– Румиланта! – повторил император. На одно мгновение его посетило желание все бросить и поехать самому, но властитель постарался отогнать это желание.
Да, это то, что может заставить герцога пуститься в путь. Два дня император пребывал в сомнениях, затем обмакнул перо в чернильницу и начал писать. Собственноручно, не доверяя содержимое письма писарю.
6.
– Чем порадуете, уважаемый купец?
Мы сидели в нашем торговом представительстве в Занту. Под словом «мы» я подразумеваю себя и главу представительства купца Апунта. Сонъер отдыхал (при представительстве была неплохая гостиница для своих), он и так немало устал за время нашей дороги. Произошедшая недавно схватка совсем его измотала. Не скажу, что все это прошло даром и для меня. Вот сейчас узнаю последние новости и тоже отправлюсь в гостиницу.
– Дела идут отлично, уважаемый виконт, – докладывал купец. Последние поставки с юга были около месяца назад. Думаю, товары разойдутся еще до середины зимы. Обоз с коваными изделиями пришел от гномов три недели назад. Почти все, что с ним доставили с ним уже распродано. Правда есть одна тревожная новость – бородачи жаловались на то, что с них потребовали плату за проезд там, где раньше об этом и речи не шло. Но даже это не сказалось серьезно на нашей прибыли. Желаете посмотреть торговые книги?
– Позже, – я махнул рукой. Заглянуть в книги стоит. И вовсе не потому, что мне это интересно. Люди должны чувствовать, что их работа оценена по достоинству. Отсутствие внимания со стороны начальства может отрицательно сказаться на энтузиазме работников. Загляну обязательно, но не сейчас.
– Желаете получить Вашу часть дохода? – поинтересовался купец.
– Сколько там накопилось?
– Одну минуту, – попросил Апунт. – Я не знал о вашем приезде заранее и не подготовил отчет.
Купец сверился с записями.
– За вычетом расходов на содержание представительства и оплату труда его работников Ваша доля, милдарь, составляет две тысячи четыреста тридцать золотых, – подвел итог глава представительства. – Принести?
– Возьму сотню золотых на текущие расходы, остальное пусть останется в казне.
В Занту пока спокойно, хранилище в представительстве надежное.
– Как пожелаете. Требуемую сумму сейчас принесут.
Купец потянул за один из шнуров, свисающих со стены, через минуту в кабинете появился казначей, услышавший сигнал колокольчика.
– Чего изволите? – поклонился вошедший.
– Принеси сотню золотых для виконта, – распорядился Апунт.
Казначей исчез, не прошло и десяти минут, как он появился с требуемой суммой. Мы же с Апунтом продолжили разговор.
– А что герцог? От него так и нет известий? – спросил я о том, что меня заботило в данный момент больше всего.
– Нет. Вот уже полгода, как ничего не слышно. Люди теряются в догадках. Подходит время платить герцогу подати. Скажите, милсдарь, платить ли?
– Платить. Все согласно договора. А куда Фагуа направился? Есть какие-нибудь соображения на этот счет?
– Точных сведений нет, а только герцог отплыл на корабле.
– На корабле?
Вверх по реке корабли герцога этим летом не ходили, я бы такое событие не пропустил. Значит вниз по течению. Но так можно добраться куда угодно. Ропа пересекает большую часть империи, принимая на своем пути пару притоков, в каждый из которых тоже может зайти струг. Наконец, Ропа впадает в Хат. Та же настолько полноводна, что на ее просторах может затеряться не одна флотилия.
– Точно мне не известно, а только пять кораблей герцога снялись с якоря в то же время, когда исчез герцог и покинула город немалая часть его гвардии. Крупного отряда, выезжающего в это время из Занту посуху, никто не видел. Думаю, логично предположить, что герцог отплыл на корабле, – сказал Апунт.
– Значит, говоришь, с ним отплыли гвардейцы?
– Это так, милсдарь. Не менее полутора сотен отборной гвардии.
– И гвардейцы с той поры не возвращались?
– Не возвращались, – подтвердил руководитель представительства.
– Вот что, уважаемый Апунт, у меня будет к Вам поручение. Надо бы узнать, куда направлялся герцог.
