– Там не так много денег, барон, – нс всякий случай предупредил я. Еще чего доброго соблазнится и отправит своих людей на дорогу. Отбить то мы нападение отобьем, но зачем нам лишние хлопоты. – Прощайте.
– Скажите, виконт, почему Вы не ответили графу Остеру адекватно? – поинтересовался Липец.
– Адекватно – это как?
– Так же, как он поступил с Вами.
– Почему я не заплатил за его устранение?
– Да.
Что ему сказать? Если сказать правду, то просто не поверит, а если поверит, то не поймет.
– Это было бы слишком просто.
Липец содрогнулся. Наверное, он подумал совсем не то, что я имел в виду.
– Если так…, – сказал он неуверенно.
– Да, кстати, у меня будет к Вам маленькое поручение. Можете отправить к графу Остеру гонца? Передайте ему одну вещицу. Вот это, – я запрыгнул в фургон и отыскал там совеем небольшое карманное зеркальце. – И пусть ему скажут, что это от меня.
Не знаю, что там навоображал этот дворянин-наемник специалист по темным делам, но брать зеркало в руки он поостерегся – достал из кармана платок и аккуратно за краешек взял зеркало им. При этом выражение лица у барона было таким, будто он берет змею.
– Двадцати золотых хватит на то, чтобы выполнить это пустяковое поручение?
Липец замялся. Его подозрительность не позволяла признать зеркало просто зеркалом, но поручение и в самом деле выглядело простым.
– Признайтесь честно, виконт: Яд?
– Как Вы могли подумать? Вы же видели, я брал зеркало руками. Это просто зеркало и ничего более.
Похоже, мне так и не удалось развеять сомнения барона до конца.
Наконец к сомнениям прибавилось любопытство, и барон согласился.
– Хорошо, я отправлю гонца.
Озадаченный Липец вернулся в поместье. Я же подошел к Сонъеру, державшему повод коня, сел верхом, и весь наш отряд двинулся дальше.
– Вик, ну ты и нагнал страха на хозяина этого дома, – сказал Раста, когда поместье скрылось из вида. – А еще говорил, что я шутник.
– Страха? Ты что-то путаешь, дружище. Не собирался я нагонять на Липеца страх.
– Не собирался, а нагнал. Он же тебя не знает. Посмотрел бы ты на его лицо со стороны. А правда, зачем ты отправил этому графу зеркало?
– Кстати, этот самый граф и затеял нападения на меня, и помехи вам, я думаю, тоже он чинит.
– Да ну! – удивился Раста. – Узнал все-таки?
– На сто процентов я не уверен. Липец мог и сочинить все что угодно, веры ему немного. Могли и его ввести в заблуждение. Нет, для решительных действий нужна полная уверенность, здесь предположения не в ходу. Но все что сказал барон, выглядит логичным. Все сходится. Граф Остер у нас подозреваемый номер один.
– Так зачем все-таки зеркало? – не унимался Раста.
– Далось вам это зеркало! Сначала Липец расспрашивал, затем – ты. Ты бы еще спросил, почему я наемного убийцу к графу не пошлю.
– Еще чего не хватало, разные глупости спрашивать. Я же тебя знаю. Чтобы тайно из-за угла…? Нет у меня таких друзей!
– Ты прав, друг, это не наши методы. С супостатом будем бороться по-другому. Ну а зеркало? Зеркало – это намек. Граф – человек умный, несмотря на то, что негодяй. Зеркало – это отражение. Что посеешь – то и пожнешь. Если граф не при делах, для него это зеркало будет просто подарком, а если все это затеял он, пусть поостережется рассылать наемных убийц. Намек прозрачный. Он же не знает, что у нас другие методы в ходу.
– Вик, ты гений! – воскликнул гном.
– Не знаю, друг, не знаю. Может, просто дурак. Вот Липец, тот не задумывался бы, просто послал бы к графу Остеру своих людей и спал бы спокойно.
– Ты уверен, что он спал бы спокойно?
– Не знаю, вообще-то он лишний раз даже к окну подойти боится. Говорит – издержки профессии.
– Липец – убийца, ты – герой.
– Раста, прекрати меня расхваливать. Иначе придется сделать что-нибудь нарочито-глупое.
– Молчу, – согласился гном.
