Многие эльты видели этих созданий лишь на картинках из различных познавательных книг и вот сейчас не все могли поверить, что видят такое редкое существо.
— Это ты погоди пока не показались кикиморы [Ax7] и прочие водяные уродцы. Несколько сотен лет назад, может быть даже тысяч, здесь раньше такие битвы между эльтами было, что это место ещё не скоро очистится от тёмной энергии. Раз здесь поселились такие чудища, то и вовсе никогда не станет прежнем.
— Что делать-то? Ждать пока из болот начнёт вылезать всякая жуть? — поинтересовалась Октавия, всё ещё переглядывающаяся с мереком, сидевшем в болоте. В какой-то момент ему надоела эта игра и он стал потихоньку выходить из неё, поднимаясь над водной поверхностью постепенно.
Зола увидела это и стремительно махнула рукой. Мерека накрыло небольшой тихой мутной волной. Зола вопросительно взглянула на Шуэра, ожидая от него указаний, хотя по статусу раздавать их должна она.
Мужчина достал из небольшого пространственного кармана чёрную флейту, осмотрел её и только потом заговорил.
— Я полностью посвящу себя усыплению чудищ, когда те начнут вылезать. Буду сдерживать их столько сколько смогу, а вы будете меня защищать и одновременно с этим искать артефакт. Из-за присутствия Золы проблем с чудищами будет не так много, да и артефакт наверняка покажется быстрее. Когда найдёте его, тут же зовите Асмодея. Сами не пробуйте его использовать, иначе сразу все помрём. Кто-то в мавок превратится, а кто-то станет чудищем похуже.
Группа больше не обмолвилась ни словом лишь кивками. Затем они продолжили поиски. Шли вперёд, обходя болота и низкие кусты, внимательно вглядываясь вдаль в надежде найти хоть что-то похожее на артефакт.
Раньше все члены группы уже взаимодействовали с артефактами и примерно знали как его найти. Их всех или кого-то одного должно посетить необычное чувство притяжения, которое может быть выражено в разной форме. Но пока что ни у кого из четырёх эльтов этого чувства не возникало. Они молча шли вперёд и водяные, иногда лёгким мановением руки, смахивали в воды вылезавших из них чудовищ.
Когда чудовищ стало вылезать гораздо больше прежнего, Шуэр взялся за свою флейту и поднёс её к своим губам. Из чёрного изящного инструмента вырвалась первая нота и была она негромкой, но длинной, такими были и остальные.
Эолл и Октавия не знали, что он играет, но эта мелодия оказалось действенной. Чудища болот на некоторое время перестали вылезать из вод.
Эльты всё шли и шли, а ночь уже опустилась на эти земли. Как и сказал Шуэр, лик этого места стал ещё более безобразным, мёртвым, что пришлось монстрам по душе. Звуки флейты уже не так хорошо действовали и из воды стали появляться создания куда страшнее маленького мерека.
Эолл стал призывать оружие, похожее на длинную палку, копья, алебарды… всё, чем можно спихнуть чудищ обратно в воды. Октавия же поднимала берег болот, чтобы те не могли ступить на землю и выйти из воды. Но вскоре монстрам было всё не почем, потому как из воды показались такие чудища, которых боялись уже Шуэр и Зола – прекрасные, но мёртвые женщины с восхитительным голосом, уродливые животные или растения, точно не сказать и другие.
Казалось, что все они обладают разумом, потому как с новыми чудищами изменилось и поведение обитателей болот, они стали более разумными и даже пытались подстраивать ловушки, в которые группа пару раз едва не угодила. Мавки, сирены и русалки лишь заливались смехом, видя жалкие попытки эльтов убежать от них.
Шуэр уже давно не играл на своей флейте. Вместе они бежали вперёд, отталкивая от себя чудовищ стеной из воды, земли и оружием. Но в какой-то момент элементалисты воды и земли ощутили как их элементы им становятся неподвластны, будто на этой земле есть создания сильней, чем они сами. Эльтов охватил ужас, заставивший ноги нестись быстрее.
Среди страха, ощущаемого Золой, неожиданно затесалось необычное тянущее чувство. Оно будто бы потихоньку вытесняло страх из головы девушки, а в освободившееся место задало направление.
— Я чувствую! Чувствую! — воскликнула Зола.
Зола будто ухватилась за путеводную нить и последовала за ней, а за ней последовала и группа. Водяной казалось, что они по-прежнему продолжают движение вперёд, когда для остальных всё выглядело как беспорядочное петляние между болотами, лужами и монстрами.