— Кровь? — переспросил Румо.
— Не переспрашивай. Просто пой, — вздохнул Львиный Зев.
— Крооовь!.. — снова пропел Гринцольд.
— Крооооовь! — прохрипел Румо.
— Батюшки мои! — воскликнул Львиный Зев. — Ты и впрямь петь не умеешь.
— Мы будем петь или нет?
— Будем.
— Еще раз — крооовь!
— Крооовь! — громко и фальшиво протянул Румо, зажмурившись.
— Крооовь! Крооовь! Крооовь! Крооовь! Крооовь! — откликнулось эхо.
Подземелье озарилось призрачным мерцающим зеленоватым светом. Но свет скоро потускнел и погас.
— Сработало! — обрадовался Румо. — Я вижу эхо.
— Отлично! Пой дальше.
— Кровь! Кровь! — усердствовал Гринцольд.
— Брызги летят издалека!
Кровь, кровь!
Кровь обагрила платье врага!
Кровь! Кровь!
Брызги летят издалека!
Кровь! Кровь!
Кровь проливалась века!
— Кровь! Кровь! — нерешительно повторял Румо.
— Брызги летят издалека!
Кровь, кровь!
Кровь обагрила платье врага!
Кровь! Кровь!
Брызги летят издалека!
Кровь! Кровь!
Кровь проливалась века!
Румо крепко зажмурился. Подземелье снова озарилось зеленоватым светом, и Румо в подробностях разглядел каждую ступеньку, каждый камень в кладке стены. Он стал спускаться дальше.
— Клинком взмахни,
Пусть враг умрет!
Лишь помани —
И смерть придет!
— Клинком взмахни,
Пусть враг умрет!
Лишь помани —
И смерть придет!
— Кровь! Кровь!
Брызги летят из-да-ле-ка!
Кровь, кровь!
Кровь обагрила платье врага!
— Кровь! Кровь!
Брызги летят из-да-ле-ка!
Кровь, кровь!
Кровь обагрила платье врага!
— Сруби топором
Злому троллю главу!
— Что? — возмутился Львиный Зев.
— Гляди, как она
Покатилась в траву!
— Сруби топором
Злому троллю главу!
Гляди, как она
Покатилась в траву!
— Второй куплет!
— Наконец-то…
— Мозг! Мозг!
Брызги летят из-да-ле-ка!
Мозг! Мозг!
Мозг размазан по платью врага!
— Оооо… — простонал Львиный Зев.
Не переставая петь, Румо спускался все глубже в бесконечный тоннель, озаренный тусклым зеленоватым светом эха. Тут и там не хватает целого пролета, по камням ползут широкие трещины, ступеньки перепачканы вонючей слизью или поросли мхом. Но сработана лестница на совесть. На много километров уходит она под землю.
Румо устал петь, а однообразная демонская песня стала раздражать его не меньше, чем Львиного Зева. Он хотел было прерваться ненадолго, как вдруг заметил, что спуск кончился. Лестница вывела вольпертингера к огромным каменным воротам, ведущим в тоннель. Открыв глаза, Румо увидел тусклое голубоватое свечение в конце тоннеля.
— Пришли, — сказал он. — Впереди — свет.
— Свет? — удивился Львиный Зев. — Откуда здесь, глубоко под землей, свет?
— Скоро узнаем, — ответил Румо.
В тоннеле ему снова пришлось перешагивать через лужи липкой слизи. С высоты не меньше сотни метров капала вода. То и дело в темноте слышался писк: видимо, крысы или летучие мыши.
Голубоватое свечение в конце тоннеля с каждым шагом становилось все ярче.
— Удивительное место, — произнес Румо. — Интересно, кто это все построил?
— Жутковато здесь! — подал голос Львиный Зев.
Выйдя из тоннеля, Румо на мгновение потерял равновесие. Он очутился на каменном утесе, словно терраса, нависавшем над огромной лощиной. Среди сизых скал темнело множество лужиц, тут и там клубились облака светящегося тумана. С каменного свода на высоте в несколько сот метров свисали устрашающего вида сталактиты. С них беспрестанно капала вода. Подземелье озарялось голубоватым дрожащим светом.
Румо от неожиданности замер.
Сверкали даже капли, падавшие со сталактитов. Они собирались в лужи, и казалось, будто идет дождь из голубого света. Над подземной долиной тянулись куда-то стаи черных птиц, а может, летучих мышей или еще каких тварей.