Но если Раста замолчал, то это еще не значит, что замолчали все другие. Вопросы сыпались один за другим. Впрочем, дорожный разговор тем и хорош, что позволяет скоротать время.
Незадолго до границы империи мы разделились: гномы приняли левее, направляясь к волоку; я с охотниками и отрядом из двадцати наемников принял вправо. Границу мы пересекли на следующий день, направляясь кратчайшей дорогой к Занту.
Должно быть пара месяцев, прошедшая с момента нападения на поместье охладила пыл гвардейцев. Патрулей на дорогах мы не встретили. Пару раз на постоялых дворах мелькали эмблемы солдат полка Лефлера, но активности гвардейцы не проявляли. Мы же не останавливаясь скакали дальше, предпочитая размещаться на постой там где гвардейцев нет.
В Занту мы прибыли с началом весеннего ледохода. Два три дня, и можно будет ставить корабли на ход.
Барон Пром подтвердил участие гвардии в будущем походе. Город снаряжал два корабля, на которых, помимо экипажа, должны были отправиться полсотни герцогских гвардейцев. Я не стал вмешиваться в подготовку. Корабелы из Занту не раз ходили к вольным городам реки Хат и прекрасно знают, что необходимо для дальнего похода.
Время до похода было, и я решил навестить наше почтовое отделение. Именно здесь предстояло выходить в ближайшее время нашей газете. Как там Зирит? Справляется ли с новым для него делом? Как там парнишка Вати? Таланты надо поддерживать. Тепличные условия создавать ни к чему – это не способствует развитию дара, но и голод не оставляет времени ни на что, кроме мыслей о хлебе насущном. Вот так в поисках пропитания забросит парнишка рисование, и не вырастет из него нового Айвазовского или Рафаэля. Здесь хороша золотая середина.
На почте царило необыкновенное оживление. Люди были так увлечены своим занятием, что не сразу заметили мое появление.
– Бестолочь, это же первый номер! – восклицал Зирит. – А ты со своими ценами на зерно!
– Но как же, это важно, – пытался оправдываться незнакомый мне человек.
– Что сказал бы мастер Вик о таком предложении!
– Он сказал бы, что информация в газете должна быть разносторонней, – вмешался я.
– Виконт! – воскликнул обернувшись новоиспеченный редактор.
– Он самый. Как дела? Вижу, споры у вас в самом разгаре.
– Обсуждаем содержание первого номера «Вести», который будет напечатан здесь в Занту.
– Это здорово. Люди заждались, с выпуском очередного номера газеты и так получилась большая заминка. А что с техническими вопросами? Разобрались?
– Типография прибыла неделю назад, мастера из нашего торгового представительства все наладили и показали, как ей пользоваться. Вот только…, – Зирит замялся.
– Договаривай.
– Милсдарь, я хотел спросить о Вати. Вы его направили в редакцию, значит, он должен что-то делать для газеты?
– Это было бы логично, – согласился я.
– И я так думаю. Лучше всего он умеет рисовать. Вот только как этот рисунок перенести в «Весть»? Не разрисовывать же ему каждую газету отдельно. Он готов, только я представить не могу, насколько это задержит выход номера.
– Что, готов разрисовывать каждый номер в отдельности?
– Этот малый рисовал бы целыми днями, вот только… Думаю, воображение не позволит ему все время копировать одно и то же.
Я смеялся минут пять.
– Так говорите, в каждой газете, он готов рисовать новую картину?
– Да, – подтвердил Зирит. Он не понимал, что меня так рассмешило. Я же, представив себе эти эксклюзивные газеты, не мог удержаться от смеха.
– Это, конечно, здорово, и я верю в способности нашего юного дарования, но к такому методу прибегать не стоит.
– Вот и я о том же. Мастер Вик, как я рад, что Вы приехали, а то мы просто не знали, что нам с этим делать.
Я многозначительно крякнул. Судя по этому заявлению, я должен был непременно знать, как перенести рисунок в газету. Собственно я понимаю Зирита. Газета была целиком моей инициативой, многим на тот момент, когда я затевал ее издание, непонятной. Лишь позже люди оценили ее полезность. Техническое исполнение, понятно, было гномов. Но сейчас вопрос был не за техническим исполнением, а за технологией.