- Хорошо. Я уйду. Если это то, что тебе нужно. Только пообещай мне, пожалуйста, что с тобой ничего не случится. Иначе... – он прерывается на полуслове и притягивает меня к себе, и на секунду, я вновь чувствую разряд тока между нами. Напряжение. Влечение. Даже бабочку? Кажется, одна вспорхнула крыльями где-то глубоко-глубоко внутри. Он накрывает мои губы своими и очень медленно и нежно целует. А я пытаюсь запомнить вкус этих губ и запах его одеколона. Нет, мы вроде как не расстаемся. Но если что-то произойдет, если между нами все изменится, это будет на моей совести. – Я тоже тебя люблю, – выдыхает он мне в губы. – И ты всегда можешь мне позвонить. В любое время. Я приеду. Хорошо?
- Хорошо, – я смотрю, как он натягивает куртку, и оглянувшись в мою сторону напоследок, покидает паб, а затем едва волоча ноги поднимаюсь в свою комнату и падаю на кровать. «Может быть это всего лишь один из моих кошмаров?» – проносится в моей голове прежде, чем я погружаюсь в долгий и беспокойный сон.
====== Глава 28 ======
Как приятно находиться в этой темноте. В этой пустоте. В этой тишине. Раньше бездна, в которую меня засосало, меня бы напугала. Но сейчас я наслаждалась этим спокойствием. Сейчас я находила утешение и убежище в этом мраке. Занавески плотно задернуты. Поверх моей головы накинуто одеяло. Я балансирую на грани сна и реальности, то погружаясь в бессознательное состояние, то открывая глаза. Я поднимаю веки лишь для того, чтобы сделать глоток воды. Голод меня не беспокоит. А вот жажда... мне постоянно хочется пить. Скорее всего организм обезвожен из-за десятков литров слез, что я выплакала после ухода Тома. Я засыпала с мыслью, что все это лишь один из моих кошмаров, но просыпаясь и видя, что реальность не менялась, начинала плакать с ещё большей силой. Прежде чем вновь провалиться в сон я просила Бога “Пожалуйста, пусть он будет жив, пусть все будет как раньше”, обещала, что впредь буду поступать правильно, буду помогать людям, буду чистить зубы в конце концов, лишь бы это все оказалось сном, но Господь меня не слышал и мой торг с ним был тщетен. Постепенно я смирилась с этой мыслью. Осознание того, что Трэв не вернется, обрушилось на меня внезапно. Оно зажглось на задворках моего сознания, как лампочка у мультперсонажей, а затем опустилось во все тело, придавив его отчаянием, а затем медленно потащило на дно, погружая меня в депрессию. Возможно теория о пяти стадиях переживания утраты и горя не такой уж и бред. Все шло как по расписанию: отрицание, злость, торг, депрессия. Венцом этой цепочки должно было стать смирение, и я его очень ждала. Проскочив все этапы слишком быстро, я застряла на четвёртом и вот уже который день не вылезала из кровати. Сон давал мне возможность убежать от реальности, забыть о том, что всего за неделю я потеряла близкого человека. Даже двух. Правда второго я оттолкнула сама. Мне не хотелось думать о том, что я все разрушила с Томом. Но и заставлять его проходить через это со мной я не могла. В один момент все стало ясным, как день. Том – популярный актёр. У него легкая, светлая и насыщенная жизнь. Образ весёлого и беззаботного парня никак не взялся у меня с картинкой, где он наблюдает за моей истерикой, держит за руку, утирает слезы. Зачем ему это? У него в жизни все хорошо, и я не собираюсь её портить. Я не думала, что ему все равно, или что я не достойна его сочувствия. Нет, напротив, я убедилась насколько этот парень искренне за меня переживает, что я действительно ему небезразлична, и в свою очередь, полюбив его, не хотела, чтобы он страдал вместе со мной. В его сумасшедшем графике и жизни и так хватает проблем, а семья и отношения должны приносить положительные эмоции, наполнять его, а не высасывать последнюю энергию. Я не хотела, чтобы ему было некомфортно и больно из-за того, что я переживаю. Я всегда справлялась со всем сама, и этот раз не станет исключением. Делаю глоток воды, а затем тянусь к таблеткам у тумбочки. В эти дни я как никогда прежде была благодарна медицине. Если бы не успокоительное и снотворное, я не знаю, что бы со мной было. Лекарства позволяли мне набраться сил. Простых физических. От стресса и простуды мой организм был настолько ослаблен, что лишь поднятие руки и век стоило мне титанических усилий. Когда я первый раз уснула после похорон, в мою жизнь вернулись кошмары. Те самые яркие и реальные. Просыпаясь каждые полчаса в холодном поту, я решила, что если уж помощь живых людей мне не нужна, то от таблеток я не откажусь. Благодаря им мне больше не снились никакие сны, ни приятные, ни плохие. Просто мрак и тишина. Запиваю спасительное средство, и поворачиваюсь на другой бок, укрываясь одеялом с головой. Тело расслабляется, что-то тяжелое тянет меня на дно, дурманит разум, мои веки слипаются. Но прежде чем я успеваю провалиться в сон, где-то рядом раздаётся звонок мобильного. Игнорирую. Всех, кто живет на британских островах я попросила меня не беспокоить. Если это Холли или Дарья они поймут, что я не хочу разговаривать. Делаю глубокий вдох и устраиваюсь поудобнее. Телефон замолкает, а затем снова начинает трещать. Господи, да оставьте меня в покое! Затыкаю уши подушкой, но противная мелодия продолжает бить по перепонкам и не даёт мне провалиться в столь желанную темноту.
