— Посмотрите, кто к нам пожаловал... — произнес Риксенс с сарказмом, его голос был холодным, но в нем чувствовалась насмешка. — Ты всё-таки пришёл, Бастиан. Должен признать, я думал, ты так и останешься жалким призраком прошлого. Но, кажется, у тебя всё-таки хватило храбрости. Или это просто глупость?
Он лениво провел пальцами по клинку, который лежал на кузнечном столе, небрежно взглянув на него, как будто он был для него ничем иным, как просто объектом декора. Затем, не торопясь, он облокотился на стол, скрестив руки на груди. Его взгляд был холодным и пристальным, словно он наслаждался тем, что происходило.
— Хотя... ты же ничего не помнишь, верно? — продолжал Риксенс, теперь его голос стал еще более пронзительным. Он был настойчив и зловещий. — Забавно. Ты пришёл за местью, но даже не знаешь, за что. Позволь, я помогу тебе восстановить картину.
Он сделал паузу, как если бы в ожидании, чтобы Бастиан осознал, что его прошлое было лишь туманным воспоминанием, скрытым в самых темных уголках его разума. Риксенс наслаждался моментом, когда боль и неуверенность Бастиана росли с каждым его словом.
Риксенс медленно начал кружить по комнате, его шаги эхом отдавались в пустом каменном зале, подчеркивая ту страшную тишину, которая царила между ними.
— Ты был их лидером. Великий герой, не так ли? — его голос звучал словно шипение змеи, полное иронии и презрения. — Они следовали за тобой, верили в твою силу. Как же они ошибались.
Он подошел к одному из горящих горнов, поднимая в руках раскалённый металлический прут, словно играясь с ним, рассматривая, как пламя отбрасывает тени на стены.
— Я прекрасно помню тот день. Ты стоял передо мной, их гордость и надежда. Но стоило мне сделать шаг, и что произошло? Ты сломался. Ты даже не шевельнулся, когда я убивал их одного за другим. — Риксенс насмешливо усмехнулся, глядя на Бастиана, его глаза сверкали злобой и радостью от боли, которую он причинял.
Не выдержав, он резко швырнул раскаленный прут на пол, и металлический звук отразился от стен, как предупреждение о грядущем катастрофическом финале.
— Ты думаешь, они звали меня? — он остановился и с едва сдерживаемым злорадством посмотрел на Бастиана. — Нет, Бастиан. Они звали тебя. Кричали твоё имя, в надежде, что ты спасёшь их. Но ты подвёл их. Как всегда.
Риксенс шагнул вперед, его фигура теперь была совсем близко, и на его лице была отразившаяся тень того ада, что он сам создал для Бастиана и его друзей.
Злодей подошел к горну, не спеша бросая в него кусок металла. Он с наслаждением наблюдал, как пламя разъедает его, а затем снова повернулся к Бастиану. Его взгляд был холодным и цепким, как у хищника, готового к очередной жертве.
— А потом был он... Твой создатель. Ах, какая трагедия, — сказал Риксенс, его голос наполнен сарказмом.
Он сделал несколько шагов и приблизился к Бастиану, делая вид, что внимательно изучает его лицо. Затем наклонил голову, словно размышляя, и его взгляд стал еще более зловещим.
— Он бросился ко мне, чтобы защитить тебя. Ты стоял там, как статуя, как жалкий инструмент, неспособный даже поднять руку. Помнишь его последние слова? — Риксенс остановился, давая Бастиану время, чтобы он понял, о чем идет речь.
Злодей позволил тишине нарастать, перед тем как с холодной ухмылкой продолжить:
— Оставь его, — сказал он. — Он сможет стать лучше. Он верил в тебя, Бастиан. Верил, что ты можешь измениться. Какая наивность.
Риксенс резко развернулся и направился к стене, облокачиваясь на нее с непринужденной позой. Он скрестил руки за головой, его глаза не сводились с Бастиана, наслаждаясь сценой, которая разыгрывалась перед ним.
— Ты даже не помнишь его имени, правда? Бедный Бастиан. Тебе проще забыть, чем признать, что ты не смог его спасти, — сказал он, его слова как ледяные иглы, проникающие в душу.
Бастиан, не в силах выговорить слова, ощущал нарастающую боль от его речи, а воспоминания о том дне, когда он не смог защитить того, кто верил в него, обрушились на него как тяжелый груз.
Злодей продолжал ходить перед героем, его шаги плавные и уверенные, как у хищника, который не торопится, наслаждаясь своей победой. Он следил за каждым движением Бастиана, ощущая, как тот напрягается под его взглядом.
— Амнезия... Какая удобная штука, не правда ли? — проговорил Риксенс, его голос был холодным, но в нем сквозила насмешка. — Забыл своё прошлое, забыл свои ошибки. Но я-то помню всё, Бастиан. Каждую деталь.