Поразительное открытие Б. Грозного не было результатом случайного озарения. Еще в 1902 году норвежский ученый Й. А. Кнудтон пришел к идее, что хеттский язык относится к индоевропейской группе. Но впоследствии под давлением критики со стороны всех филологов и историков он отказался от нее. Когда Б. Грозный принимался за дешифровку хеттского языка, он разделял общепринятую во всем ученом мире точку зрения, что хеттский язык — язык семитский. Ведь и участвовать в работе по изданию хеттских табличек, найденных археологами, его пригласили как семитолога. При этом теория о семитском происхождении хеттов строилась не на песке. Одним из сильнейших аргументов был физический облик хеттов, запечатленный в реалистических рельефах на стенах карнакского Рамессеума (около 1250 г. до н. э.), на гробнице фараона Хоремхеба (около 1310 г. до н. э.), а также в многочисленных скульптурных изображениях, найденных на местах раскопок хеттских памятников в Малой Азии. Для хеттов характерны крупный загнутый книзу нос и скошенный лоб; их расовый тип представляется совсем не индоевропейским, а скорее семито-армянским. Но все это памятники уже достаточно позднего времени, когда хетты в силу своей «открытости» уже породнились с другими народностями Азии. Та же самая проблема возникает и при этнической идентификации ханаанеев-финикийцев и амореев. В дошедших до нас памятниках мы примечаем у многих из них явно семитические черты. Но на примере хеттов видно, что это еще не аргумент в пользу их принадлежности к семитам.
Хетты и митаннийцы находились в тесном общении. Этот вывод был сделан историками после прочтения Б. Грозным четырех больших глиняных табличек, написанных клинописью на хеттском языке с примесью встречающихся то здесь, то там нехеттских выражений. В целом они представляли специальное руководство по выучке лошадей — первое сочинение этого рода в мировой литературе. Написал его Киккули — главный конюший хеттского царя. По происхождению он был не хетгом, а митаннийцем. Хеттский царь пригласил его в качестве эксперта, чтобы он ввел в его царстве наиболее прогрессивные методы выучки лошадей. «В результате полного перевода оказалось», — пишет Б. Грозный, что мы имеем дело «с учебником, состоящим из трех частей: 1) подготовка коня к тренингу, 2) тренинг коня в аллюре, 3) тренинг коня в галопе. Всего выучка продолжалась 200 дней. Весьма интересно, с какой точностью определен каждый шаг, каждый отдых, каждое кормление, каждое поение, каждое купание тренируемых коней в течение целых 200 дней. Это труд, поражающий своей методичностью, труд, индоевропейское происхождение которого очевидно». И далее ученый добавляет, что многие выражения в предписаниях арийско-митаннийского происхождения.
Хетты тренировали лошадей в основном для боевых колесниц. Киккули для них был, выражаясь современным языком, военным советником. У себя на родине он, очевидно, принадлежал к элите военных, а значит, по всей вероятности, был амореем. Сегодня большинство историков считают, что первые колесницы появились на Урале (синташтинская культура) и в прилегающих к нему более западных и более южных районах на рубеже III и II тысячелетий до н. э. Это ареал обитания ариев. Но и в Митанни главным царским конюшим был арий Киккули! В области военного искусства арии на тот момент превосходили народы Передней Азии. Именно этот фактор наряду с изобретением колесницы предопределил уникальные по своим масштабам миграции ариев на юг во II тысячелетии до н. э.
Страна хеттов лежала «на полпути» между двумя арийскими центрами — южнорусскими степями и Митанни. Если предположить, что между ними было какое-то сообщение, то и в хеттской державе мы должны будем обнаружить следы присутствия ариев. И это оказывается совсем простым делом. На южном побережье Черного моря, совсем недалеко от хеттской столицы Хаттусаса (современный Богазкей, 150 километров юго-западнее Анкары) находилась область Пафлагония, где вплоть до XII в. до н. э. проживали венеты. Отсюда, с берегов Чермного (Красного, Русского) моря часть венетов переселилась в Палестину, где они стали называться финикийцами (ханаанеями).