И, передернув плечами, Владимир Сергеевич гордо отвернулся и направился прочь. А Андрей продолжил путь к своей палатке и начал упаковывать вещи. Когда он вылез из палатки наружу с уже упакованной сумкой, подоспел и Гера — и тоже быстро собрал свои вещи. Затем они, всё так же молча, вместе собрали и палатку, и колышки.
Только выйдя из лагеря на край поляны, первым заговорил Гера:
— процитировал он громко.
— Макс Волошин — талантливейший из поэтов, — отозвался Андрей, — Знаешь, когда я был в Коктебеле, я своими глазами видел человека, который ходил в белом хитоне и плетеном венке из соломки и которого иностранцы принимали за хозяина, за Макса, и просили дать автограф на память. Ну, он и давал, конечно. Так и подписывался скромно: Макс Волошин, Коктебель…
— Прости, Андрей, а не ты был это? — спросил Гера, — А то — есть сходство, хотя и… у тебя борода светлая, а плотность фигуры отсутствует.
— Максом Волошиным? Я. Только — не тем, что автографы раздавал, а — настоящим. В прошлом своем воплощении, — пошутил Андрей.
— прочел вдруг Гера, — По-моему, это гениально. А?
— подхватил тему Андрей, — Вот человек, оставивший нам великую дхарму, — добавил он.
Всё это недолгое время они неспешно двигались по краю Ромашковой поляны в сторону грунтовки, уводящей отсюда вверх, и намереваясь добраться по ней до тропы на дольмен, с которой можно было, пройдя лесом, свернуть и на дорогу к морю. Однако, неожиданно навстречу им от ближайшего родника, того самого, неподалеку от которого они сидели недавно, вышла Диана.
— Ну, и куда вы теперь? — спросила она, приблизившись.
— Куда ветер дует, — ответил Андрей словами дзенской притчи.
— А может, он дует в мою сторону? Я ведь, если еще не знаете, стою отдельно, своим небольшим лагерем, поближе к Дедушке. Там, у нас — всего несколько палаток, и Владимир Сергеевич нам не указ. Заходите на чаек-костерок! Милости просим!
— А не боитесь гнева высших сил в лице Евграфия? — спросил Андрей.
— Он уже сломал об меня свои зубы, — улыбнулась Диана, — Да и профиль у нас разный. Я не Учитель. Я экстрасенс. И потому — мы не конкуренты. Помните, вы обещали показать мне некоторые приёмы диагностики… Ваше предложение еще в силе? Научите своим методам работы меня и мою группу?
Еще один виток судьбы… Только теперь — как отголосок, как малый повторный круг. Было гораздо хуже, когда действительно, вполне реально, просто прижали материально к стенке, не давая ни глотка воздуха — и тут же поступило новое предложение. Одновременно, конечно открыта была на тебя охота. Да и, намеревались использовать лишь ради забавы. И ты это знал. Внешне это выглядит обычно безобидно: как неожиданное предложение вести лекции, медитации, семинары, участвовать в курсах изучения методов диагностики и лечения биополем… И так далее. На деле — тебя запеленговали и взяли под глобальную опеку. Всё готовенькое — на тебе! Спортзал, стадион, лекционный зал — да пожалуйста! Только за этим всем — громадный шлейф контроля и полная подотчетность о деятельности и составе группы. Ведь ты, по их мнению, уже попался, и тебя в любое время можно РАЗДАВИТЬ. Ты предсказуем и превратил даденный тебе дар действительно в РАБОТУ. В рутину. И в деньги. Это — омут, из которого мало кто выходил живым. Ты открыт для всех структур со всех уровней, и они уже мысленно съели тебя с потрохами.
