- Буян, Буянушка, конь богатырский, брат ты, мой. Как я по тебе заскучал!
Буян в ответ радостно заржал, показывая, что он полон сил и готов ехать куда угодно, лишь бы находиться рядом с хозяином.
Друзья тронулись в путь, торопясь покинуть мрачный Низменный лес. Никита кое-как взобрался на Буяна, все-таки ранение еще давало о себе знать, и кони шагом двинулись обратно, взбираясь по тропе.
Ближе к полуночи достигли вчерашней стоянки и провели здесь остаток ночи. Алеша стал дежурить, еле уговорив воеводу спать всю ночь и не беспокоиться. Утром все уже чувствовали себя полными сил, рана на лбу у Никиты, затянулась, засохла и не беспокоила. В общем, чудодейственное зелье, дал нам травник, - говорил потом Никита.
Проснувшись утром, воевода увидел первым делом, как неподалеку кони мирно щипали траву, набираясь сил для последующей поездки. Алеша набрав хвороста, развел костер и аппетитно поджаривал зайца, неудачно выскочившего прямо на него, когда он собирал дрова. Алеша не сплоховал, метко сразил прыгуна, будет отличный завтрак, решил он. Поевши, друзья отправились в город Тимор, сообщить князю Хорею, что они расправились с тем, кто воровал коней в табунах, и очистили Низменный лес от темного колдуна.
Опять перед богатырями открывался живописный вид на равнину, от набегающего ветра вдали колыхалось море травы. Временами кони вспугивали птиц, свивших себе гнезда в высокой траве, но Злоба не обращала на них никакого внимания и шла упрямо вперед. Так долго ли коротко, друзья добрались до города.
Направившись сразу к князю, и застав его в палатах, рассказали о своих приключениях. Князь Хорей несказанно обрадовался словам богатырей, и все время пытался вручить им подарки и деньги. Но витязи стояли на своем и не брали даров, - в пути они нам только мешать будут, ваши подарки, отвечали они.
- Ладно, ладно, - неохотно соглашался князь Хорей, - не хотите гостинцев и денег, тогда оставайтесь у нас отдохните, отоспитесь, а мы окружим вас заботой и лаской.
- Вот это можно, - согласился Никита, - а то мы и вправду устали.
- Надо отдохнуть перед дальней дорогой, - поддержал товарища Алеша.
Богатырям отвели отдельные покои, и никто их не беспокоил. Коней поставили в княжью конюшню, дали вволю овса и сена, все остались довольны. Три дня и три ночи гостили Никита и Алеша у князя. Но пролетели три дня, и воевода сказал князю, что завтра они отправляются дальше. На утро, распрощавшись со всеми, друзья продолжили путь.
ГЛАВА ПЯТАЯ. Схватка с варварами
Гостивши у князя Хорея, Никита с Алешей узнают, что в соседнем племени ругинов, в долине каменных истуканов, творятся странные дела. Жители окрестных селений стали бесследно исчезать, а сами деревни кто-то сжигает. Поговаривали, что в этой пади поселился ведьмак и это он творит все эти бесчинства. И богатыри поспешно отправились на юг, в город Бероз, где проживало племя ругинов. Чтобы попасть в Бероз путникам пришлось пересечь равнинные земли таллов и добраться к горному побережью моря Варваров.
Ругины родственное племя с веругами. Давным-давно после междоусобных войн между двумя братьями, одно общее племя разделилось на два, и каждый из братьев возглавил свое. Один из них, имевший меньше притязаний на престол (а возможно не хотевший продлевать кровавую междоусобицу), ушел на север в пустующие земли, и с верными соратниками основал племя веругов. Им явился, в последствии, прапрапрадед княгини Мирославы. Построив город Верумир, он заключил мир с братом, дабы никто не притязал на его земли. Старший брат принял мир и взошел на престол ругинского княжества.
Ругины, это племя лесорубов и скотоводов. Основную часть дохода в казну приносит торговля лесом с племенем арсеев, которое расположено в пустынной местности и древесины там очень не хватает. Корабли из Бероза груженные деревом, отправляются в пограничный город Альтею, где и происходит торговля.
Устройство общества, как и у племени веругов, общинное. Существовало разделение на кланы. Занимались земледелием, процветали ремесленники по дереву. Местные умельцы из хорошего бревна могли соорудить: хоть лодку-долбленку, хоть 'деревянного коня'. Ругинами правила овдовевшая, уже в не молодых летах, княгиня Инга.