И видимо не познакомлюсь, так как, когда я подошла в трейлеру, меня как обухом по голове ударили. Я не закрывала за собой дверь, потому что Томасу все было жарко, поэтому приблизившись почти вплотную к автомобилю, я слышу следующее:
- Только, пожалуйста, не трепись никому о ней, Гарри, – просит Том.
- Да не буду я, сказал же. Ты объясни мне только почему? Она вроде милая... – непонимающе спрашивает Гарри.
Я хотела было зайти внутрь, но следующая фраза заставляет сделать меня абсолютно обратное.
- Она не Зен, братец, понимаешь? Мэри – простая официантка, и я не хочу, чтобы о ней кто-либо знал. Особенно журналисты.
Его слова эхом отдаются в моих ушах. Время замедляется. «она – простая официантка». Господи Иисусе... я делаю несколько неуверенных шагов назад, а затем несусь сломя голову к Алисе. Он стыдится меня? Боже, какая же я дура... я вламываюсь в гримерку. Мне так хочется плакать, но в глазах моих пустыня. И в них же разворачивается песчаная буря. Девушка складывала материалы в сумку, но увидев меня, останавливается.
- Маш, ты чего? Что случилось? – Алиса в ужасе смотрит на меня. Мое участившееся дыхание, сумасшедшие глаза и желание кричать производят не особо благоприятное впечатление.
- Отвези меня в город, пожалуйста, срочно... – выдыхаю я. Мой голос дрожит и я чувствую, как Ниагара вот-вот хлынет из моих глаз.
Девушка начинает собираться быстрее, а затем хватает за руку и тянет меня к своей машине на парковке. Слезы уже катятся по моим щекам. Боже, ну какая же я все-таки дура. Мне была так больно, даже не от слов Тома, а от того, что я себе невесть что напридумывала. Как же! просыпаться вместе ближайшие пятнадцать лет! БРЕД! Он даже не собирался никогда представлять меня, как свою девушку. Дура! Дура! Дура! Я мотаю сопли на кулак, пока мы отъезжаем от студии и направляемся в центр города.
-Куда мы едем? – уточняет Алиса.
- Мы? – всхлипывая, спрашиваю я.
- Ну, естественно, мы. Я тебя в таком состоянии не оставлю. Так какие пожелания?
- В бар, где желательно есть что-то покрепче белого вина.
- Поняла, – и Алиса давит на педаль газа.
Она меня не трогает и дает выплакаться. Вся эмоциональная карусель, преследовавшая меня последнюю неделю, выливается в поток непрекращающихся слез. Мне тяжело справится с нахлынувшими чувствами, во всех смыслах этого слова, и я просто всхлипываю, прижимаясь к холодному стеклу автомобиля. Порой достаточно искры, одного слова, взгляда, чтобы запустить реакцию. Сегодня катализатором моей истерики послужил голос Тома: «Она – не Зен». Зен, блять! Зендая. Пусть оба идут в жопу. Не хочу даже думать больше о них. Нет, ну как? Как я могла так протупить? Только сейчас я понимаю, что нахожусь во Флоренции. В Италии, блять! Я полетела за ним в другую страну, а он... я не больше, чем тайное увлечение звездочки кинематографа. Я с психом достаю телефон и пишу этому придурку смс:
«Я уехала в город. Когда вернусь – не знаю»
А затем отключаю его от греха подальше. Мне хватило одной фразы, чтобы поверить в ту чушь, что я себе напридумывала. Моя неуверенность, вечные сомнения и страх с радостью поддержали идею о маленькой девочке, которой нещадно воспользовались, и даже на секунду я не могла подумать, что эти слова имели совершенно другой смысл. Я смотрела на холмы Тосканы и мечтала о десяти стопках текилы в своем желудке. Да будет так. Даже двадцать. И без закуски. Аминь!
====== Глава 18 ======
Выпив вторую стопку текилы, с шумом ставлю ее на стойку. Я уже не плачу. Все слезы закончились в машине.
- Ну? Рассказывай, – выжидающе смотрит на меня Алиса.
Девушка терпеливо ждала объяснений всю дорогу. Она не мешала мне плакать, не задавала тупых вопросов, да и вообще никак не пыталась меня успокоить. За это я ей была благодарна.
- Маш, ну не тяни, я себе уже невесть что напридумывала, не пугай меня! – Алиса делает глоток крепкого кофе. Компанию в потреблении алкоголя она отказалась мне составлять. За рулем, как никак.
