— Я подумал, что это достаточно подходящий момент, чтобы раскрыть тебе ещё одну тайну. — признался принц.
Взгляд Пан сделался мягче.
— Он подумал, значит. — пробурчала себе под нос Пандора, — Чтож, я не против.
Дей отвернулся, предоставив девушкам самим объяснять подруге, что они хотят с ней сделать. Эмери же также хотел ретироваться, но уже из комнаты, однако ему пришлось составлять компанию другу, который не спешил подниматься на ноги.
— Ты знаешь Нона Артемиду? — начала Астерия. — Он мой младший брат.
— Знаешь, я думала, ты будешь рассказывать, а не спрашивать.
— Так ты знаешь? — переспросила Гейр.
— И ты туда же?
Гейр и Астерия переглянулись. Беседа заметно усложнялась, но девушки не спешили сдаваться. Астерия ясно видела и также чувствовала изменение в настроении девушки, вернее, в атмосфере вокруг неё.
— Пандора, ты переводишь тему и делаешь это не оттого, что не хочешь говорить о моём брате. Судя по твоему лицу, а также настроению, твои мысли насильно уводят в другое русло. — пыталась объяснить Астр.
— Что это значит?
— Мой брат наложил на тебя воздушные чары, называемые Изгнанием мыслей. — уже прямо сказала девушка.
— На мне что-то плохое? Если чары воздушные, то ты можешь их снять?
Спрашивая это, Пан выглядела совершенно спокойно, ни капли не волновалась, что позволяло сделать вывод, что девушка не понимает о чём идёт речь, что с ней произошло и последствия снятия с неё чар.
— Пан… — взволновано протянула Гейр.
Девушка хотела что-то сказать, но передумала, понимая, что, скорее всего, эти слова не возымеют того эффекта, который она хочет получить. Девушка переглянулась с Астр, но её немые вопросы были переадресованы принцу, но девушки видели лишь его спину и затылок.
Однако их немые вопросы и мольбу о помощи он вс же почувствовал.
— Не упоминай о нём напрямую, она пропустит это мимо ушей. Понятное дело, что её волнует только то, что на ней запрещённые чары. — сказал Асмодей, дав какой-никакой совет.
Девушки не видели выражение лица принца со спины, но Астр видела, как атмосфера вокруг принца потемнела, а взгляд Эмери, поглядывающего на друга, был встревожен.
Астерия набралась сил и вновь заговорила с большим напором, чем раньше.
— Пандора, мой родственник наложил на тебя запрещённые чары. Они не просто так называются запрещёнными. Есть большая вероятность, что он с тобой что-то сделал, а затем заставил забыть это и заодно забыть о нём самом.
Лицо девушки сделалось обескураженным, словно до не наконец удалось донести всю важность возникшей ситуации.
— Волчонок, ты понимаешь? — более мягко поинтересовалась Гейр, положив на плечо подруги руку.
Пан кивнула, а потом уставилась на стол с едой. Девушки допускали мысли, что девушка пытается так разобраться со своими мыслями, фокусируясь на чем-то, но никто не отмахнулся от конечно же возникшей мысли, что Пан пытается вспомнить, вкусное ли то, на что она смотрит.
Некоторое время спустя, Пан тяжело вздохнула, а затем протянула руку к столу. С него она взяла небольшую тарелку с яблочными дольками. Выбрав одну, она кинула её себе в рот и стала жевать.
Девушки уже было расстроились, что у них вновь ничего не получилось и подруга перекинула своё внимание на еду, когда она сказала:
— Вы обе так обеспокоены. Думаете, что это со мной и произошло?
— Именно так. — поспешила согласиться Астерия.
Поняв, что эта попытка всё же удачная, Гейр не стала терять времени.
— Астерия может снять чары, ты этого хочешь? — подхватила Гейр.
Девушка повернулась к Астр. Её взгляд был слегка пустым и уставшим.
— Твой родственник. Если я его увижу, то не вспомню его?
Астр покачала головой.
— Нет, скорее всего, ты даже не заметишь его.
Пан отставила тарелку в сторону и облокотилась на спинку дивана, а затем вполне уверенным голосом заявила:
— Тогда снимите чары.