⁃ Чёрт! Сколько можно-то! – ругаюсь я и протягиваю руку к айфону.
К моему удивлению звонит мама. Только сейчас я понимаю, что не звонила ей уже около трех недель. Обычно раз в неделю мы созваниваемся по скайпу, но с тех пор как в моей жизни появился Том, я стала отдалятся. Мне все было “некогда”. А после всего случившегося я вообще забыла, что у меня есть родители и семья за несколько тысяч километров от Лондона. Стараюсь пригладить ладонью волосы, потрепать себя по щекам, чтобы появился румянец. Не хочу, чтобы мама видела меня в таком состоянии. Ей незачем беспокоиться. Нажимаю на кнопочку ответить и пытаюсь выдавить из себя улыбку.
⁃ Привет, мам, – на экране появляется мама. Лицо украшает невероятно тёплая улыбка, которая постепенно меркнет, когда она всматривается в меня.
⁃ Машенька, что с тобой? Ты заболела? – на заднем фоне шум и крики моих родственников, поэтому мама встаёт с дивана и направляется в другую комнату, где атмосфера потише.
⁃ Нет, я в порядке. Все хорошо. У вас там гости? – делаю голос как можно непринуждённее.
⁃ Ну, конечно. А ты что ещё спишь? Отмечать не собираешься? – мама уходит в мою старую комнату, и ложится на диван, вытягивая телефон так, чтобы уместиться в кадре.
“Отмечать?” хочется спросить мне, но потом до меня доходит. Сегодня Новый год. Для меня время остановилось, однако остальные семь с половиной миллиардов людей продолжали жить своей жизнью, справлять праздники, дышать, смеяться, чувствовать. В груди что-то завибрировало, и я снова почувствовала растущий комок в области рёбер. Сейчас мне захотелось домой. Обнять маму, папу. Прижаться к ним и просто все позабыть. Все, что случилось со мной за последние семь лет. Стать снова маленькой и зависимой девочкой, не думать ни о чем. Не переживать. Не беспокоится. Не бороться. В глазах жжёт.
⁃ Доча, солнышко, что произошло? Почему ты плачешь? – я лишь качаю головой, а крупные обжигающе горячие слёзы начинают скатываться по моим щекам.
Как же я все усложнила. Зачем я врала родителям? Зачем сбежала? Зачем устроила себе эту западню. Если бы я никогда не уехала, то сейчас бы не испытывала эту нестерпимую боль в сердце. Если бы я осталась в родном городе, со мной бы всегда были рядом близкие люди. Мне бы не пришлось страдать. Бороться за место под солнцем. Мне было бы легче.
⁃ Ты меня пугаешь, Маш, – слышу голос мамы и отнимаю ладони от лица.
Я вижу её растерянность. Вижу даже страх. А также чувствую укол совести. Мама... как же отвратительно я повела с ней себя. Она всегда меня поддерживала. Всегда в меня верила. Я никогда от неё ничего не скрывала. Тянулась к ней, как листья к солнышку. Мечтала быть похожей на неё. Преуспеть в карьере и в личной жизни. Добиться уважения. В какой момент все пошло не так? Когда я начала ей врать и отдаляться? Когда мне пришла в голову мысль, что она “не поймёт”? Почему я так плохо о ней подумала? Ведь она моя мама. Она не может “не понять”. Я запутала её и себя. Не доверилась самому родному и близкому человеку в жизни. Ошиблась. Оступилась. И сейчас мне нужно исправить эту ошибку во что бы то ни стало. Чем скорее, тем лучше.