Медуза, приложив руку к сосуду, молча поклонилась.
— На сегодня, пожалуй, закончим. — закончил принц, — Эмери, можешь рушить связь.
Эмери долго упрашивать исчезнуть не пришлось, изображение немедленно растворилось, а Алексис и Эолл развеяли свои чары и глыбы камней упали им под ноги.
Советники стали неспешно подниматься со своих мест и покидать зал. Вечер уже был поздний и многие устали, а всё, что было нужно – уже обсудили, можно и расходиться.
— Дей? — тихо привлекла к себе внимание Пандора.
Мужчина бросил на неё уставший взгляд и сразу понял, что Пандора уже давно приготовилась к тому, что принц на весь мир объявит о существовании Руно, поселившегося в её теле.
Принц лишь покачал головой и даже натянул на лицо мягкую полуулыбку. Глядя на принца, девушка прониклась к нему сочувствием и желанием помочь побыстрее покинуть это место.
Стоило первым венценосцам встать со своих мест, а это были Николас и Сева, Алфей заговорил.
— Позвольте всё же вас задержать.
Услышав голос Алфея, Асмодей, обращённый лицом к Пандоре, глубоко вздохнул и на мгновением закрыл глаза.
— Алфей, тебе есть, что сказать?
— Да. — ответил мужчина и поднялся со своего стула. Как только Алфей заговорил, ещё не покинувшие зал представители Домов с водным атрибутов заметно заволновались и стали внимать его словам, — Не так давно госпожа Океанид посещала мой Дом в компании господина Переплута. Они просили провести их краткой дорогой к Тёмным водам, находящейся в моём дворце, что я и сделал. Они должны были и вернуться этой же дорогой, однако этого не сделали.
Все те, кто ещё не успел покинуть зал, остановились на пути к выходу и стали внимательно греть уши. Ясное дело, что венценосец хотел поднять какой-то вопрос при участии остальных венценосцах, но при этом при минимальном количестве «лишних» ушей, пусть даже это и советники и члены Ордена.
— Покинуть Тёмные воды не так легко. Так же они находятся под охраной Дома Варуна и надзором Смеха мавки. Это означает лишь одно – невозможно покинуть Тёмные воды так, чтобы я не знал об этом. Пешая дорога от Тёмных вод до Башни Гармонии стихий заняла бы многие месяца, однако наши герои справились всего за несколько дней. — продолжал Варуна.
Вниз в центр зала спустился Нуад Варуна, где он ожила отца и его Щита, но встал он специально ближе к местам свидетелей, где всё ещё сидели Зола и Шуэр, явно понимающие, к чему ведёт весь разговор Алфей.
— Либо эти дети овладели магией перемещения, либо они не сделали того, зачем вы их туда посылали, а я – зачем впускал. Я склоняюсь ко второму варианту, ведь я и Смех мавки видим, что с сосудами этих двоих что-то не так.
— Чтож, я знал, что ты не оставишь это без внимания. Уверен, что ты даже знаешь, что именно не так с их сосудами. Зола, Шуэр, покажите нам свою новую подругу?
Зола и Шуэр переглянулись друг с другом, их взгляды были весьма мрачными, но они молча спустились в центр зала, где стоял Нуад и остальные свидетели, среди которых также были Эолл и Алексис.
— Сам ещё её не видел. Волнуюсь. — шутливо бросил принц.
Алфей одарил принца молчанием, поджатой губой и взглядом, полным проклятий в адрес Его Высочества.
Из элементального сосуда Шуэра тёмная жидкость. Она нехотя покинула сосуд мужчины и приняла форму высокой роскошной женщины, от одного взгляда Варуны на которую, сердце застывало.
— Это Лорелея. — представил Шуэр нимфу.
— В моём доме вы показывали мне совсем другое существо. Неужели вы пытаетесь нас всех обмануть, госпожа Океанид? Я впустил вас в Тёмные воды, чтобы вы вернули ундину Лорелею, а вы вытащили оттуда другое мрачное создание и зовёте его Лорелеей?
Зола не спешила с ответом. Ей не хотелось находить врага в лице любого из Дома Варуны, но это когда-то да должно было случиться. Она перевела взгляд на Асмодея и, получив кивок, раскрыла секрет Леи.
— Господин Варуна, это и правда Лея. Только изначально она была не ундиной. Вы видите перед собой нимфу, которой Лея всегда и являлась.
Что Алфей, что Нуад, что остальные присутствующие представители водных Домов – все предались удивлению и колоссальному шоку. Никто не ожидал подобного поворота событий, особенно Дом Варуна, который, как оказалось, был в курсе не всего, что происходило в мире воды.