— Где в лесу? — требовательно спросил лысый, когда мы оказались у машины, его явно бесила непонятная жара.
— За Демидовским заводом…
— Слышь пацан, ты чё, угорашь? Или жить устал? Какой на *** Демидовский завод? — мне прилетел подзатыльник.
— Не кипишуй, братан, — влез самый рассудительный из них. — Он впаривает про старый разрушенный завод, ему лет двести, наверное, я на карте видал.
Меня затолкнули на заднее сиденье, рядом сел нервный лысый, в руке был пистолет, я заметил, что глаза у него красные, про морду и речи не шло, хоть прикуривай. За руль сел рассудительный, а примороженный устроился на переднем пассажирском. Я решил накалить страсти, водитель получил «тёплую» руну в рукав рубашки, а замерзающий страдалец «холодную» — в левую кисть. Тот почувствовал сразу, машина только тронулась, а он включил свет с потолка и принялся рассматривать руку.
— Да что за ***? Теперь и левая начала мёрзнуть, это болезнь какая-то ***! — он посмотрел на безучастного кореша за рулём, затем повернулся к нам и дёрнулся, когда увидел морду лысого. — Братан, ты чё опять этой *** закинулся? Прекращай ***, у тебя рожа пятнами пошла!
— Чё? Я не чё! Гони уже, сука, в этот *** лес! — он брызгал слюной, когда говорил.
Рассудительный остановил машину и повернулся к нам, реакция на лысого была более сдержанной, но глаза всё равно округлились.
— У меня вторая рука мёрзнуть начала, это нездоровая ***!
— А мне, сука, жарко, кишки сейчас сварятся!
— Ведьмина работа, — троица уставилась на меня, а я, проглотив кровавую слюну, продолжил. — Это проклятие, одного в жар бросает, другого в холод… Угрожали ей?
— Да не сильно, — рассудительный почесал правое плечо. — Горячо, реально горячо, — он похлопал ладонью по этому месту.
— А чё делать-то? Я уже правую кисть не чувствую, отнялась, сука!
— Ты пацан, реальные вещи говори, как избавится? — это уже рассудительного проняло.
— Не знаю, это к ведьмам, — я импровизировал, придумывал на ходу.
Лысый принял для себя какое-то решение, это было видно по его простой морде, затем рявкнул на рассудительного.
— Гони давай, в лес этот сраный. Я потом к старой суке наведаюсь, — команда подействовала, водитель погасил свет в салоне и дал по газам.
Обмороженный как-то справился со смартфоном, к кому-то дозвонился.
— Сергеич, у нас тут проблема… Что? Не, пацана взяли, до схрона едем, здесь норм… У нас со здоровьем проблема… Что? Да не бухали мы! У меня обе руки отказывают, замёрзли, Серый горит на глазах, Мотя тоже начал. Ведьма это, сука злая, проклятие кинула… Да-да, понял, сделаем, не подведём.
Вот я и сделал гадость, но сожаления не чувствовал. Она меня сдала с потрохами, пусть теперь сама боится.
Джип — машина проходимая, да только высокая слишком, там, где я на Малыше с ветерком проскакивал, внедорожник еле полз. Не предусмотрел производитель верхних препятствий, в виде веток, да толстенных таких, верхнюю часть кузова точно поцарапало.
До Демидовского завода мы так и не доехали, слишком густо поросли обочины.
— Да куда тут ехать-то? Слышь, пацан, а ты точно не дрочишь? Я ведь тоже обидеться могу! — рассудительный пошёл вразнос, морда красная, глаза навыкате.
— Мотя, ты рубашку сними, сразу полегчает, — посоветовал Лысый.
— Мне хреново, — заныл примороженный. — Правой руки больше нет.
Водитель выбрался из машины и последовал совету приятеля. За ним вышел страдалец, повеселевший лысый, толкнул меня на выход.
— Короче, пацан, если обманул, я прострелю тебе руку, потом вторую, а…
— Тут часа полтора пешком, если пойдём быстро, за час управимся, — ответил я не задумываясь. — Я здесь на квадроцикле ездил.
— Да мне по хер, хоть на ишаке. Ты понял? — я кивнул, и мы пошли.
Один нытик и три бодрячка, надо ли говорить, как приятели подгоняли примороженного. Сначала обещанием свозить к лучшим врачам, вплоть до китайских иглоукалывателей, столичных целителей тоже обещали. Затем вспомнили про лечебный корень лунной травы.
— Ведьма, сука, сварит, — пообещал лысый и подогнал меня пинком. — А потом я её пристрелю.
Лучше стало всем, кроме примороженного, если правая рука начала отходить, видимо, время действия руны закончилось, то в левой всё только начиналось.
— У меня ногти отходить начали, прикинь! — он продемонстрировал левую руку Моте, тот отпрянул.
— А чем от неё воняет, — поинтересовался тот, держась на расстоянии.