Однажды, когда табуны - а их у владетельного гарифа было много - перегоняли на летние пастбища в горы, все лошади вдруг взбесились и понесли. Они, табун за табуном, лошадь за лошадью, подбегали к краю бездонной Гачанской пропасти и бросались вниз, падали на скалы внизу и разбивались. Никто не мог остановить их - погибли все. Суеверные погонщики в ужасе от такого бедствия разбежались во все стороны. Сам гариф от потрясения лишился речи и ослеп. В роду сочли его проклятым, бросили в горах, а сами разбрелись кто куда.
Ну, а старуха и ее внук - те ликовали, особенно внук. Колдун Савиен похвалил ученика за собранность и прилежание. Но спустя недолгое время его ученику вдруг стали являться погибшие лошади. Они не разговаривали с малолетним колдуном, не спрашивали его ни о чем и не укоряли. Они только со ржанием мчались к пропасти - и прыгали вниз, прыгали, прыгали... во сне, а то и наяву. Колдун Савиен был несколько дней в раздумье, а потом сказал, что его ученику надо поискать себе белого учителя - себя Савиен считал н е б е л ы м. Так несмышленый чародей покинул Каттор-Хат и начал долгое странствие по Анорине.
- Надо ли объяснять,- неожиданно сказал Вианор, посмотрев на Дуанти и Грэма,- что этим чародеем-недоучкой был когда-то ваш старый Вианор, а та моя тень, что вы слышите,это топот лошадей, сброшенных в пропасть по воле малолетнего негодяя?
Все долго молчали, и наконец Дуанти тихо спросил:
- Вианор, а что было потом? Ты нашел белого учителя?
- Да,- отвечал маг. - Правда, не сразу, не в Кардосе, куда я сначала направился, а много позже, в Семилене. Но уже по пути в Кардос я обнаружил, что обзавелся тенью. Часто, когда нужно было решиться на что-либо, мне хотелось сдаться или попросту убежать. Я не ценил свою жизнь и не видел, за что мне сражаться. Но в такую минуту лошади Каттор-Хата снова начинали безумный бег в Гачанскую бездну, ржали, падали, разбивались - и я вспоминал, что мне некуда убежать и некому сдаться. Вот и получилось, что моя тягчайшая ошибка стала моим несокрушимым помощником, оберегом, что не подвел ни разу.
- Ты, Грэм,- обратился Вианор к оруженосцу,- считаешь, что дал слабину в Ориссе. Возможно. Но если уж так, то сделай это своим щитом, неразлучным с тобой, как тень. Оставь свой страх и свою слабость там, на камнях Ориссы. И тогда ты не сможешь струсить - потому что уже испугался, и не убежишь, потому что некуда, потому что твою спину и так уже подпирают булыжники мостовой Ориссы. Все, что у тебя осталось,- это идти вперед и биться. И каждый раз, когда тебе придет время об этом вспомнить, твоя тень проявится и поможет тебе. Только это будет не бег лошадей, как у меня, и не звук трубы, как у Браннбога, а... хотя бы щебет той птички, твоей подружки,- неожиданно закончил Вианор.
Грэм подумал, что волшебник шутит, но Вианор и рыцарь оставались совершенно серьезны. Дуанти явно хотел что-то спросить, но Вианор повелитильным жестом остановил его.
- Все, сеньоры почемучки. Достаточно ночных разговоров.
- Но я хотел спросить сеньора Трора про его историю! запротестовал Дуанти.
- А я хотел спросить, когда молодые господа изволят спать,- невозмутимо отвечал Вианор.
И Грэм почувствовал, что его неудержимо уносит сон.
Наутро, уже на пути в Шлем, Дуанти неожиданно спросил:
- Вианор, а что это такое я видел во сне?
И он описал тот стол, у которого уже дважды оказывался и Грэм.
- Дуанти, а ты не видел там человека с провалом на месте лица? - спросил Грэм.
- Да, - отвечал Дуанти, - он спрашивал меня, хочу ли я сыграть с ним партию. Тебе это тоже снилось?
- Не теперь,- отвечал Грэм. - Раньше, и даже два раза.
- Это не сон,- произнес Вианор. - Ты, Дуанти, был этой ночью в гостях у Сэпира и видел ту самую рулетку. Так же, как раньше Грэм.
