Мне, конечно, интересно, как они выглядят, но встречаться с такими хищниками не хотелось. Чуйка подсказывала — это не волки, а кто-то намного опаснее, и хорошо, что преграда их сдерживает.
Возможно, это высшая степень наглости, но я организовал в межмировом коридоре временный лагерь, со спальным мешком, столиком из куска фанеры. Над головой сушились травы и коренья, получилось типа жилища знахаря-егеря. Единственное неудобство, здесь нет связи и, соответственно, интернета. Так что для звонков или получения информации, приходилось топать по древесному коридору в другой конец и выходить на родную Альтерру.
Перед уходом я смотал спальник, импровизированный стол, сложив добро к барьеру, закидал сухими ветками. Если не присматриваться, то не заметишь, а травки с корешками висят себе, сливаясь с фоном.
Десятиминутная прогулка по коридору и вот уже родная планета встречает меня ранним прохладным утром.
На дворе уже конец августа, скоро осень, я пока не знал, чем буду заниматься в холода. Последние месяцы были очень насыщенными на события, не только дома, в смысле на земле, но и на Этернисе. Как ни крути, но за это короткое время, я научился большему, чем за все годы пребывания в школе.
Я научился жить в дикой природе, правда было подспорье, я мог в любое время смотаться в деревню до магазина, к тому же, у меня есть руны. Моя коллекция хорошо пополнилась, теперь уже не пятнадцать, а почти вдвое больше, правда, часть из этих рун бесполезные.
Допустим, Бело, когда я применил её в первый раз, то ничего не понял, руна покрутилась в воздухе и испарилась, окатив пространство призрачным светом. Я решил, что это маскировка, отошёл в сторону, чтобы оценить, но мой лагерь так и остался на виду. И только позднее, я заметил изменения, редкая листва над головой перестроилась в форму узора. Приятно было посмотреть, фанера стола приобрела благородный крафтовый оттенок и множество других бесполезных в данный момент мелочей.
Где-то в лесу послышался волчий вой, это отвлекло меня от размышлений. Импровизированный гараж выглядел нетронутым, через пяток секунд я в этом убедился, Малыш стоял на месте. Я дал имя квадроциклу, может это и тупо, но меня не особо парило.
Откидав в сторону ветки, вывел технику на тропинку, все шины были в порядке, бензина больше половины бака. Напомнив себе заехать вечером на заправку, и не забыть про канистры, я завёл движок. Техника мерно затарахтела, радуя слух и душу. Руны рунами, а когда под тобой двадцать пять лошадей, о магии думать не хочется. Давно мечтал о чём-то подобном, и за полтора месяца квадроцикл надоесть не успел.
Решив выждать минутку другую, для прогрева двигателя, достал телефон. За несколько дней отсутствия на земле до меня пытались дозвониться двадцать семь раз.
Рекордсмен, разумеется, мама, двенадцать звонков. Затем идёт Велеслава, та самая ведьма из райцентра, аж десять звонков, последний вчера поздно вечером. Пролистав номер отца, который звонил, скорее всего, по просьбе мамы, потому что четыре раза, завершил просмотр именем соседа дяди Паши.
Чего это ведьма так много названивала? Вроде договорились, только по необходимости, — часы показывали без пяти шесть, рановато, но она, скорее всего, не спит.
Заглушив двигатель, я нажал на вызов, трубку сняли через два гудка.
— Алло, — голос был бодрым, значит, не ошибся, давно встала. — Я помню, что пустякам звонить не стоит…
— Здравствуйте, что-то важное?
— Как сказать? У меня тут клиент был, из богатых, и, похоже, власть какую-то имеет. Очень он тобой интересовался. Откуда он о тебе знает, понятия не имею. Так и сказал, нужен Антон — травник. Я поначалу отнекиваться давай, но он описал внешность. Очень настаивал, говорил, что человек он не последний, отказывать не стоит. Я ему номер твой не дала, сказала, что недоверчивый ты… Так поначалу и было, приходишь сам по надобности, где живёшь, не знаю…
— Так что ему надо? — мне не понравился разговор про власть имущих.
— Он так и не сказал, просто нужен Антон — травник и всё, даже не представился… А деньгами от него за версту несёт. Дорогая одежда, золотые часы, маникюр и улыбается постоянно, как пиндосники по телику, но глаза у него холодные. Вот я и позвонила предупредить, ко мне пока не приходи, если что созвонимся… А ещё мне бы пару корешков, — старушечий голос превратился в просительный. — Через посыльного можно передать или в условленном месте оставить, очень уж клиенты больные ко мне приходят, сердце не выдерживает.
С корнями лунной травы, у меня засада, осталось всего три штуки, как-то быстро они распродались. Накопал я два десятка и решил не наглеть, вдруг в следующем году не вырастут. И в один прекрасный день, проходя мимо поляны, понял, что она пустая, ни цветочков, ни даже стебельков. Осталась засохшая ботва, расстроился, конечно, но копать корни не решился. Сказано же, в период цветения.