- Спасибо, люди добрые, и мы в долгу не остались. Не будут вас беспокоить по ночам черные хищники, нашли мы их лежбище, расправились мы с ними со всеми, - сообщил воевода людям.
- Благодарим вас, воины, от всего сердца, спасли вы нас от напасти мучившей, что мы еще для вас можем сделать, - поклонился староста в пояс богатырям.
- Будет вам кланяться люди, вы и так помогли, плот уже сделали. Без вас нам было бы трудно переправиться на другой берег. Если вам будет легче, то считайте что мы в расчете, - ответил воевода, протягивая руку старику.
- О, конечно, - засиял глава деревни, пожимая в ответ руку. - Оставайтесь у нас, переночуете, кони отдохнут, куда на ночь глядя плыть-то. Завтра утром наши мужики вас и доставят на тот берег.
- Соглашусь, пожалуй, вы правы. На ночь задержимся, а на зорьке тронемся в путь, со свежими силами, - заключил Никита.
Староста разместил богатырей в своей избе, выделив им две широкие лавки, пускай витязи выспятся, как следует.
Утром, проснувшись, Алеша первым делом задал корму лошадям. Никита уже пребывал на ногах и переносил их скромный скарб на плот. Люди из деревни собрали им в дорогу немного еды, взяли воды и вывели коней к реке. Двое мужиков вызвались помочь, доставить богатырей на другой берег.
Без трудностей не обошлось, Злоба ни в какую не хотела заходить на качающийся на воде плот, упиралась и упрямилась, пришлось затащить силой. А на реке с самого утра разыгралась вдруг непогода. Ветер задул, и волна поднялась высокая.
- Да уж незадача, на плоту трудно плыть нам теперь будет, - вздохнул Никита, оглядывая неспокойную реку.
- Надо попросить ее, перед дорогой, сказать ласковое слово, - подсказал староста, - тогда она и успокоиться.
Подошел Никита к реке, наклонился, зачерпнул ладонью воду, омыл лицо и сказал:
- Пусти нас Река, пропусти на другой берег. Знаем мы, что сильны твои воды. Захочешь, потопишь, а захочешь, понесешь как на крыльях. Пусти нас, кормилица. Не будем мы мутить твои воды, дай пересечь твою широкую гладь.
Река как-будто услышала слова человека. Ветер начал стихать в камышах, и волна улеглась, сделалась тихою.
- Вот ведь как, - хмыкнул Никита, удивляясь диву. - А теперь можно?
- Можно, - ответил староста. - Все у нас здесь живое, дух свой имеет. Ласку любит, будешь поносить злыми словами, так оно тебе и отплатит. Счастливой дороги и попутного ветра вам витязи.
Отчалив от берега, все немногочисленные жители деревни высыпали провожать, махали руками на прощание, желали счастливого пути, говорили спасибо.
Река встречала плот спокойным течением. Здесь на равнинной местности Вейра теряла силу, но расширяла берега. Плот шел мерно и плавно, тихо покачиваясь на волнах. Мужики расположились по бокам и ловко гребли веслами, а Никита стал на руль - кормовое весло. Погода располагала, и друзья добрались на противоположный берег без приключений, там осторожно свели коней, а затем все остальное. Простившись с мужиками, отправились они дальше.
Поднялись на крутой берег путники. Взору открылась зеленая колышущаяся даль. Слева еще тянулись Медвежьи горы, а перед ними расстилалась, куда хватал взгляд, широкая равнина, покрытая сочной зеленой травой.
Разглядев неподалеку невысокий холм, Никита с Алешей пришпорив коней, решили взобраться на него и осмотреть местность. Дороги не было, ехали прямо по тучной траве, доходившей до животов лошадям. Вокруг разносился аромат скошенного сена. Кони шумно вдыхали воздух, не могли им надышаться, насытиться. Иногда то тут, то там выскакивали из травы зайцы и задав стрекоча быстро исчезали из виду.
Богатыри взобравшись на холм осматривали окружающую даль, приложив ладонь ко лбу.
- Да, хорошие края, кабы не эта нечисть, можно избу поставить, гусей завести, пшеницу посеять и жить поживать да добра наживать, - мечтательно протянул Никита.
- И мне нравиться равнина, только я бы завел коней, табун лошадей. Во, какое раздолье для них, разнотравье, - показывая рукой вокруг, согласился Алеша.
- А что, то же хорошо, - поддержал племянника воевода. - Главное, чтоб дело по душе было.
Осматривая округу, Алеша вдруг воскликнул:
- Никита Иванович, глядите, вон там вдалеке, по правую руку, блестит. Это наше озеро?