- Да, в принципе ничего, Алис, – я не узнаю свой голос. Такой хриплый и безразличный. Эмоции уже поутихли. Первая волна вышла со слезами. Вторая притупилась с помощью голубой агавы. Сейчас все происходящее не казалось мне концом света. Я уже жалела, что повела себя, как истеричка. Однако чувство обиды никуда не делось. Да и то, что сказал Том, тоже. – Просто я дура наивная, вот и все.
- Как я должна это понимать? – моя знакомая явно не фанатка туманных формулировок. Алиса смотрит на меня так серьезно, что мне уже самой начинает казаться, что я развела детсад на пустом месте.
- Ну, как ты уже поняла, я не совсем подруга Томаса, – начинаю я.
- Это все понятно, – кивает она. – Что у вас с ним произошло?
- Он сказал, что я тупая официантка, и что он не хочет, чтобы кто-нибудь узнал о его связи со мной, – на одном дыхании произношу я, то, что вот уже минут двадцать без остановки эхом отдавалось в моей голове.
- Что?! – Алиса начинает кашлять, поперхнувшись своим эспрессо. – Так и сказал?!
- Ну, не совсем так, но я как бы не дура и основной смысл уловила, – я опрокидываю третью рюмку текилы. В горле приятно жжет, и огненная вода согревает мои внутренности. В голове немного тяжелеет. Хотя, чтобы мне напиться нужно около двадцати шотов.
- Что значит не совсем так? Скажи мне, что он точно сказал? – никак не угомонится итальянка. Да, по мне так она уж очень стала на нее похожа.
- «Братец, не рассказывай никому о Мэри. Она – не Зендая, а простая официантка, и я не хочу, чтобы кто-то о ней узнал. Особенно журналисты», – пытаясь вспомнить точную формулировку, произношу я. С каждым разом эта фраза звучала все менее катастрофично. Нет, нет, нет! Она катастрофична, и я не должна придумывать ему оправдания!
- Хм... – мычит Алиса.
- Вот тебе и «хм»! Ладно, не хочу я на эту тему больше. Мне просто необходимо было куда-то деться, чтобы он не увидел моей истерики. Мало того, что официантка, так еще и истеричка. Скажет еще «во что я ввязался! Притащил ненормальную на свою голову», – из меня так и сыпится чушь. Во мне говорила обида. Я знала, что Томас так бы никогда не сказал. «Конечно бы не сказал» – вторит мне мое внутреннее я. «Он бы просто купил тебе билеты на самолет и дело с концами».
- Я думаю вам стоит поговорить, – приходит к гениальному умозаключению Алиса. – Если ты правильно поняла его слова, то ваш разговор расставит все точки над i, и вы каждый спокойно пойдете своими дорогами. Если же нет, то ты просто перестанешь изводить себя на пустом месте, и вы все решите. В любом случае, сидеть тут и вливать в себя текилу – не самое разумное решение, – качает она головой.
- По мне так отличное. Твое здоровье! – поднимаю рюмку в ее сторону и опрокидываю ее. Я знала, что не напьюсь. Это просто показательное выступление. Только вот для кого? Верно, ни для кого.
- Маша, не мне конечно тебя учить, – затягивает свою песню Алиса, и я уже приготовилась включить режим «белый шум», когда она произносит ключевую фразу. – Но! Бежать от своих проблем – это не выход. Порой нужно остановиться и решить их. Хватит уже бегать, а то ты так упустишь из виду свое счастье. Я не говорю, что счастье это Том, но по крайней мере то, что я видела, имеет все шансы стать чем-то большим.
Бежать. Она права. Бежать – не выход. Но почему? Последние пару лет мне довольно неплохо удавалось удирать от своих проблем и закрывать глаза на все происходящее. Почему сейчас я не могу сделать то же самое? Сесть на самолет, не объясняя никаких причин, вернуться в Лондон, залечь на дно. Вот же гениальный алгоритм действий. Но я просто не могла бежать. Я устала. И я впервые за долгое время была неравнодушна к своей «проблеме». Даже если Томас относится ко мне как к временной игрушке, то я в свою очередь испытываю к нему настоящие чувства. Может реально пора вести себя по-взрослому? Встретиться лицом к лицу со своими страхами, услышать из его уст, то, что я боюсь услышать, увидеть то, что я никогда бы не хотела видеть. Я ведь не сделаю никому хуже. Что так, что эдак, буду страдать. Ведь я влипла. Растворилась в человеке всего за несколько дней. Боже мой, кто бы мог подумать! Неделя, а во мне столько чувств и эмоций, что некоторым и за годы не испытать.