— Великий Йормунгад! Что с вами? — спрашивали работники, не рассчитывая на ответ.
— Не рассчитал… — протянул Эмери сквозь туман, застилающий его сознание.
— Доставьте нас в гостиницу «Алый скорпион». — попросила Ава, единственная, кто остался в сознании.
_________________________________
[Ax1]Саргас - Тета Скорпиона – двойная звезда в созвездии Скорпиона, третья по яркости звезда в созвездии (после Антареса и Шаулы). Она имеет историческое название Саргас, которое происходит из шумерского и значение его не известно. Также иногда его называют Гиртаб, поскольку она входит в астеризм «Хвост Скорпиона», а также Саргон.
Примерно 100 миллионов лет назад Саргас был ярким гигантом спектрального класса B. Через несколько миллионов лет он станет переменной – цефеидой. Далее, по мере выгорания в ядре водорода и превращения его в гелий, он станет красным гигантом, со светимостью в 5 раз большей, чем сейчас. Так как Саргас имеет массу в 3,7 солнечной, то после выгорания в ядре гелия и превращения его в углерод и кислород, он сбросит свою оболочку в виде планетарной туманности и станет белым карликом
[Ax2]Автор любит хризантемы. Кустовые и одноголовые.
Глава 29. Да спадут оковы чувств
Глава 29. Да спадут оковы чувств
Таверна «Южный крест» делала заказы на вынос и это был её большой плюс. Пандора редко посещала другие острова, почти всю жизнь провела на острове Овна, она была рада посетить какое-нибудь заведение, в котором раньше никогда не бывала, ведь на Овне она обошла наверное всё, что только можно и во всех городах.
Её первым заведением на острове Льва стал «Южный крест». Девушки так удачно туда зашли, что Пан влюбилась в него с первого посещения, кухня, конечно же, сыграла большую роль.
Гейр и Пан повадились часто брать еду на заказ оттуда, а работники и рады угодить юной госпоже Фенрир и госпоже Валькирии, даже Его Величество иногда просил девушек разбавить его будни чем-то необычным.
Однако в этот раз Пан не смогла пойти вместе с Гейр из-за внезапной головной боли, которая заставила её посетить здравницу Тиамат. Девушка уже давно плохо себя чувствовала и это не из-за того, что она себя изводила.
Гейр пообещала, что вернётся быстро, Тиамат даже не успеет закончить приём, как она вернётся. Так и случилось.
Вернувшись во дворец Гейр почувствовала нечто странное, словно в воздухе повисло напряжение, а ещё стало душнее, жарче.
Не успев обдумать это, девушка отвлеклась на Аскольда и Инис, бегущими к ней по коридору.
«Инис пришла, когда я отправилась в таверну? Почему они такие встревоженные?»
— Что с вами двумя? — поинтересовалась девушка, едва те добежали до неё.
Инис немедленно схватила Гейр за руку и потянула её обратно в коридор.
— Что случилось? — уже встревоженно переспросила девушка.
Девушка поняла, что коридор ведёт прямо в здравницу Тиамат и это её беспокоило с каждой секундой всё сильнее и сильнее.
— Это свершилось. — тихо ответил Аскольд.
Гейр замерла, а всё ещё тело напряглось настолько, что Инис показалось, словно она держит в своей руке сталь, а не руку подруги.
Ошеломление Гейр заставило охладиться и Инис. Девушка поняла, что уже ничем не может помочь и нет смысла бежать. Взглянув на Аскольда, девушка поняла, что до её друга всё уже давно дошло.
Собравшись с духом, Гейр посильнее сжала бумажные пакеты с едой и направилась к здравнице.. Инис и Аскольд последовали за ней.
Они добрались до здравницы Тиамат молча, единственный звук, который их сопровождал – звук их шагов, даже пакеты не шумели.
Оказавшись возле двери, они не стали стучать, просто тихо открыли дверь и вошли внутрь.
Пандора лежала на кушетке, а рядом с ней стояли Тиамат и сам король Один. Один, увидев друзей Пандоры, поманил их к кушетке рукой. Эльты в последней момент вспомнили, что им необходимо выказать хоть какой-то знак уважения и почтения их королю, поэтому слегка поклонились ему, хотя, ему в этот момент было не до дворцового этикета.
— Можно ей как-то помочь? — тихо спросила Гейр, подойдя к кушетке.
Кожа Пандоры была тонкой и лишённой пигмента, поэтому нежную розовизну и даже сосуды и капилляры можно было всегда увидеть. Сейчас же Пан была бледной настолько, что могло показаться, будто она умерла. Если бы не её вздымающаяся грудь, то все подумали бы о самом худшем.