— Вайда! Рейско! — Гаунаб нетерпеливо махнул рукой. — Пыглуй рсбод! Дувсю пятпрествия!
— Добро пожаловать, о новые пленники Театра красивой смерти! — перевел Фрифтар королевскую тарабарщину. — Вы будете драться! И вы погибнете! О, счастливцы! О, избранные! Вас привели, чтобы вы показали высочайшее искусство почтенной публике! Вы сразитесь! И вы умрете! Вот ваша судьба! Да начнется убийство!
С этими словами зрители встали и разразились продолжительными овациями.
— To-так шелуч, — буркнул Гаунаб. — Зусра бы так.
Фрифтар воздел руки кверху, и аплодисменты смолкли. Он вновь обратился к вольпертингерам.
— А чтобы вы раз и навсегда усвоили правила, вот вам наглядный пример. Первый бой с участием одного из вас.
— Капожи им дменых ваболнов! — прошипел Гаунаб. — Дменых ваболнов!
Фрифтар стукнул себя по лбу.
— Ах, да! Как я мог позабыть? — И он торжественно указал на верхний ярус трибун, все еще казавшийся пустым. — Позвольте представить: медные болваны!
Над головами скованных цепями вольпертингеров послышался шум: щелчки, треск, скрежет и лязг. Из темноты к парапету один за другим выступили сотни воинов, с головы до ног облаченных в доспехи, засверкавшие в свете факелов.
По рядам прикованных вольпертингеров пробежал шепот, а публика так рьяно затопала, что стадион зашатался.
Гаунаб захлопал в ладоши.
— Дменые ваболны! Дменые ваболны! — хрипел он.
— Медные болваны! — кричала публика. — Медные болваны!
Фрифтар опустил руку, и зрители сели. Настала гробовая тишина, и королевский советник подошел к парапету ложи.
— Этот бой не для публики, — продолжал он. — Не сетуйте, если он не станет зрелищным. Это лишь демонстрация правил новым участникам. Правила просты, их всего два. Первое гласит: «Драться!»
— Драться! — хором повторила публика.
Фрифтар поднял два пальца.
— А второе правило гласит: «Нет второго правила!»
— Нет второго правила! — ревела публика. Фрифтар ухмыльнулся.
— Нетрудно запомнить.
— Нет ровтого випрала! — хохотал Гаунаб.
Фрифтар поднял обе руки и громко крикнул:
— Покажите пример!
— Да, кажипоте товчёр меприр, — нетерпеливо рявкнул Гаунаб. — И найначите, коненац! Ты бравыл ходяподщего ристака?
— Да, — кивнул Фрифтар. — Самого старого.
Открылись северные ворота, пропустив старого вольпертингера. Это был столяр Орнт ла Окро. Нерешительными шагами он вышел на середину арены. Похоже, он едва очнулся от дурмана и не понимал, где находится. В лапе он держал меч.
Открылись южные ворота. Немного погодя на арену приковылял на трех лапах пес. Беспородный бурый щенок с черными пятнами. Будь у него рожки, он сошел бы за молодого вольпертингера. Зрители расхохотались.
— Вот твой противник! — объявил Фрифтар Орнту. — Убей его!
— Да, ейуб еов! — вторил ему Гаунаб.
Орнт недоуменно посмотрел наверх, не двигаясь с места. Он и не думал нападать на щенка. С какой стати ему убивать песика? Он вообще никого не собирается убивать. Куда он попал? Орнт помнил только как, переживая за Румо, напился в стельку и завалился спать. Теперь столяр страдал тяжелейшим похмельем, а мир вокруг будто сошел с ума. Подняв меч повыше, он стал разглядывать публику в надежде разгадать эту загадку.
Гаунаб подскочил на коротеньких ножках.
— Ты не лаежешь еов бивауть? — отчего-то радостно крикнул он.
Орнт недоуменно взглянул на королевскую ложу. Чего этот уродливый карлик хочет от него? Язык этот ему незнаком, и Орнт ответил так, чтобы поняли все: бросил меч в песок и сплюнул. Трехлапый пес, виляя хвостом, приковылял поближе и стал обнюхивать меч.
— Ты не желаешь его убивать? — старательно перевел Фрифтар, взявшись за подбородок, будто вдумчивый посетитель музея перед картиной. Это был условный сигнал. Медные болваны зашевелились, стадион огласился лязгом металла, а зрители умолкли. Кое-кто даже привстал, чтобы лучше видеть. Десятки медных болванов натянули тетиву арбалетов, направив стрелы на Орнта ла Окро.
— Орнт! — раздался крик с трибуны вольпертингеров. — Возьми меч! Подними его!
Орнт поглядел наверх. Кто-то звал его по имени. Знакомый голос, кажется, Снежный Урс.