Оказавшись на твёрдой земле, эльты стали тяжело вздыхать и разниматься. Почти сутки они провели на воде, это выматывает, никакой сон не поможет. Если бы не Астр, то он бы вообще никого не посетил. Для многих остался вопрос: почему зачаровывала лишь Астр, когда её брат халтурил.
Астр проверила состояние Авы, которую с лодки вынес на руках Эолл. Убедившись в том, что с ней всё хорошо и она даже больше не бредит, а спит, заключила, что её «испытание», скорее всего, прошло успешно.
Шуэр спустил лодки обратно в реку и те расстворились в воде, словно были из неё созданы. Так подействовало зачарование мастера лодок. Оно превращало лодку, на которой нет пассажиров, в ничто, вернее в воду. А когда зачарованная вода добиралась до края острова, то на него она больше не возвращалась, а падала прямо в бездну.
— Пойдёмте подальше от реки. — сказал Асмодей.
Стоило Асмодею сказать эту фразу, как с громким плачем из реки выбралась на берег ундина. Сейчас, когда она не касалась воды, она выглядела ещё темнее, словно обрела настоящее тело из плоти и крови, как у эльтов.
Глаза у неё были жуткими настолько, что даже Зола хотела избежать с ней прямого столкновения взглядами, но не могла себе этого позволить, иначе дух воды может сотворить нечто недоброе. А ещё, ундину стало жалко, её глаза и в целом выражение лица, её вопль – всё выглядело печально.
— Если бы она хотела напасть, то давно бы уже нас утопила. Что ей нужно? — бросил Нон.
Эмери шикнул.
Дух тёмных вод не просто так считается самым опасным духом. Духи этого вида очень смышлёные. Никогда не удавалось полностью исследовать их умственные способности, потому как для исследователя это всегда оканчивалось плачевно, но результат всегда был один – сравнение с разумом эльта.
Ундина ближе не приближалась. Она понимала, что её боятся, поэтому осталась на берегу. Однако все сразу же отметили, что у духа заканчивается терпение и она вот-вот начнёт к ним приближаться, что было странно – эти духи славились не только своим умом, но и терпением, умением ждать, выслеживать, истязать. Талантливые духи, если кратко двумя словами.
Она предприняла последнюю попытку добиться желаемого – потянулась к энергии элементалистов схожей с ней элементами, к энергии тех, за кем она следовала всю дорогу – к Золе и Шуэру.
Они почувствовали, что от них требуют беседы, а отказ и вовсе не принимается.
Зола и Шуэр переглянулись. Выбора не оставалось.
— Ты ведь знаешь, что здесь нет твоего элементалиста? Его в целом больше нет в этом мире. Он давно погиб. — начал Шуэр.
Ундина обрадовалась, что Шуэр наконец с ней заговорил, но тут же опечалилась, услышав его слова, она снова заплакала, но в этот раз её вопль был намного тише, чем в прошлый раз.
— Ты хочешь покинуть эту реку, верно?
Ундина кивнула и моргнула своими чёрными глазами.
— Так с нами хочет подружиться самый опасный дух во всём мире? Миленько.
Ундина услышала высказывания Октавии. Она тут же зашипела на неё, забурчала так, словно в следующую секунду была готова оставить девушку без головы или, в лучшем случе, без языка.
— Заткнись. — шыкнул Асмодей.
Октавия тут же поджала губы. Одной реакции ундины ей хватило, чтобы замолчать, а дополнительно гневить Асмодея ей вовсе не хотелось.
— Это ведь ты помогала Аве справляться с чарами реки, а Амат и вовсе спасла от неё. — спросила Зола, отвлекая ундину от Октавии и остальных.
В ответ девушка получила интенсивное кивание головой.
Эта ундина была слишком энергичной в общении с эльтами. Её поведение и правда говорило о том, что она хочет их помощи в своё благо, а это означало, что вреда она приносить не собиралась, ведь для неё это могло означать одно – помощи ей не видать.
— Мы можем вернуть тебя на твоё место рождения. Доставить тебя к другим ундинам тёмных вод. — продолжила Зола, — Но мы можем сделать это совсем не скоро, у нас ещё много дел. Если ты хочешь, чтобы мы помогли тебе, то тебе придётся подождать и некоторое время побыть с нами, а ещё дать клятву, что ты никому из нас не навредишь.
Ундина даже раздумывать над предложением не стала. Она тут же согласилась, даже клятву была готова дать. Зола и Шуэр одновременно выдохнули с облегчением.