- А что это значит?
- Многое. Ты вступаешь в игру с Сэпиром,- а ты, Грэм, уже вступил. Вот что вам важно знать: до известной степени все ваши действия здеь - это все равно что ходы в той игре. И наоборот.
- Допустим,- пояснил маг,- тебе, Дуанти, надо попасть в Кардорон...
- О нет, только не туда! - горячо возразил Дуанти.
- ...Тогда в Ардию. Ты можешь пройти путь здесь, своими ногами, по земле - и это что-то изменит там, в рулетке Сэпира. Но ты можешь рискнуть и, наоборот, попытать счастья у стола. Если твой ход будет удачным, то рулетка сразу забросит тебя в Ардию.
- А если - неудачным?
- Тогда все зависит от самой рулетки и хода Черного Сэпира. Ты не сможешь противиться тому, что тебе выпадет - и вместо Ардии отправишься в тот же Кардорон. Кстати, чем это он тебе не угодил?
Дуанти комически вздохнул.
- Скорей, я ему не угодил. Рыночный судья присудил продать меня в Куманчир, когда меня схватили... по ошибке, конечно. Я полюбопытствовал, что носит в кармане один знатный господин, - невинно сознался Дуанти, - но меня неправильно поняли.
- А почему я каждый раз вижу у стола тебя и Трора... и еще Миранну и отца? - спросил Грэм.
- Я полагал, что ты это понял, Грэм,- удивленно отвечал Вианор. - Да ведь мы же давно в игре! А вот почему т ы не рассказывал о своей игре с Сэпиром?
- Я... не знаю. Думал, что это просто видение.
- У всякого везения, Грэм, бывают границы,- покачал головой Вианор. - Иногда лучше пропустить ход. В прошлый раз тебя спасло чудо - в образе серебристого дракона.
- Заметь, Грэм, и ты, Дуанти,- прибавил Трор,- ни Вианор, ни я не сделали там ни единого хода. Все наши ходы здесь.
- Рыцарь повел рукой вокруг - и вдруг остановился прислушиваясь.
- За нами кто-то едет,- сообщил он.
Трор прижал ухо к камням дороги, послушал и добавил:
- Много людей на лошадях и в повозках. Это из Ориссы. И несколько всадников быстро скачут впереди всех.
- Вероятно, это посольство к нам,- решил Вианор. - Подождем здесь.
- А почему это должно быть посольство?
- А куда, по-твоему, исчез наш друг Стагга?
Они ждали не более получаса. Цокот копыт по дороге становился все отчетливей, и вот показалось несколько всадников в яркой одежде и с небольшими горнами у пояса.
- Это герольды,- сказал Дуанти Грэму. - Похоже, Вианор прав!
Увидев на обочине путников, герольды остановили коней. Старший из всадников учтиво произнес:
- Позвольте приветствовать господ путешественников. Нет ли среди вас сэра Вианора и сэра Трора?
- Это мы,- сдержанно улыбаясь отвечал маг. - Приветсвуем и мы вас, герольды Ориссы.
- Господа, не так далеко за нами едет посольство во главе с протектором Гвинтисом. Не будете ли вы так любезны подождать встречи с ним здесь?
- Будем,- так же сдержанно отечал Вианор.
Герольд вскинул горн и протрубил. Вскоре донесся ответный сигнал, а спустя полчаса показалась кавалькада всадников на великолепных лошадях и несколько богатых повозок. Они остановились, часть всадников спешилась. Снова заиграли горны, и из карет не спеша вылезло несколько богато одетых людей с выражением чрезвычайного достоинства на лицах.
Вианор, а следом остальные, поднялся с места. К магу со спутниками направилось несколько ориссийских вельмож во главе со стариком, одетым в лазурно-малиновый плащ. В руке он нес серебряный жезл с золотым навершием в виде каравеллы.
- Это Гвинтис, протектор Ориссы, глава Совета Старейшин,- шепнул Грэму Дуанти.
Они подошли вплотную к путникам - и вдруг все преклонили одно колено и склонили головы. И тут стал виден гном Стагга Бу - он стоял за спиной протектора и сияя размахивал своим колпачком.
- Прими признательность Ориссы, лорд Вианор,- торжественно произнес протектор Гвинтис,- за спасение нашего города от чар Черного Сэпира.