Неподалёку от Астерии появилась белоснежная женщина, по телу которой струились огненные жилы, в чёрном платье привлекла к себе внимание всех, как она и планировали. Её уверенная походка, стук её каблуков о каменный пол, её красота… всё это завораживало.
Подойдя к Астр, Пандора одарила её мягкой поддерживающей улыбкой, а затем обвела взглядом всех присутствующих, начиная с Энлиля, заканчивая венценосцами и Асмодеем, с интересом наблюдающим за ней, но не спешащим её останавливать.
— Если вы так хотите, чтобы Астерия примкнула к какому-то Дому, то так и быть. Я, глава Дома Фенрир, Пандора Ла Фенрир, принимаю Астерию в свой Дом. Даю ей свою фамилию и нарекаю сестрой. — невозмутимо заявила Пандора.
Астерия была поражена настолько, что ей показалось, будто это всё сон, но Пандора была настоящей, а её поведение было весьма серьёзным, хоть и смешанным с шутливым настроением.
Как только смысл слов Пандоры дошёл до присутствующих, стала зарождаться новая волна возмущение, которую сама Пандора и подавила. Пандора позволила всем присутствующим лицезреть часть её в виде волны алой энергии, сваливающей всех с ног, заставляющей сердца всех быстрее забиться в страхе от ощутимой мощи Пламенного правителя.
— Почему нет? Свет и пламя похожи. Сама Астерия также способна сотворить огонь, также ей подходят методы пламенных элементалистов. — не дожидаясь какой-либо реакции от присутствующих, ей было до них абсолютно всё равно, она обратилась к единственному, чьё мнение её интересует, — Ваше Высочество, что скажете?
Губы Асмодея разошлись в хитрой улыбке. Он оценил поступок Пандоры, её идею. Она, как и он, похоже не прочь была поиграть на нервах присутствующих членов Ордена.
— Покуда жив последний представитель Дома, Дом считается существующим. Это относится к вам обеим. Но отказываться от такого предложения я бы не рекомендовал. — заговорил Асмодей, — Ну так что, станешь сестрой госпожи Фенрир?
— Для меня это большая честь. Я хочу войти в Дом Ла Фенрир и хочу стать твоей сестрой. — ответила девушка, борясь со своими чувствами, готовыми вырваться на свободу при всех лишних глазах.
— Астерия, пора тебя вернуть из мира мёртвых. Ты берёшь фамилию Ла Фенрир или хочешь носитель фамилию матери? — предложил Асмодей.
— Есть ещё один вариант. — поспешила добавить Пан, — Носи обе. Астерия Шу Ла Фенрир. Певуче звучит. Как эльт двух атрибутов, ты будешь принадлежать и воздушному Дому, и пламенному.
Астерия согласилась с вариантом Пандоры. На этом вопрос с выходом Астр из Дома Артемиды был закрыт, но по-прежнему открытыми оставались другие вопросы.
Пандора положила на плечо Астр руку в знак своей радости – единственное проявление эмоций, которое она могла показать в этом зале.
Затем внимание Пан переключилось на двух мужчин, стоявших позади Энлиля, вид которого нельзя было назвать довольным.
— Мне, кстати, тоже есть, что сказать. Можете называть меня вторым обвинителем, если угодно. — поспешила добавить своё слово Пан, — Эти двое были так уверены в своей победе над Астер, что им даже не пришло в голову то, что она решит и даже сможет рассказать о том, что происходит внутри Дома Артемиды. Преступления, за которые они должны понести наказания. Хотя бы, к примеру, использование Изгнания мысли Медем, но не только он использовал запрещённые чары, но и его сын решил с их помощью совершить преступление.
— О чём вы говорите, госпожа Правительница?
— В силу своей юношеской глупости я позволила Нону подойти к себе слишком близко. Настолько близко, что украсть мой дар создания рун ему не составило бы труда. Он даже предпринял попытку, но она оказалась безуспешной, поэтому он перешёл сразу к последнему шагу – наложил на меня Изгнание мысли и ушёл ни с чём. Многие годы я жила с этими чарами, пока друзья не стали замечать, что что-то не так, а затем Астерия увидела, что именно не так. Сегодня она сняла с меня эти чары и вот что ей это стоило. — сказала Пан, указав на забинтованные руки девушки.
Энлиль вмиг поменялся в лице, вернее, его недовольная мина стала ещё более недовольной. Он бросил свой взгляд в сторону Медея и Нона. Мужчины опустились на колени, из-за возникшей слабости от кислородного голодания.