстро здесь приберусь. А вы пока можете полюбоваться на сад с открытой террасы, – служанка подошла к высоким окнам и открыла две широкие створки.
В помещение тут же ворвались звуки дивной природы; шум фонтанов, щебет птиц, а еще дурманящий аромат цветов.
— Платья будут готовы через несколько минут, а вы пока можете провести ритуал омовения с дороги.
— Чужие вещи я носить не буду, – категорично кинула служанке: «Лучше уже в своем, чем одеть чужие тряпки от прошлых любовниц. Или еще от кого-нибудь».
Рыжая резко повернулась и округлила и так большие глаза:
— Как вы могли подумать такое?! Это просто оскорбление его Сиятельства! Откуда вы, вообще, взялись такая невоспитанная? У нас не принято так разговаривать с господами. Я просто удивляюсь, почему вас не высекли на площади за такое поведение!
Я смотрела на раскрасневшуюся от гнева служанку и пришла к мысли, что мы не подружимся: «А жаль!»
— Я хочу получить чистые вещи и убранную комнату, – отчеканила менторским тоном, приподняв подбородок. — Жду на террасе… И побыстрее, я очень устала, – прошла мимо и услышала за спиной возмущенный: «фирк».
— Вы что-то сказали? – обернулась в проеме панорамного окна.
— Все будет исполнено, – служанка проговорила елейным голосом и театрально присела.
Я окинула ее с ног до головы надменным взглядом и вышла на воздух.
Эта терраса была близнецом той, что я уже видела в тронном зале. Только размером она была намного меньше, и выходила на огромный дивный сад.
Я облокотилась о резные каменные перила и посмотрела вниз. Но широкой аллее гуляли две женщины. Одна шатенка в белом платье из кружева, а вторая по возрасту намного старше в малиновом балахоне. Пожилая женщина шла немного поодаль, неся в руке небольшую корзинку с фруктами.
И когда я уже потеряла к этим особам всякий интерес. Молодая словно почувствовала, что на нее смотрят, подняла голову и наши глаза встретились.
Взгляд девушки сразу изменился. Они гневно блеснули на солнце золотом и вернули свой первоначальный цвет, который отсюда невозможно было разглядеть.
И тут эта девица с протяжным криком раненой птицы, на моих глазах превращается в золотого дракона. Расправив мощные крылья она поднялась над землей и направилась к террасе.
Ну что греха таить. Перетрухнула я знатно. Приросла с каменному полу и продолжала пялится на разъяренную «курицу» с огромными крыльями.