Учить? Нет уж, увольте! Тут смываться надо. Только об этом — никогда не говорить прямо. Опасно… Не делать резких движений! До срока…
Время учителей безвозвратно прошло. Легализация эзотерики привела к тому, что от «Учителей» просто тошнит. Существует двойная провокация: ведется слежка, чтобы запеленговать тех, кто хоть что-нибудь реально может, и вдобавок запускаются в группы подсадные утки с целью дисквалифицировать эзотерику в принципе. Создав профанацию, жалкое внешнее подобие на основе полученных сведений, псевдоучителей со лжеучениями. Контингент учеников в последние времена тоже поменялся. Вместо ищущих истину интеллектуалов группы наводнили чувственные полные женщины, жаждущие любви.
Уходить надо классически. Не прощаясь. В самый неожиданный момент. Когда никто не ждет твоего ухода. Даже не возвращаясь на съемную квартиру. В такой момент, когда тебя уже мысленно слопали по самые гланды. И ты уже предчувствуешь вокруг себя едкое, удушливое зловоние. Надо резко перекрывать все каналы и обрубать все связи. Бой идет давно не по правилам. Да и белые волки не живут в городах подолгу. Что им там делать? Людей учить? А кто ты такой, чтобы чему-то учить? М-мучитель чертов! Распорядилась судьба — и потянулось сердце навстречу сердцу. Это бывает стихийно — и без ваших правил и условий. Резко, красиво и больно. Дальше — пути в разные стороны. Обрыв связи. Мир достоин молчания. И — не поймешь, кто был ученик, а кто — учитель. Ученикам дальше придется прорываться самим. Правила игры сменились: «не засветись», а не «передай дальше» — первая заповедь. Перевес не на нашей стороне. Мы все — Дон Кихоты, сражающиеся с ветряными мельницами…
Ну вот, впрочем, снова: поиграем, господа! Пока, похоже, еще не пора сматываться. Вначале предстоит небольшая грязная работа. Поиграем, господа! В поддавки…
— Ну что ж, Диана! Большое спасибо за приглашение, — сказал Андрей, глядя прямо в глаза этой необычной, еще не старой, крепкой и сильной женщины, — Мы заглянем к вам на костерок, если приютите. Да и мое предложение действительно осталось в силе.
Глава 25. На новом месте
Сергея, как только он отоспался, как ранее и Наталью, заставили пойти и обязательно окунуться в воду. И он, вместе с дядей Юрой, сразу же спустился к реке. К этому времени Людмила ушла в свой лагерь, а уже вернувшуюся с вещами Наталью Николай заставил срочно выбрать удобное место для палатки. Наталья долго бродила туда-сюда, и два из предполагаемых мест расположения были отвергнуты Николаем. Затем Наталья уже отчаялась и обреченно вышла из-под кроны деревьев прямо на заросшую длинную поляну и села там между двух небольших невысоких деревец, выросших на открытом месте, и сказала, что, в конце концов, поставит палатку прямо здесь. Неожиданно Николай одобрил выбранное ею место, и, не став наблюдать, как Наталья самостоятельно поставит палатку, ушёл к костру. Дядя Юра и Сергей, вернувшись от реки, подсели к Николаю, на деревянные лавочки. Поставив палатку, сюда подтянулась и Наталья.
— Ребята! — обратился к Наталье и Сергею Николай, когда все наконец-то уселись вокруг костра, — Не знаю, как у вас работа пойдёт, но со мной, когда я сюда попал, начало происходить нечто, похожее на отработку старой кармы: лезли в голову события из прошлых жизней… То в форме просто информации, а то — во снах и видениях. Нужно было их потом отработать в голове с точки зрения плюс: проиграть их так, как должно было быть, а не так, как случилось. И тогда — картина сразу уходит. Ещё, быть может, информация какая абстрактная начнёт поступать: о мире, о Вселенной. О других мирах. Мне, к примеру, идут сейчас символы и знаки… Сам не знаю, что с ними дальше делать. А ещё — структурки тут разные ходят. Бояться их не надо, с ними можно поговорить, подружиться… В общем, милости просим к нашему костру!