Джумуш глубоко вдохнул свежий, морозный воздух, колющий ноздри изнутри, – и одновременно с тем с силой ударил пятками по заметно опавшим бокам Вороного, посылая его вперед. Колонна булгарских всадников, опасно сжатая на льду Булака, наконец-то поравнялась со стоянкой урусой, не прикрытой сцепленными санями с тыла, – и направилась именно к ней, вырвавшись с реки на утоптанный снег!
Все это время Джумуш – молодой булгарский нукер из Казани, еще ни разу в жизни не бывший в настоящей сече – отчаянно трусил, представляя, что лед в протоке треснет именно под копытами Вороного. И тогда верный конь, еще жеребенком доставшийся Джумушу, в один миг окажется в ледяной воде вместе с наездником… В ледяной воде, от одного прикосновения к которой сердце опасно сжимается в груди!
Ежели человек провалится зимой под лед, у него есть считаные мгновения, чтобы выбраться, – это если сердце выдержит резкий перепад температуры, если несчастный не потеряет сознание, если не сведет руки и ноги… Как много этих «если»! Так вот, если он еще может побороться за свою жизнь, у него есть считаные мгновения, чтобы вынырнуть в пробитой им же полынье, зацепиться за крошащиеся ледяные края, обрезая руки… Иначе поток воды просто унесет несчастного под лед – и еще очень повезет, если тело утопленника вынырнет в другой полынье, чтобы родные смогли его достойно похоронить!
Подобные мысли постоянного посещали Джумуша, потерявшего в детстве старшего брата, Азата – без всплеска и вскрика провалившего под лед Булака на глазах младшего, совсем еще маленького братика… Тела Азата так и не нашли. А сам Джумуш ныне мечтал лишь об одном: выбраться с коварного речного льда на земную твердь, скрестив саблю с клинком уруса в честном поединке!
И как кажется, ныне все к этому и идет…
Кюган Ильзат-бей, поставленный ханом Тохтамышем во главе Казанской полутьмы, подготовил ночную вылазку с учетом поста урусов, выставленного напротив полуночных ворот. И прежде чем они были бы открыты, а на лед Казанки хлынули бы многочисленные булгарские всадники, отряд отборных ловчих покинул город через узкую дверь в створках ворот, бесшумно растворившись в ночи… Охотники сумели скрытно подобраться к урусам – но чужаков почуяли вражьи кони; дозор всполошился, но не успел поднять тревоги! Стрелы ловчих оказались быстрее… Впрочем, пара всадников бросились наутек, вырвавшись из западни, но за ними последовала погоня нукеров на самых быстроногих лошадях! А следом крепость покинули полторы тысячи булгарских всадников и еще пять сотен нукеров кюгана… Они проследовали по льду Казанки, а затем и Булака, заходя с тыла стойбища урусов – открытого для лихого удара батыров! Одновременно с тем сквозь полуденные врата Казани на вылазку последовали еще две тысячи булгарских и татарских нукеров… И еще одна тысяча отборных всадников Ильзат-бея осталась в городе, в качестве резервного отряда.
Ох, и умен кюган, ох, и хитер! Хан знал, кого оставить во главе полутьмы…
А еще Ильзат-бей безмерно жесток: когда среди горожан стал распространяться слух о призыве царевича Ак-Хозя перейти под его руку и заключить союз с урусами, кюган приказал казнить десяток уличенных им в «предательстве» булгар степной казнью. Несчастных, наугад вытащенных из числа прочих нукеров, разорвали лошадьми – а Ильзат-бей обратился к защитникам Казани, доступно объяснив, что поступит так с каждым, кто рискнет переметнуться на сторону урусов! А заодно и с семьями предателей – ведь урусы за городской стеной, в то время как верные нукеры хана Тохтамыша уже внутри…
Джумуш наверняка знал, что многим горожанам не понравилось самоуправство кюгана. Что показательная жестокость хоть и вселила ужас в сердца многих булгар, но также щедро подлила масла в пока еще слабый огонек сомнений, зажженный царевичем Ак-Хозей… Но в то же время Ильзат-бей совершенно прав: его нукеры уже внутри Казани! Подчиненные своим сотникам и десяткам, спаянные личной преданностью хану – они умелые и ловкие нукеры. Кроме того, среди них хватает и закованных в прочные куяки батыров!
В то время как городская молодежь (всех опытных казанских нукеров, облаченных в броню, Тохтамыш забрал с собой), а также спешно собранные со всех окрестностей булгары неорганизованны, несобранны и не знают друг друга. К тому же их мелкие степные ватаги не спаяны воедино под рукой единого для всех военачальника из числа местных… Выходит, что булгар вроде и больше, чем татар Кок-Орды – да только они разрозненны, неспособны выступить против ханских нукеров единой силой…