Принцем было принято решение вернуться вместе со своим отрядом, в число которых входила и Октавия, которой Асмодей легко спустил с рук неповиновение, на Деву сразу после того, как он воздвигнет самую сильную на данный день защиту – алый купол, который можно активировать, найдя артефакт.
Артефакт, на счастье всех, был в единственном числе, никто не знал почему, ведь остров был приличных размеров, и был расположен прямо под землёй, а сверху была расположена ныне пустая деревня Центавр[Ax1] .
Место хранения артефакта было удивительно красивым. Это была целая пещера, в которую, через небольшие расщелины в стенах, попадали солнечные лучи. На местах их падения росли зелёные совершенно разные растения, преимущественно мох. В самой пещере было весьма прохладно и огненным элементалистам в лице Кассиуса и Амат там было неприятно находиться, хоть и было красиво.
Вся эта необычайная красота расположилась вокруг каменного невысокого столба, на котором стояла обыкновенная каменная чаша, на которую Асмодей просто капнул кровью и тем самым воздвиг алый купол над всем островом.[Ax2]
Сразу после эльты покинули остров, а вместо Асмодея за всем следили сменяющие друг друга венценосцы. Первым был Сева с Талией, а компанию им составлял Защитник Севы Сигурд Дхарра[Ax3] .
По возвращении на Деву эльты немедленно навестили своих друзей, а также справились о состоянии тех, с кого сняли триффаг, но из зачарованных им был интересен только один эльт, и он делил одну палату с другими членами своей семьи.
Не перечислить всех одним разом, о ком стоило беспокоиться больше всего. Для Николаса важнее всех были Римма и Эолл, а также остальные десять эльтов, отдавших всю свою силу Астерии. Их выздоровление проходило тяжело, но всё же проходило. Каждый переживал больше всего о своих друзьях или подчинённых. Также был и с Асмодеем и его отрядом. Сначала они навестили Эолла, а уже после добрались до палат, где разместили выживших из Дома Ла Фенрир. Их оказалось совсем немного.
Возле дверей уставших с дороги друзей ждала Инис. Облачённая в обычное зелёное платье, девушка встречала друзей, держа на лице одновременно радостную и печальную улыбку. Она была рада видеть всех, как рады были видеть и её, но её взгляд был прикован больше всего не к старшему брату, а к юнцу, прятавшемуся за ним. Инис, взяв на себя смелость, обогнула Эмери и встретилась лицом к лицу с тем, кто смущался показываться ей на глаза со своим нынешнем обликом.
Аскольд Коляда спас жизнь, но лишился своей юношеской привлекательности, однако он приобрёл нечто куда более мужественное. Стоило лицу девушке внезапно появиться перед лицом мужчины, как тот попытался отвернуться, но ладонь девушка, которую она положила ему на щеку, не дала этого сделать.
Тяжело выдохнув, мужчина позволил осмотреть свой ужасный глубокий шрам, пересекающих весь левый глаз. Удача на стороне Аскольда, что зрение осталось в полном порядке.
Инис не стала ничего говорить мужчине, а просто одарила его самой доброй улыбкой, на которую была способна и взяла его за рук. От этого жеста теплее на душе стало не только у Аскольда, который был рад тому, что его принимали даже с ужасным шрамом лице, но и Эмери, который отчего-то был рад тому, что его сестра проявляла свои чувства именно к этому юноше.
Юная предвестница впустила всех внутрь, но сама входить не стала, потому что внутри было несколько тесно, ведь она постаралась сделать там, чтобы семья оказалась вместе и с небольшим трудом уместила внутри пять кроватей, а также отгородила их друг от друга тканевой ширмой.
Войдя внутрь, эльты заметили спящих друг перед другом близнецов Ла Фенрир. Черноволосый и красноволосый юноши с одинаковыми лицами сладко спали. Дальше эльты увидели Аргуса, на кровати которого спала в обнимку с мужчиной Тиамат, ожидающая его пробуждения. Эльты сразу же задвинули ширму.
А кто занимает две другие кровати, гадать было не нужно. Возле окон друг напротив друга спали две девушки. Одна была похожа на солнце, а вторая на второе светило – луну. И обе девушки были бледными, и обе не покидали царство сна уже давно.
Асмодей не позволил долго теснить в палате, поэтому отправил всех отдыхать, а те не стали и спорить, понимая, что мужчина только и ждал этого момента. Единственный, кто не ушёл, кто не стал спрашивать разрешения остаться, был Алексис. Элементалист с атрибутом земли просто взял стул, что был возле кровати Астерии, пододвинул его ближе к ней и на него же уселся.