– Нет, предложат список кандидатов. Выбирать будешь сама. Если захочешь выйти замуж за кого-то, кого они не одобрят, придется отречься от всего наследства и перестать рассчитывать на их поддержку. Таковы правила всех влиятельных семей. Везде есть свои порядки, несмотря на стирающиеся рамки, – Фаеран выключил плиту. Он положил ужин на одну тарелку и поставил на обеденный стол. – Приятного аппетита. Я пойду отдыхать, замучился сегодня. Начальство должно мне украденный выходной.
«И почему я чувствую себя виноватой? – Авелина проводила его взглядом и приложила ладонь к груди. – Она любила его? Видимо, никогда не узнаю… Наверное, не стоило выгонять. Нет! Стоило. Я не могу никому доверять, даже… собственным глазам?»
Девушка медленно переместилась за обеденный стол, начиная неспешно кушать. Готовил Фаеран не хуже, чем в ресторане. Правда, как готовят в ресторане она не знала, но представляла много раз, когда смотрела различные фильмы. Несмотря на действительно хороший вкус и приятный аромат нежного мяса с нотками перца, не сильно жгущегося, но отчетливо ощущающегося, во рту чувствовалась горечь. Впервые сложилось чувство, будто это физическое проявления боли, расползающейся в груди.
Глава 6.4
После сытного ужина Авелина помыла грязную посуду, о которой Фаеран заботиться совершенно не собирался. Окинув взглядом кухню, оказалось, что тостера тут нет. Вооружившись сковородкой, девушка поджарила ломтики хлеба, нарезала остатки сыра, положила немного овощей и пошла на второй этаж.
Самая дальняя дверь – комната Фаерана. Откуда она это знала – сама не представляла. Прежде, чем войти, Авелина постучала, а вот ответа не дождалась. Юноша обернулся, да так и замер с рубашкой в руках.
– Кхм, – Кроган, не теряя самообладания, присущего напуганной горделивой барышни, грациозно прошла мимо и поставила тарелку на стол. Она обернулась и отчаянно старалась не рассматривать рельефное мужское тело. – Ты убежал, не покушав. Я сделала бутерброды. Поешь, пожалуйста. Не нужно голодать из-за неприятных разговоров. Особенно из-за меня.
Авелина поспешно отвернулась и юркнула к двери. Вдруг сильная рука схватила за локоть, и девушка не успела осознать суть происходящего, как оказалась прислоненной спиной к шкафу. Фаеран навис над ней, заглядывая не просто в глаза. В самую душу. И казалась, словно он способен увидеть ту самую правду: Авелины больше нет.
– Ф-Фаер-ран, – сердце Кроган екнуло и заколотилось о грудную клетку. Его пульсация отчетливо чувствовалась в горле, отдавалась в ушах и пальцы вмиг заледенели от волнения.
– Я тебя понял. Прежде чем мы навсегда останемся только друзьями… Хочу сделать то, о чем мечтал всегда. И если ты не захочешь знать меня, так тому и быть.
Авелина приоткрыла рот для уточнения его желания, да не успела: горячие губы коснулись ее, а на талию легла широкая ладонь. По коже пробежали мурашки. Ощущая нечто настолько прекрасное, сразу пропали все мысли о нереальности происходящего. Это не сон. Девушка взялась за плечи Фаерана, неумело и осторожно отвечая.
Кто бы мог подумать, что ее первый поцелуй произойдет в другом мире. Еще и будет настолько сладким, чувственным и осторожным. Она отчетливо ощущала страх Шейда случайно навредить, напугать, переступить черту… Хотя, казалось бы, что еще переступать?
Почувствовав ответ, Фаеран позволил себе углубить поцелуй, стать увереннее и настойчивее. Авелина обняла его за шею, прижалась к накаченному торсу. Пальчики скользнули в капну густых волос. Юноша всего на секунду отстранился, желая взглянуть в опьяненные глаза той, о ком боялся даже мечтать. На следующий поцелуй Кроган ответила уже куда увереннее. От каждого прикосновения Фаерана тело горело, желало большего. Дыхание сбилось, и воздуха отчаянно не хватало. Кипящая кровь бурлила во всем теле. Стало неимоверно жарко.
– П-постой, – произнесла Авелина с придыханием, едва слышно, стоило Шейду коснуться губами тонкой нежной кожи на шее. По ней тут же побежали мурашки.
– А ты правда этого хочешь? – Фаеран прошептал на ухо девушки, обдав его горячим дыханием. Она почувствовала сильный румянец, щиплющий щеки и перебирающийся на уши.
– Й-я… – Авелина с трудом проглотила слюну в пересохшее горло. Ее кисть скользнула вниз по мускулистой груди, коснулась пресса. Пальцы остановились ближе к левому боку, где находился продолговатый шрам. Явно от ножа. – Это… неправильно…