Подойдя ближе к лису, Пан разглядела на нём нечто вроде ошейника.
— Пандора, Хрусталь должен быть при тебе всегда. Не думай о его облике, он не умеет накладывать скрывающие чары или что-то вроде, это значит, что взгляды всегда будут на нём, как всегда они прикованы к тебе. Если его это не будет волновать, то это будет прекрасно, а если же наоборот, то помоги ему. Ты можешь поделиться с ним большим опытом. — сказал Асмодей.
Девушка была поражена словами принца. В них было заложено столько заботы не только о лисе, но и о самой девушке.
— Хорошо, спасибо. Я учту. — ответила она, а затем удалилась вместе с Хрусталём на улицу.
Из-за спины раздался голос.
— Какая потрясающая сцена. Вогнала в краску даже меня. — пошутил Алексис. — Раз ты закончил ворковать с Волчьей госпожой, может быть, расскажешь, где и с кем будем жить мы?
Дей, стоявший спиной к друзьям, повернулся и рыкнул на нагло развалившегося на диване друга.
— Заткнись.
Дей и Эмери расселись на свободные места.
— Касс и Ал, Я и Эм. — сказал Дей, а затем обратился Эоллу и Шуэру, — Мальчишку я оставляю на вас.
Эмери молча раздал друзьям ключи от номеров.
— У принца планы на этот город? — подхватил издевательства Ала над принцем Кассиус, держа на лице хитренькую улыбку.
— Может быть.
— Тогда нашему ветерку точно не стоит жить с тобой в одной комнате.
Аскольд, молчавший долгое время до этого момента, внезапно зарделся и хотел было отвернуться, но одновременно с этим ему хотелось и постоять за себя перед принцем и остальными мужчинами, старшими его на несколько десятков лет[Ax2] .
— Я отлично знаю…
Юноше не суждено было договорить, Алексис поспешил его перебить.
— Помалкивай лучше, а то у братца Дея закончится терпение совершенно неожиданно и нам всем наступит хана. — шутливо сказал Ал, при этом с неким намёком глядя на мальчишку.
Аскольд понял, что ему не стоит говорить что-либо необдуманное сейчас, находясь под влиянием своих чувств и эмоций, иначе ему это может навредить. Не так сильно при друзьях, но урок юнцу пригодится в будущем при других ситуациях.
— Не преувеличивай.
— А кто преувеличивает? Я преуменьшаю.
Дей не видел смысла продолжать эту дружескую перепалку с Алексисом и перестал ему отвечать даже, чтобы поразвлечься слегка.
Эмери с недовольным лицо глядел на друга. Его мысли терзали догадки, которые стремились себя оправдать. Это совсем не нравилось Королевскому Щиту.
— Правда собрался воспользоваться услугами цветов[Ax3] ? ? В Регуле ты об этом даже не думал. — спросил Эмери.
— А ты так хорошо знаешь, что у меня в голове? В Регуле… ну не при отце же? Распутствовать, находясь с ним на одном острове, не то, чтобы в одном городе, как-то стыдливо и некомфортно.
— Ты заговорил о стыде? — пробурчал Эмери.
— Заткнись, Эм.
Наконец беседы окончились и все разошлись, даже Асмодей ушёл, предварительно подойдя к стойке регистрации и написав письмо, которое в последствии стало письмом Ириды, Эмери известно куда. Понимая, что всё, что он не захочет видеть, будет происходить в их общем номере, Эмери прикидывал варианты, где ему можно провести большую часть времени в оставшиеся четыре дня отдыха.
Лагуна. Знаменитая звёздная река, находящаяся не в земле, а в воздухе. Днём это обычная парящая река, каких множество на любом из двенадцати островов, а ночью в ней отражались звёзды и казалось, будто бы внутри широкой реки зажигаются огоньки. Улицы, блики на улицах города, расположенных прямо под длинной рекой, были необычными, не такими. Вся улица сияла лунным и звёздным светом, проходя через парящую воду.
Гейр и Пандора в сопровождении Хрусталя решили сначала разобраться с приказом принца Двенадцати островов, а заодно и погулять по городу.
Все постройки города были исполнены в светлых тонах, лишь детали различных механизмов, распиханных на каждом шагу, были в тёмных оттенках, всё это вместе смотрелось очень даже интересно, завораживающе взгляд.
Необычайный вид Пандоры привлекал к ней всеобщее внимание, но она его даже не замечала. Со временем, перестаёшь замечать такую обычную и слишком частую вещь. А вот Хрусталю и правда было тяжело. Он не знал, как ему быть. Животному было интересно всё вокруг, но вместе с этим он должен был оберегать Пандору, поэтому не отходил от неё ни на шаг. Однако переживания зверя за подругу граничило с повышенной нервозностью из-за огромного количества чужих взглядом на себе. Ему ничего не оставалось, только терпеть и быть рядом с Пан и Гейр.