Девчонка тренировалась, окрепла физически, изучала матчасть, но не прыгала. А время поджимало, на осознанный прыжок отводилось 4 месяца. Так что, Лиза обязана была прыгнуть.
— А, давай, ее пугнем еще раз Вадимом, — предложил психолог Винник, на совете по поводу ее будущего.
Что бы Вадим снова ее ножом резал? Мне самому захотелось взять нож и приставить к горлу предложившего это придурка. Еще психолог называется.
— А если сломает? Или еще хуже, наоборот, и она его иллюзией грохнет — осведомился командир военной части Смольный. — Может она оттого и не прыгает, связывает прыжок с насилием. Вы мне вот что можете, сколь угодно байки травить, что у нее нет травмы. Я думаю по-своему.
— Извиняйте, сделал, что мог. Тесты говорят, что нет, — обиделся Винник. — Можно и без ножа.
Я смотрел в окно, как на плацу тренируются будущие агенты. Они разные. Их задача не в том, чтобы стать универсальными солдатами, а в умении войти в доверие к нужным людям, добыть информацию. Один такой в подготовке стоил не меньше миллиона рублей. Такие не будут рисковать глупо. Они будут руководить разведывательными локальными сетями, находить решения, которые в голову не придут обычному человеку. Но все они не могли того, что умеет функционал. Прыгнуть и сфотографировать, снять на видеокамеру бесценный материал. Оценить обстановку при захвате заложников, дать спецназу нужные наводки. Функционалы телепорты словно признаки могли проникать туда, где все ходы и выходы замурованы и закрыты. Это от них ставили химические защиты в сейфах и хранилищах, где хранились ценные предметы. Яд убивает живое. Что не под силу агенту, легко для телепорта. А главное, время. Скорость передачи вражеских сведений всегда бесценна. Чем быстрее, тем лучше. Лиза нужна, именно как телепорт, умеющий прыгнуть на дальние расстояния.
Отбой в десять. Я открыл дверь в ее комнату за полночь. Она давно спит, блаженная, безмятежная в футболке на голое тело. Ей жарко, во сне она выставила попу из под одеяла и та торчит, зовет насладиться, не только глазами. И от этого в груди разливается горячий импульс, член в штанах дергается и крепчает. Несколько секунд я смотрю на круглые идеальные сферы, и меня кружит от накатившего вожделения присесть и начать ее целовать оттуда.
Разделся, лег рядом, вытягиваясь в полный рост на узкой курсантской кровати. Она спит крепко, поэтому нежно бужу поцелуями, ласкаю гибкое тело, жадно вжимаясь в него, и схожу с ума. Член уже стальной, жесткий, пульсирующий требует своего. Яйца лопаются от напряжения. Дышу ароматом ее волос. Целую тонкую шею и взрываюсь на части от похоти и намерений. Лиза совсем юная, и во сне, она поворачивается ко мне и отвечает на поцелуй. Трется, тянется ко мне во сне бессознательно и открыто. Движение ее губ, мягкий ответ ломают мои первоначальные намерения. Хочу не только поцелуев, большего. Всю ее хочу.
Она открывает глаза. Просыпается и смотрит на меня. Мгновение узнавания. И мне хочется, чтобы она испугалась, сделала требуемое, но еще больше иного. Что в ней победит? Испуг или ее желания. В груди все застывает, жжется между мечтами и задуманным.
Она дернулась, затвердела мышцами тела. Окунулась в напряжение. В следующий миг, поняла, ощутила стояк, как мой член упирается в нее. Сильнее вжался, ощущая, как яйца раскалёнными углями обжигает. Нутро требует разрядки. Хочется раскрыть ее, попасть внутрь, заставить откликнуться и добиться ответа. А ее глаза большие круглые, словно блюдца. Она дышит испуганно, не ровно, в ужасе от реальности. И время работает против. Ей потребуется несколько секунд на адаптацию. Притягиваю ее к себе и впиваюсь в ее губы. В этот раз не нежно, а настойчиво, жадно, так чтобы она осознала, что будет дальше. Что я сделаю с ней. Хочу настолько сильно, что готов на все, абсолютно на все.
Глава 8
Лиза
Они хотели проверить, все ли у ребят стерто, до конца. Или все-таки они попали под действие внушения? Может, какая уловка. Ведь, если воспоминания есть, мне для этого достаточно радужки глаз объекта и некоторое время сосредоточения на себе. Поэтому, я так не люблю свой дар. Ненавижу так сильно, что с годами превратилась в затворницу. С нашими спецслужбами, тюрьмами, архивами и лабораториями стать такой легко.
Первым был Вася. Я помнила его, не слишком отчетливо. Лишь образ. Мелкий по фигуре, блондинчик с голубыми глазами, часто играл на задней парте в фигурки животных. Учителя по-разному относились. Кто-то мешал, кто-то не трогал. Учился он средне и внимание не привлекал. Вот так посмотришь и не поверишь, что волк.