Купец замялся.
– Я рад помочь, но вряд ли кто со мной станет разговаривать в замке герцога. Разве что казначей и повар, но осведомлены ли они о подробностях.
– Замок оставь мне. Сделать надо будет следующее: пошли людей, пусть расспросят семьи тех гвардейцев, что ушли вместе с герцогом. Может быть, кто-то что-то сказал перед отъездом. Чтобы расспросы не выглядели подозрительными, пусть от представительства приготовят подарки. За мой счет, разумеется.
– Будет сделано, уважаемый виконт. Завтра же отошлю посыльных разносить подарки. Нет, лучше младших купцов. Чем еще я могу быть Вам полезен?
– Скажи, ты слышал имя барон Липец?
Купец на минуту задумался, перебирая в памяти варианты.
– Не приходилось. В ближайшей округе такого точно нет, я бы знал.
– При случае попробуй узнать, кто он такой.
– Непременно. Заезжих купцов у нас немало бывает, попробуем расспросить.
– Тогда пока все. Устал я с дороги, а завтра будет трудный день.
Не поспешил ли я, отдавая распоряжения об опросе семей гвардейцев герцога? Вот расспрошу управляющего во дворце, и все станет ясно. Ладно, пусть разомнутся младшие купцы, да и подержать семьи гвардейцев тоже стоит, напомнить, что о них не забыли. Герцога нет, так пусть о них вспомнит наше представительство.
С утра мы с Сонъером отправились к замку герцога. Это естественно – если где и искать ответ на вопрос, так в первую очередь там.
Замок, бурливший жизнью при Фагуа, был непривычно тих. Шум хозяйственных дел никуда не делся – ржали кони на хозяйственном дворе, слышалась речь многочисленной обслуги и разговоры гвардейцев, которые продолжали нести службу несмотря на отсутствие хозяина здешних земель. Подобный шум сопровождает любое место сосредоточения людей. Но ни оркестров, ни звона мечей на турнире, ни возгласов знатных дам и галантных кавалеров, ведущих светскую беседу. Ничего этого теперь здесь не было слышно.
Я поприветствовал дежурного лейтенанта и остановился перекинуться с ним парой слов.
– Его светлости нет, – предупредил гвардеец.
– Я знаю. Об этом все знают, но мало кто знает, куда он делся.
– В этом я не помощник, – лейтенант покачал головой. – Мне это неизвестно. Попробуйте поговорить с распорядителем или бароном Промом. Хотя вряд ли они что-то скажут, у них уже спрашивали и не раз.
– И все же я попробую. Барон у себя?
Барон Пром был заместителем командира герцогских гвардейцев. Поскольку командир отправился вместе с Фагуа, сейчас обороной замка руководил именно он. И неплохо руководил – герцога нет в городе уже полгода, а гвардейцы несут службу, как им и положено. Остается надеяться что и хозяйственные дела в замке в таком же порядке. Зная Фагуа, не удивлюсь, если так оно и есть. Он любит праздники и турниры, но при всем при том дело свое знает твердо. Надеюсь, что до сих пор знает, а не «знал». Невеселые дела начинаются в империи. Фагуа нужен ей как никогда. Герцог был гарантом дальнейшего продвижения наших начинаний, без него все планы придется менять. А не хотелось бы. Нет, в случае чего я найду где обосноваться – можно устроиться и в Абудаге и в вольных городах реки Хат, примут нас и родственники Найи в восточных княжествах. Я уже не говорю про долину гномов – там мы всегда желанные гости. Но все эти варианты стоит оставить на крайний случай. Не лучшие это варианты. Да и хотелось бы разобраться в происходящем. Слишком много неясного в последнее время слилось.
– Барон в фехтовальном зале. Виконт, если узнаете что-то о герцоге, шепните словечко, – попросил лейтенант.
– Если смогу, – пообещал я.
Если смогу узнать, или если смогу рассказать, я не уточнил.
В фехтовальном зале раздавался стук деревянных мечей по щиткам деревянных же доспехов.
– Стоп. Здесь руку чуть выше, и вес переносим на левую ногу чуть раньше, – мастер меча продемонстрировал движение, сопровождая его пояснениями.