Орнт выслушивал посетителя. Закуривал трубку. Охая, ходил туда-сюда. Вытряхивал трубку. Набивал заново. Закуривал. Клубы голубоватого дыма окутывали все вокруг, и наконец раздавался голос Орнта. Он вызывал доверие, успокаивал, в нем чувствовалась зрелость и мудрость. Казалось, будто монахи катят по деревянным подмосткам бочонок с изысканнейшим вином столетней выдержки.
— Н-да-ааа… Я, конечно, не из тех, кто раздает советы направо и налево, но я бы поступил вот как…
И Орнт выдавал первое, что пришло на ум, подкрепляя рекомендацией, как лучше претворить сказанное в жизнь. Народ шел к Орнту вовсе не за единственно верным советом. О нет. Все дело в том, что Орнт брал на себя то, чего они боялись как огня: необходимости принимать решение.
— Да, Орнт, пока не забыл: ты ведь знаешь Урса, моего городского друга — так вот, у него не ладится с девчонкой…
Орнт не спеша набил трубку табаком и приготовился слушать. Румо говорил торопливо и взволнованно. Беспорядочно перескакивал с одного на другое, несколько раз сказал «я» вместо «Урс», и у него совсем пересохло в горле.
— Н-да-ааа… Я, конечно, не из тех, кто раздает советы направо и налево, но твоему другу, этому… эээ…
— Урсу!
— Да, Урсу я бы передал вот что: когда ты в последний раз совершал ради этой девчонки что-нибудь из ряда вон?
— Что ты имеешь в виду? То есть, будь я на месте…
— Урса.
— Да, будь я на месте Урса, я бы не понял, что ты имеешь в виду.
— Что значит «из ряда вон»? Ну, например, подарить девчонке брильянт, вырванный из лап чудовища. Или еще живое сердце вервольфа в золотой чаше. Что-то в этом роде.
— Что? И где же мне… то есть Урсу достать все это? Девчонкам правда это нравится?
— Дело не в том, что это будет. Пусть хоть замшелый кирпич или ржавая дверная ручка. Главное, чтобы тебе пришлось рисковать!
Румо задумался:
— Не понимаю — то есть Урс бы, наверное, не понял.
— Ай, не вешай мне лапшу на уши со своим Урсом! Весь Вольпертинг болтает про тебя и эту девчонку. Ты втрескался, парень, у тебя даже на лапе написано: «Рала». Видно, когда ветер дунет хорошенько.
Румо схватился за плечо. Орнт ухмыльнулся.
— Не знаю, слыхал ли ты, но в последнее время над тобой потешаются все кому не лень.
— Слыхал, — буркнул Румо.
— Трудность в том, что ты в долгу перед ней. Она спасла тебе жизнь. И ты не можешь просто так прийти к ней и сделать предложение. Не говоря уж о том, что ты все равно не решишься.
Знай Румо, что разговор выйдет таким неприятным, ни за что бы не пришел. Это все Урс со своими идеями! Румо думал только о том, как бы удрать из Вольпертинга под покровом темноты и тумана.
— Есть только один выход из создавшегося положения, — продолжал Орнт.
— Есть выход?
— Да. Тебе нужен тройной талисман.
— Что?
— Тройное волшебство: завоевать ее сердце, загладить вину и восстановить свою репутацию в городе. Три задачи. Чтобы их решить, потребуется тройной талисман. — Орнт показал три пальца.
— Все еще не возьму в толк, к чему ты клонишь.
— Слушай. Возьмем золотое кольцо. Это одинарный любовный талисман. Разумеется, этого мало. Куда душевнее, если бы ты выковал кольцо сам — это двойной любовный талисман. Но все еще маловато. А вот если бы ты выковал кольцо из золотого слитка, вырванного из когтей семиглавой гидры — это был бы тройной талисман. Драгоценность, сделанная с душой, да еще и с риском для жизни.
— Хочешь сказать, мне осталось разыскать семиглавую гидру?