— Да не так прост мальчик, силы-то сколько, ох! А чего ко мне-то пришёл? Сам же можешь с травками разобраться! Э-э, да не смотри ты, как мерен на кобылу, здесь главное начать, а знания сами потянуться… Ну, проходи, раз пришёл.
Глава 22
Сальма впустила меня в дом. Практически с самого порога все стены были завешаны травками, корешками и конечностями неведомых тварей. В комнате тоже было не лучше, на полках стояли кувшины, некоторые открытые из них что-то парило. На столе бутылочки, баночки с чем-то белым, похожим на молоко, скорее всего, оно и было. Потому что, сквозь неповторимый аромат трав пробивался знакомый с детства запах, вспомнилась Маша, наша с ней первая и последняя дойка. Я уставился на связку знакомой травы, попадалась иногда в лесу, чем-то на мяту похожа. Я ещё подумывал нарвать для чая.
— Рановато тебе на сильник смотреть, молод ещё. Вот когда морщинами покроешься и стручок безвольно повиснет, тогда и будешь отвар из него пить, ох и сила проснётся, неудержимая! — старуха разразилась смехом.
— На молоке отвары готовите? — на меня уставился удивлённый взгляд.
— Конечно, на молоке. Все лечебные отвары на козьем молоке готовятся… Ах, паршивец! Быстро ты мой секрет разузнал! — травница опять рассмеялась. — Старею, болтливая стала.
По мне, так, столько вообще не живут, ей, наверное, лет сто пятьдесят, а то и все двести, мир-то, волшебный.
— Ну, если клыки плетуна принесёшь, то и варить научу, надо же кому-то знания передавать, мне не жалко.
— Принесу, чего не принести? А с крикунов, что полезное можно взять? Для зелий?
— Ишь какой шустрый нашёлся! Я хоть старая, но из ума не выжила. Ты мне сначала клыки принеси, а там и поговорим, для зелий ему, ха!
Я пожал плечами. Жаль, не прокатило, но что-то я всё-таки узнал, пополнил копилку бездонную… Так, а что мне нужно?
— Сальма, я бы от теневиков что-нибудь купил, чтобы не сразу нашли, и от яда ихнего.
Уверен, у старухи есть такие отвары, или мази, может, и амулеты какие, мало я знаю об этом мире.
— Теневик, теневику рознь, мальчик! Один тебя под Барило не заметит, а другой за сотню метров учует, — старуха нравоучительно потрясла корявым пальцем.
Учитывая полусогнутую позу и растрёпанный седые волосы на задранной голове, выглядело это забавно, мумия препода прямо. Но смеяться почему-то не хотелось, наверное, в серьёзности её тона дело.
— Они как люди, понимаешь, у каждого свой талант. Некоторые глупцы думают, что это и есть люди, их давным-давно в болото затянуло, и выходят они оттуда, изменёнными.
— Я тоже это слышал…
— Ты побольше дураков слушай, быстрее сгинешь! — отчитала старуха.
— Не может сторожевая тварь из человека произойти, природа у нас разная. Просто создатель поленился, или фантазия в тот день отдыхала, вот и сделал нас похожими!
Какая интересная старушенция, силу во мне почуяла. И как-то поняла, что я иногда с травками вожусь? Ещё и знаниями делится. Что значит, сторожевая тварь? Не ответит, наверное, если спрошу, опять болтуном или мальчиком обзовёт. А, попытка не пытка.
— Значит, они проломы в межмирье охраняют? А человеку туда пройти можно?
— Вот чем у тебя голова забита, мальчик? На кой туда ходить? Там же тварями всё забито? А если услышишь от кого, что ходил он на ту сторону, враньё! Не найдена ещё такая руна, чтобы в межмирье выжить можно было, — старуха не теряла времени впустую, возилась со склянками, что-то переливала.
Я слушал и впитывал, мой лагерь, по сути, в межмирье и находится, перегородка их каких-то веток, и тварей я тамошних видел. Жуткие, конечно, но думаю, со временем смогу с ними сладить, а как иначе? Крикунов же с плетунами бью…
— Ты о чём там размечтался, мальчик? Теневика, наверное, в мыслях бьёшь? Ха-ха… Самый простой способ убить эту тварь, отрубить ей голову!
Тоже мне, сэнсэй, без головы только курица может бегать, недолго.
— Отрубишь ему ногу, станет за тобой на одной гнаться. Даже когда руки и ноги пообрубаешь, всё равно на задних культях будет прыгать, не чувствуют они боли! Арбалетный болт тоже не поможет, даже если голову насквозь пробьёшь.
— А руной? — старуха опять расхохоталась.
— Чем ты на втором круге удивить сможешь? Толкнуть Пушо? Не смеши, мальчик!
Я не стал спорить, а уж показывать тем более, а очень хотелось заморозить банку с молоком, так чтобы треснуло.
— От яда теневиков поможет вот это зелье, — старуха протянула мне глиняную ёмкость размером с большой палец, она была заткнута деревянной пробкой. — На охоте держи под рукой, после укуса теневика, проживёшь не больше ста двадцати ударов сердца. Ты слушаешь, мальчик?